Репутация (1/1)

Четыре месяца съёмок, а погода в Торонто с каждым днём становилась всё невыносимей, словно подражая киношной вселенной. Только перед камерами их пытались убить мистические фрики и патриотичное правительство, а в жизни мать-природа решила сделать из них сухофрукты.Марго проклинала размеры своего номера: будь это комнатушка вроде той, что в Лондоне, остудить её было бы куда проще. Прогноз погоды говорил о приемлемых семидесяти семи градусах по Фаренгейту1, пока показатели честного хьюмидекса2 стремительно приближались к ста двум. Но — по крайней мере сегодня — ей не пришлось спать с работающими на полную кондиционерами: они с Карой провели ночь под перепевы Pink Floyd и AC/DC на местном музыкальном фестивале.Подобные ночи были, скорее, нормой, чем исключением, и, приняв холодный душ, в шесть тридцать утра Марго сидела на гриме.Актриса потягивала второй стакан холодного латте, пока Келли работала над её лицом?— совсем недолго по сравнению с обычными процедурами. Но и этого было достаточно, чтобы в голове начали проскальзывать ненужные и неуместные мысли об очередных совместных съёмках. Словно в подтверждение нерадужного будущего, из зеркала на неё смотрела ещё не спятившая подружка Джокера. Хотя это и было довольно спорным фактом.Критично осмотрев её чуть загорелую кожу и добавив карандаша на глаза, Келли удовлетворённо кивнула. На экране будет смотреться абсолютно естественно. Поправив синюю блузку и взяв протянутые очки, Марго обулась в туфли на низком, но странно неустойчивым каблуком. Благо все активные сцены они уже отсняли?— ей оставалось лишь стоять и убеждать психопата в своей любви.Как и большинство сцен?— из соображения экономии и боязни утечек,?— снимали в павильоне. ?Психопат? уже стоял возле малинового Ламборгини, о чём-то оживлённо разговаривая с Дэвидом. Постоянно находясь в образе, Джаред общался только с режиссёром и, пожалуй, с ней, если постоянные ?тыковка? и ?сладкая? можно назвать диалогом. Её это не смущало — скорее, раздражало: он получал от этого слишком много удовольствия.— Сцена с погоней готова, можно начинать с признанием. Может, успеем ещё и с химикатами сегодня разобраться,?— воодушевлённо проговорил Дэвид. Энергичный режиссёр вообще любил их совместные сцены: Марго не раз замечала, как он то ерзал, то замирал в своём кресле, смотря на экран. Если зрители будут смотреть на них так же, то и прокат, и сборы им обеспечены.К тому же сниматься с Джарадом было приятно?— его Джокер источал безумную энергию, задавая хаотичный, но сильный ритм, под который было легко подстроиться. Пару раз актриса совершенно искренне была заворожена его манипуляциями с руками и резкой мимикой. И, несмотря на всю экспрессию и опыт, превосходящий её лет на двадцать, она не чувствовала пренебрежения или, того хуже, покровительства с его стороны.Перед камерами он относился к Марго как к равной, почти заставляя забыть о прозвищах и постоянных цепляниях. Почти.Сцена должна была выйти напряжённой и, как все их совместные кадры, абсолютно неожиданной. Это была своеобразная ?фишка?, подчёркивающая их безумие и нестабильность, присущие любому отрезку времени. Зрители должны были увидеть Джокера, не считающего себя человеком, — лишь идеей, частью грандиозного плана, и Харли, вместо жертвы оказавшуюся инициатором их искривлённых отношений.Искажённое отражение, как сказала Софи, впервые прочитав сценарий.Джаред был хорошим актёром, опытным и, несмотря на резкие движения, никогда по-настоящему не задевал её. Поэтому сцена с пощёчиной должна была быть лёгкой. Чуть левее за её спиной стоял мат, а Джаред не коснулся бы её: ему нужно лишь замахнуться, а ей — правильно приземлиться.Никто не понял, что случилось, когда Марго не смогла встать с мата.Чёртов каблук, ещё в гримерке показавшийся неустойчивым, сломался во время падения, больно вывернув ногу. Даже Джаред, казалось, на мгновение вышел из образа, увидев, как она схватилась за ушибленную конечность. Съёмочная группа засуетилась, и через минуту над актрисой склонился врач.— Что там? —?послышался обеспокоенный голос Дэвида. В лёгкой прострации Марго была не столько из-за боли, сколько от удивления?— это был первый несчастный случай за всю её актёрскую карьеру. Ещё и такой глупый, с досадой подумала она.— Лёгкое растяжение,?— ощупав ногу и аккуратно повернув её в разные стороны, сказал врач, указывая на испорченную обувь. —?На сегодня придётся закончить, иначе нога распухнет.Её возмущенное ?нет? никто слушать не стал; пожалуй, это был первый случай, когда Дэвид не прислушался к её мнению.— Я ценю твоё рвение, Марго, но врач сказал, что ноге нужен отдых. Мы отснимем всё завтра. Считай, что у тебя незапланированный выходной.Несчастные случаи естественны на съемках, особенно — когда актёры сами выполняют трюки, чего от них и требовал Дэвид. Получить травму во время прыжка или падения считалось даже в каком-то роде почётным?— мол, смотри, как я вжился в роль! Растянуть ногу из-за сломанного каблука почётным не было.После очередного извинения от Дэвида Марго отказалась от предложенной машины, принципиально оставаясь в трейлере. Доковыляв до него с помощью личной ассистентки, Робби забрала очередной холодный латте, оставаясь наедине с незапланированным выходным.Вообще-то Марго не умела отдыхать: в её жизни всегда было что-то, что нуждалось в немедленных действиях, войдя в привычку ещё со времён дойки коров и колки дров на бабушкиной ферме. За ней последовали многочисленные работы, которыми она жонглировала, вынужденная помогать старшему брату и прикрывать косяки младшего.?Соседи?3, вытягивающие из неё по семнадцать часов в будни, и новорождённая сестра, оставшаяся без матери,?также не оставляли времени для отдыха. А когда оно всё же появилось, Марго создала небольшую продюсерскую компанию, и что бы ни говорил отец Тома, она была её детищем.Отогнав от себя надменное лицо Акерли-старшего, Марго позвонила Тому?— даже очередной виток шуточного спора на тему ?будет ли она Акерли?, был более приемлем, чем надвигающаяся скука. Услышав о травме, Том привычно забеспокоился, но, поняв, что отстранения от работы заботит её куда больше, только посмеялся. Удивившись выдержке режиссёра, которому удалось заставить её что-то сделать, он быстро распрощался, ссылаясь на работу, повесив трубку с традиционным ?я люблю тебя?.Марго до сих пор не понимала, зачем он так часто говорил это?— в её семье фраза была, скорее, исключением, чем правилом.В стоящей возле кровати чашки плескались остатки чая, а под подушкой оказался дамский роман в мягкой обложке?— несомненно, принадлежащий Софи: ассистентка частенько оставалась в трейлере. Хотя Марго искренне не представляла, откуда у подруги было время ещё и на чтение.Роман оказался энергичным, но на редкость пошлым?— где-то между третьей ссорой и первым сексом главных героев Марго прикрыла глаза.* * *Для маленьких детей звук казался громогласным, словно весь дом сотрясался, грозясь рассыпаться прахом. Писклявый плач и непрекращающийся стук?— по батарее, по стенам и входной двери; казалось, только окна остались нетронутыми?— Локи запретил. Почему никто не слышал? Он ведь такой громкий?— тук-тук-тук…Дёрнувшись, Марго задела перебинтованную ногу и резко села от боли.Плача не было, а вместо запертой квартиры с грязными окнами?— маленький трейлер с плотными шторами. Яркий свет от ламп, разрезавший царящую в нём темноту, был, пожалуй, лучшим, что Марго видела за последние несколько часов.Тук-тук-тук?— мягкий, но настойчивый ритм снова повторился. Вот что её разбудило.— Открыто!?— раздражённо крикнула Марго, собирая влажные после сна волосы в небрежную булочку. Похоже, даже её организм был не железным, выкидывая странные фокусы, когда нуждался в отдыхе.И кого, чёрт возьми, принесло так поздно?— Я тебя разбудил? —?вопросом на вопрос ответил Джаред, прикрывая за собой дверь трейлера. —?У тебя горел свет, я решил, что ты ещё не спишь.— Задремала,?— ответила Марго, насторожённо разглядывая незваного гостя.Из-за лишённых красной помады губ выглядывали белоснежные зубы, а привычно мертвенно-бледная кожа казалась загорелой без тонны грима. Яркие рубашки сменились серой футболкой. Только ядовито-зелёные волосы и отсутствие бровей напоминали, что перед ней стоял Джокер. Марго была так рада вернуться в реальность, что, разглядывая его, лишь с завистью отмечала, что полу-образ немногим уступал ?полной версии?.Поймав актёра на том, что он так же пристально разглядывал её, Марго вопросительно подняла брови.— Ты что-то хотел?— Узнать, как ты,?— несмотря на её недружелюбный тон, спокойно ответил Джаред. Если он и заметил её раскрасневшуюся кожу и сбитое в ногах одеяло, то не подал виду.— Отдыхаю,?— фыркнула Марго, но быстро осеклась: взгляд был слишком знакомым. Чуть дрогнувшие губы и лёгкий наклон головы. Локи обычно так смотрел, когда считал, что она делала глупости?— заботливо-покровительственно.Возможно, в любое другое время сравнение с братом и пошло бы актёру на пользу, но только не сейчас. Он начинал её раздражать.Она лучше будет терпеть возле себя психа, вечно подкрадывающегося и отпускающего пошлые шуточки, чем очередного ?взрослого?. Потянувшись за чашкой, оказавшейся пустой, Марго подумала, не запустить ли её в заботливого коллегу.— Где чай? —?словно прочитав её мысли, Джаред забрал чашку и по-хозяйски направился к небольшой тумбе, служившей кухней.Достав чай из указанного ящика, он залил две кружки кипятком и, отдав одну Марго, сел напротив.— На площадке обиды немногим лучше скандалов,?— спустя пару минут, нарушил тишину он, осторожно отпивая из кружки.Марго поперхнулась.— Что?— То, как ты вела себя сегодня,?— пояснил он,?— спорила, а затем демонстративно осталась в трейлере. Подобное отношение не пойдёт на пользу твоей репутации.— Кто бы говорил о репутации,?— насмешливо сказала Марго; раздражение, слегка успокоившееся после чая, начало возрастать с новой силой. —?И с какой стати мне вообще тебя слушать?— Ни с какой,?— его спокойствие только распаляло,?— но ты не дура, чтобы не прислушиваться к советам.У Марго было с десяток ответов?— начиная теми, что она усвоила у преподавателей актёрского мастерства и этикета, и заканчивая теми, которым её научил брат. Последними хотелось воспользоваться особенно сильно. Марго, правда, старалась держаться корректно, с пониманием относилась к загонам с подходом к роли. Она даже делала вид, что не замечала, какое ему?— Джареду, а не Джокеру?— доставляет удовольствие цепляться к ней, но это уже перебор.— Слушать советы психа довольно глупо,?— подражая его спокойному тону, сказала Марго, ни на секунду не прерывая зрительного контакта.— По-твоему, я псих?Начавшее возвращаться самообладание услужливо напоминало, что с врагом борются его же методами. И манеры — нельзя забывать о манерах.— Человек, не отзывающийся на собственное имя и рассылающий сомнительные подарки, вызывает как минимум опасения.— Хм,?— задумчиво протянул Джаред,?— я никогда не замечал за тобой страха.— Опасение,?— подчеркнула Марго,?— и кто сказал, что я говорю о себе? Может, меня беспокоит твоя репутация.Джаред тихо рассмеялся. Его тонкие длинные пальцы начали подрагивать на кружке, играя невидимые ноты.— Едва ли после стольких лет мою репутацию можно чем-то задеть. Но мне приятна твоя забота, Марго,?— с лёгкой улыбкой сказал Джаред, примирительно поднимая чашку. Почему-то в этот момент он показался Марго безумно молодым. Или столь же безумно старым, если смотреть в его глаза.Марго тряхнула головой, ещё больше растрёпывая светлые волосы.— В любом случае сравнения с Леджером тебе не избежать,?— чтобы как-то разбить затянувшуюся паузу, сказала Марго.— И кто выиграет?— Леджер, конечно,?— ответила Марго и, поймав его вопросительный взгляд, пояснила:?— У него есть неоспоримое преимущество: он мёртв.— О, тогда у меня нет шансов.Оставшийся чай они допивали под неслышные аккорды перемирия, погружаясь в собственные мысли.Думая отстранённо?— чему Марго с детства себя учила,?— она отчётливо видела смысл в сказанных музыкантом словах. Репутация в их мире значит едва ли не больше, чем все деньги, слава и зрительская любовь?— с её потерей ничто не спасает. И если заработавший имя Джаред мог позволить себе вольности, то начинающая Марго должна быть куда осмотрительней.Вместе с пониманием в ней проснулось чувство, которое казалось спящим со времён съёмок у Скорсезе. Тогда, понимая ценность выпавшего ей шанса, Марго тоже вела отчаянную борьбу с чем-то внутри себя, не позволяющим им воспользоваться. До сегодняшнего дня она была уверена, что оставила его на той кровати.— Всё это один большой спектакль, Марго, не позволяй себе поверить в обратное. Видишь ты камеры или нет?— они всегда видят тебя; записывают, переписывают и рассылают, и ты никогда не сможешь избавиться от того, что однажды попадёт в их объективы. Но, к твоему счастью, камера любит тебя, пользуйся этим.Это были последние слова Джареда в тот вечер: помыв за собой чашку, он ушёл, плотно закрыв дверь.Когда она только узнала, что будет сниматься с ним, то погуглила?— от актёрских работ (с некоторыми она, как оказалась, была знакома) до музыкальной деятельности. Где-то между хвалебными отзывами в адрес его творчества и критики неоднозначного стиля одежды Марго наткнулась на его цитаты: что-то про ?верь в себя и не слушай Бибера?. И долго не могла понять: чем он заслужил такую любовь?Но теперь ей стало ясно.Тихий спокойный голос с приятным слуху тембром вкупе с открытым, словно гипнотизирующим взглядом обеспечивали ему Эшелон. Говори он так о нацизме или пропагандируй сатанизм, пришла к выводу Марго, люди так же верили бы ему и слепо следовали. Наверное, это какая-то сила, идущая с его бессмертием.Но совет его она всё же учтёт: завтра же извинится перед Дэвидом и скажет, чтобы Софи послала тому доктору чего-нибудь крепкого и дорогого. Да и играть с мелким крысёнышем иногда тоже не будет лишним. В конце концов Джаред Лето?— бессмертный или нет, поклонник креста или пентаграммы?— провёл в шоу-бизнесе столько же лет, сколько она жила.Спустя пару недель то ли в благодарность за совет, то ли за то, что в ту ночь у неё больше не было кошмаров, она по-свойски протянет ему пачку сигарет.