Лучше промолчать (2/2)
— Что ты, парней не знаешь? — Хосок посмеялся в кулак и, опустив немного голос, словно по секрету, стал рассказывать: — Один из учеников снял зал для занятий вечером, умудрился провести девушку. Ну и сам понимаешь, сломали мне душ.— Краник, небось? — поддержал Чонгук друга заговорщицким тоном.
— Не знаю, как именно, но они умудрились оторвать шланг! Прям Намджун на минималках, серьёзно.Гук рассмеялся, направляясь в душевую. Быстро ополоснувшись и дожидаясь друга уже у выхода из студии, Чон рассматривал номер телефона на экране своего мобильного. Сухён писал несколько раз, что с татуировкой всё хорошо. Правда, сначала сам Чонгук задавал этот вопрос. Мужчина был благодарен Тэхёну за номер парнишки, который тот узнал в силу обстоятельств преподавания в академии. На улице вечерело. Небо окрашивалось в яркие оранжевые тона, словно празднуя конец рабочей недели. Чонгук и сам был не прочь пропустить по стаканчику, но последующая поездка на такси отбивала всякое желание пить.— Здесь в пяти минутах ходьбы есть хорошее кафе, — Хосок закрывал студию на ключ, пока Чонгук всматривался в закат. — Ученики говорят, там часто играет живая музыка. Можно было бы сходить. Ты как на это смотришь?Чонгук покивал, следуя за другом в неизвестном ему направлении. Домой решительно не хотелось. Всю неделю Чон ощущал там только непривычный холод, из-за чего хотелось сбежать как можно быстрее и, желательно, как можно дальше, так что он умудрился отработать свою месячную норму за пять дней, а почти весь сегодняшний день провести на танцах у Хосока.В кафе было немноголюдно, поэтому Чоны заняли столик у окна, практически сразу заприметив вакантное местечко. Отсюда был не такой хороший обзор на сцену, зато отличный вид на улицу, что являлось зрелищем во всех отношениях более интересным. Мужчины заказали себе кофе и вовсю обсуждали какие-то мелочи вроде недавно просмотренных фильмов. Хосок увлечённо рассказывал о девушке, с которой познакомился на каких-то соревнованиях. На вопрос Чонгука, понравилась ли та ему, старший причитал об исключительно профессиональном и творческом интересе. Танцовщица не интересовала его как сексуальный объект.Допивая свой кофе, Чонгук впервые бросил взгляд на сцену, где всё это время кто-то играл на фортепиано красивые мелодии классических произведений. Чон понимал, почему ученикам Хосока так здесь нравилось — атмосфера. Живая музыка всегда создавала прекрасную обстановку.
Взгляд скользнул дальше и зацепился за знакомое лицо.Сухён.— Чонгук, я пойду! Отец обещал, что они приедут на выходные, но я думал, это будет завтра, а они уже тут. Прости, старик, что бросаю.Гук только махнул рукой, толком и не заметив, как его друг растворился в толпе: мужчину больше интересовал парнишка на сцене. Важный такой, в смокинге. Он играл абсолютно незамысловатую мелодию, весёлую, лёгкую, а сам был сосредоточен настолько, словно это одно из самых тяжёлых произведений в его жизни. Чонгук невольно улыбнулся своим мыслям; Сухёну и правда стоило беречь свои руки, если они могли играть такое.
Мужчине стало интересно, как бы звучала мелодия, которую парень написал сам? Какие бы чувства он в неё вложил? Грусть, тоску или радость и счастье? Смотря на играющего парня, Чону захотелось обнять того после и сказать, какой он молодец. Было забавно наблюдать, как закрывались его глаза на моментах с высокими нотами, словно именно так можно было достать до них. Прямо, как до неба.Выступление закончилось, и Сухён ещё с несколько секунд сидел с закрытыми глазами, опустив плечи. Зал зааплодировал. Это было действительнохорошо.К столу подошла официантка, которую подозвал Гук, чтобы расплатиться, параллельно следя за тем, как парень продвигался в подсобку. Пока Чонгук закончил с оплатой, пока поднялся из-за стола — Сухён уже вышел в привычной одежде и направился к выходу из кафе.… Суджин намеревалась лечь спать пораньше, хоть ей и не сильно хотелось возвращаться в свою пустую квартиру; зато там можно было включить винил и наслаждаться звуком, а потом уснуть. Уже выйдя из заведения, она почувствовала, как кто-то аккуратно ухватил её за локоть. По телу прошлась дрожь, а сама девушка ощутила знакомую панику: обернувшись, она увидела перед собой Чонгука и облегчённо выдохнула.
— Сухён, — мужчина улыбнулся.
Сейчас он как никогда был похож на того, кого Суджин видела в ту ночь на мини-мальчишнике.
— Ты домой?— Да, а что вы… ты здесь делаешь?— У Хосока неподалёку студия, и мы решили после зайти выпить кофе. Ты хорошо играл.Суджин опустила взгляд, закусывая губу. Чонгук заметил такой по-женски милый жест, когда Су заправила прядь волос за ухо, и хмыкнул, растягивая улыбку. Вёл себя, как влюблённый подросток, ей Богу. Как объяснить то, что с ним происходило? Он бы с радостью послушал мнение со стороны.— Спасибо.— Давай я довезу тебя до дома?
Суджин не хотелось сопротивляться, хоть это и означало будущую осведомлённость Чонгука о её месте жительства, хотя этот мужчина и без того каким-то образом умудрялся появляться в её жизни. Это смущало, но в то же время льстило.В машине пахло кожей и лесом. Последний запах появился из-за ароматизатора, висящего на зеркале заднего вида. Су отвернулась к окну, обдумывая свои следующие действия: стоило ей сесть в уютный салон, как домой захотелось отнюдь не в ту квартиру, где она сейчас жила. Поджав губы, девушка перевела взгляд на ждущего адрес Чона.— Ты точно хочешь домой?Этого вопроса было достаточно. Су категорично покачала головой, а Чонгук кивнул и повёз её в неизвестном направлении.Мужчина был красив, когда вёл машину, о чём-то задумавшись. Он немного хмурил брови, иногда закусывал губу и сразу же выпускал её из захвата, а в голове Су сами по себе рождались ноты, которые хотелось побыстрее записать. Девушка достала из рюкзака нотную тетрадь, включила на телефоне фонарик, и, подсвечивая себе, стала записывать пришедшую на ум мелодию.
— Давай остановимся, не порть зрение, или дождись, пока доедем до места, осталось буквально пять минут.Су повернулась к Чону и неуверенно кивнула, откладывая тетрадь. Она могла подождать, если осталось так мало. В оставшиеся минуты девушка снова рассматривала Чонгука: мужчина ощущал взгляд чужих глаз, подавляя желание выпрямиться, чтобы казаться больше и внушительнее. Сердце стало биться чётче, отправляясь в незримую погоню.В погоню за небом.Когда Чон остановил машину и включил свет, девушка в секунду вернулась к записи нот. Теперь именно мужчине открывался прекрасный вид на увлечённого творчеством Сухёна. Парнишка закончил через минут десять по подсчётам Чонгука, и они вышли из машины.Ludovico Einaudi - Night
Перед Суджин открылся потрясающий вид на Сеул. Она и не знала, что в городе есть такие места. Точнее, они-то есть, но вот добраться до них на машине обычно что-то из разряда невозможного. Только пешком. Впереди горели огни города, а на небе было отчётливо видно звёзды, что находились над головой. Чонгук разрешил сесть на капот машины, а сам остался стоять рядом, и тоже поднял взгляд в небо. Мужчина обернулся на Сухёна, забавляясь реакции мальчишки: тот болтал ногами и улыбался, рассматривая звёзды.
… А у парнишки ведь глаза как небо. Интересно, они сейчас такие же тёмные?Суджин дышала полной грудью, поражаясь красотам, которые расстилались у неё над головой. Здесь было так спокойно. Она бы с радостью осталась тут навсегда.— Как твоя татуировка?Чон на самом деле не знал, как начать разговор, поэтому просто сказал первое, что пришло ему в голову.
— Всё хорошо, со вчера ничего не изменилось.Девушка опустила голову и сглотнула.
Сейчас они с Чонгуком были одного роста.
Он смотрел ей прямо в глаза.— Почему Чжунэ?Мужчина подошёл ближе, становясь между колен Суджин и кладя ладони на капот по сторонам от девушки. Су облизнула губы, даже не желая отодвигаться и бежать, а Чон ждал ответа и смотрел. Смотрел смотрел смотрел. Глаза и правда были как небо. Такие же тёмные, с отражающимися звёздами внутри.— Я давно его знаю, ещё до того, как он стал айдолом. Он уже тогда мне нравился.Су поджала губы, осознавая, что ляпнула в эту секунду. Ей стоило молчать. А теперь Чонгук мог спокойно додумать уже готовую историю в его голове. С одной стороны, разве это должно было её волновать? Но волновало. Суджин не хотелось, чтобы Чон думал о ней в таком ключе.
А ведь Чжунэ ей нравился, она не соврала. Вот только сейчас сердце почему-то билось не из-за него.— Неужели нет никого лучше, чем этот парень?Суджин опустила глаза. Она не знала ответа на этот вопрос. Откуда ей знать такое? Су не заглядывалась на всех подряд, чтобы иметь возможность сравнить и сказать, кто лучше.
Чонгук сжал челюсти, заиграв желваками. Внутри просыпалась странная злость и отчаянное желание доказать. Доказать, что есть. И неважно, что он сам мужчина. Срать он хотел на предрассудки.Суджин открыла рот, набирая воздух, чтобы озвучить свой ответ. О том, что она не знала. Но на губах образовалось что-то, мешающее ей говорить. И дыхание исчезло тоже.
Закрыв глаза, выключив свет и приток мыслей в голову, Суджин отдалась ситуации целиком. Аккуратно, совершенно невесомо и ненавязчиво, со вкусом недавно выпитого кофе на губах.