О полетах ипадениях,Дик Грейсон/Корианд'р, Мар'и Грейсон (Лига справедливости против Юных титанов, Юные Титаны: Контракт Иуды) (1/1)

Только уже на крыше особняка, обледенелой и снежной, Дик вспоминает про гирлянды, которые хотел прицепить на фасаде. И, черт, похоже они остались внизу.—?Стар, красавица моя. —?изо всех сил орет он, приложив рупором ладони ко рту. —?Подай, пожалуйста, гирлянды.Брюс и Дэмиан все еще в поле. Найтвинг подменит их завтра?— а сегодня Дик Грейсон проведет это Рождество с женой и дочкой.С учетом размеров особняка Уэйнов?— уже и так сияющего как рождественская елка, но Дику все равно хочется больше, еще праздника, больше света в это угрюмое место?— едва ли он дозовется Кори, но надежда умирает последней.Впрочем, его отчаянные вопли слышит другая Стар?— маленькая. Мар’и-Найтстар, в теплой курточке и смешной шапочке с ушками похожая на крольчонка, забывает про недолепленного снеговика, такого нелепого среди парковых статуй из мрамора и мгновение спустя уже протягивает ему охапку гирлянд.Видеть как она бесстрашно взмывает в воздух, каждый раз все выше и выше, ему иногда страшно до одури. Но неоново-зеленый как у матери взгляд ее горит такой гордостью, что он просто не может не подхватить ее на руки.В ответ Мари крепко обхватывает его руками за шею, смеется заливисто.—?Ты просто спасла своего бестолкового папу, звездочка. —?шутливо треплет он дочурку за теплую, мягкую щеку, прежде чем осторожно поставить на ноги. —?А теперь поможешь мне с огоньками? Самое важное задание?— стой на месте и говори мне куда их вешать.Уговорить ее спуститься на землю все равно невозможно?— упрямство Кори помножено на его собственное, и каждое мгновение, пока Мари вертится под ногами и конечно скорее мешает чем помогает, он тревожно пытается хотя бы держать ее в поле зрения. В результате возится в два раза дольше, чем если бы был один.Да и плевать?— каждое мирное мгновение, проведенное с малышкой, бесценно.Когда все закончено и Альфред торжественно включает подсветку, разноцветные огоньки мерцают, отражаясь на снегу, и огромными, сияющими глазами малышка глядит завороженно на это мерцание, тянет к нему маленькие ладошки.Это какая-то непостижимая загадка для Дика?— как эти маленькие, обманчиво хрупкие ручки сумели украсть его сердце так ловко и быстро, как не ворует Кошка очередные бриллианты из лучших сейфов и хранилищ. Иногда он думает, что пропал и капитулировал ровно в первый же момент, когда увидел сопящий сверток с глазами и носом-кнопкой на руках Кори?— похоже, это какая-то врожденная, неодолимая слабость к тамаранкам.Его личный криптонит, перед которым он просто беспомощен.—?Пап,?— нетерпеливо дергает Мари его за куртку. —?Дай мне руки и закрой глаза.Вид у нее ужасно загадочный и важный, губы сосредоточенно поджаты. С трудом у Дика выходит не рассмеяться, но он послушно протягивает ей руки. Маленькие, нечеловечески сильные пальчики с трудом обхватывают его широкие запястья. И внезапно ноги его отрываются от земли, так что дух перехватывает, Мари звонко хохочет и поднимается все выше, над крышей особняка.—?Я сильная! —?говорит она гордо. —?Как мама.Придерживая красно-белый колпак на своих огненных волосах, Кори со двора глядит на них снизу вверх.?— Как мама. —?кивает Дик, болтаясь в воздухе. Одним глазом на всякий случай он уже прикидывает, как и куда ловчее приземлиться на крышу, и конечно же пальцы ее разжимаются, такие трюки ей еще не по силам.Сгруппировавшись, он по-кошачьи мягко пружинит на обе ноги, перекатывается и тут же встает. Больше него испуганная Мари неуклюже шлепается рядом?— темные прядки выбились из-под шапочки, брови нахмурены, и губы дрожат словно она вот-вот расплачется.—?Я просто хотела, чтоб ты летал как я и как мама… —?тихо хлюпает она носом. —?Хотела…—?Все хорошо, звездочка. —?как пушинку поднимает он ее на руки?— так нечеловечески сильную, хрупкую так человечно. Подмигивает ей беззаботно. —?По секрету: твоя мама тоже пару раз роняла меня, и ничего.Беззвучно опустившись рядом, Кори с обидой округляет глаза, но тут же смеется, когда Дик шутливо посылает ей воздушный поцелуй. Сильными, но такими бережными руками она обнимает их с Мари тепло и крепко, и между ними та быстро успокаивается. Улыбка вновь возвращается на ее личико.На них с Кори малышка всегда глядит так восторженно, словно бы они?— весь ее маленький и уютный мир, и это так хорошо и так странно?— быть чьим-то миром. Ее мир не может быть плох, не может быть слаб…Ее мир не может быть глупым, потерянным мальчишкой из цирка, который однажды выпустил из слишком слабых пальцев руки мамы и папы, и после все падал и падал в пустоту, кувыркаясь, и безуспешно цеплялся за все, что только под руку попадалось.Потому и пришлось повзрослеть, наконец.Ради Кори. Ради Мари. Ради их безопасности он вернулся в особняк к Брюсу, ради них стал сильнее и лучше?— и он, честное слово, все еще изо всех сил старается, день за днем, Рождество за Рождеством, пока так быстро взрослеет их с Кори невероятная девочка.Присев рядом на корточки, Кори мягко берет ее ладошку в свои.—?Будь чуть-чуть осторожнее с папой, Мар’и, детка. Он сильный, он ловкий, но без земли под ногами рано или поздно упадет и расшибется.Слишком по-взрослому та кивает. Словно бы понимает больше, чем и он, и чем Кори вместе взятые разом.Кори протягивает ему руку, Мари двумя своими берет за другую, и вдвоем они без труда, плавно спускают его вниз. Туда где обманчиво невозмутимо наблюдает за ними Альфред?— и Дик готов дать руку на отсечение, что если тот и беспокоится?— то отнюдь не за него.—?Ты видел, Альфред? Видел? Мы настоящие летающие Грейсоны. —?гордо шмыгает малышка покрасневшим носом. —?Самые настоящие.Тот церемонно кивает, вытирая ей нос бумажной салфеткой.—?Несомненно, мисс Мари. Думаю, вы абсолютно правы.Глаза у Дика почему-то вдруг становятся мокрыми. Он тщетно пытается что-то сделать с этим, но в итоге просто растроганно сгребает своих девочек в охапку.—?Звездочки мои… С звонким, беззаботным хохотом Мари барахтается в их с Кори руках, отбиваясь от излишних на ее взгляд родительских нежностей.Огненная грива Кори по-рождественски тепло пахнет имбирем и апельсинами, и чем-то мягким, совсем детским?— темная, как у него самого макушка Мари. По-прежнему держась за их горячие руки, Дик чувствует себя абсолютно счастливым. И почему-то думает, что в жизни еще земля под его ногами не была такой надежной и прочной. Осталось только все это сберечь.