Часть 1 (1/1)

Наблюдая за своими знакомыми, друзьями и даже проходящими мимо совершенно незнакомыми людьми, Кирилл иногда удивлялся романтичности меток. ?Я так долго ждал этого?, ?Я нашел тебя?, ну или самое тривиальное ?Не подскажите, как пройти к библиотеке??. Не то, что у Кирилла.?Привет?.Обычное ?привет?, и именно с этой надписью Незборецкий ходит уже который год. И если раньше сердце неожиданно ёкало, когда кто-то невероятно милый здоровался с ним, то после двух десятилетий он начинал с этого раздражаться не по-детски. Но Кирилл смог смириться с этим, просто перестав обращать внимания на то недоразумение. Да и, бросьте, банальнее этого ?привет? не может быть ничего на свете. Зато любимым Кириллиным развлечением было отвечать на это злосчастное ?привет? чем-то оригинальным, в надежде, что его соулмейту повезло больше, и природа одарила его родственную душу (то есть, Незборецкого) чувством юмора. По крайней мере, это очень тешило самолюбие Кирилла. От ?пока? до ?ой, да иди нахуй? летело в адрес тех, кто удосужился познакомиться с Незборецким, когда Его Высочество прибывало в плохом расположении духа. Случайный одноклассник, что поздоровался с ним лишь из вежливости, получил ?пидора ответ? от блиставшего тогда остроумием и сообразительностью десятилетнего Кирилла и его, на удивление, не очень взлюбили в коллективе. Особенно, когда к нему подошла одна из красивейших девочек их школы, а Кирилл ответил ?сделай минет?.Но школа давно позади, а взрослая жизнь продолжается и набирает все большие обороты. Вот он уже на третьем курсе университета, в который он не очень-то и хотел поступать. И специальность не его, но это уже было не так критично. Критично было то, что он единственный с группы, походу, что-то да понимал.—?Я в рот ебал это все,?— устало протянул Адиль?— один из немногих, кто терпел взрывной кириллин характер.—?Да я тебе отвечаю, что это решается вообще не так,?— сказал Незборецкий, агрессивно выводя в адилиной тетрадке некрасивым почерком решение одного из домашних номеров, а потом перечеркивая половину тетради. Жалелов глубоко повздыхал, понимая, что его конспектам конец.Высшая математика?— отстой.—?Это решение правильное,?— продолжает утверждать Кирилл.—?Ответ не сходится,?— отрезает Адиль.—?Да мы на паре абсолютно так же решали! —?чуть ли не выкрикивает Кирилл, а Адиль закатывает глаза.—?Забей, Киря,?— устало отвечает он. — Спишу у Капраловой потом.—?Щас до Чирикова дойдем и спросим,?— решает Кирилл, а у Адиля вырывается раздраженный рык.Они шли по полупустому коридору и бурно обсуждали этот номер. Точнее, в этой дискуссии участвовал только Кирилл, и его монолог могли услышать все те немногие студенты, которые спешили на пару. У них с Адилем физика?— похуй, физик мужик ровный. Кирилл разговаривал громко и активно жестикулировал, не стесняясь, абсолютно не обращая внимания на проходящих мимо людей, отчаянно доказывая, что его решение верно и не подлежит критики. Но в какой-то момент его грубо вырвали из своих собственных мыслей, крикнув ?эй, привет?. Кирилл резко обернулся и раздраженно ответил:—?Хуй завернутый в пакет, че тебе надо?Кудрявый первокурсник осекся, его лучезарная улыбка в миг пропала, а папку он автоматически прижал к себе ближе. Он перебегал вопросительным взглядом то на злого Кирилла, то на цыкающего Адиля и молчал, как будто ком в горле встал, в то время как Незборецкий прожигал первока взглядом, нетерпеливо погоняя его: ?ну говори уже?.—?Киря, ты конченый,?— ни то вопросительно, ни то утвердительно сказал Адиль, смотря на парнишку куда-то ниже лица того.Первокурсник скорчил недовольную рожу и оттянул ворот свитера. Показалась уже полная татуировка. "Хуй завернутый в пакет, че тебе надо?"?— выгравировано на ключицах у пацана. Теперь время молчать Кириллу. Он пялился на татуировку, которая уже скрылась за тканью, а его лицо начинает стыдливо алеть. ?Ну пиздец?,?— глубоко изрек Адиль, подойдя к Кириллу и вырывая из потных рук свою тетрадь. — ?Сам до Чирикова дойду?. Под удаляющиеся шаги Кирилл зажал переносицу и поджал губы, опуская взгляд, а первокурсник истерически тихо засмеялся, закрывая лицо ладонями. И все как-то потеряло смысл. И журнал посещения кириллиной группы, который первокуркуск по имени Даня хотел передать ему, и Адиль с его высшей математикой.Потому что это пиздец.