Глава 7. ?На могиле у Эллисон? (2/2)

- Не стоит.

Повисла тишина. Он знает, что она смотрит на него эти последние несколько минут, размышляя. Лидия ушла. Она чувствовала, что что-то не так, но не могла понять что. Девушка не понимает, что сейчас она разговаривает с ним в последний раз.

Стайлз поднял голову наверх и посмотрел на небо. Оно было хмурым, и, казалось, что вот-вот польёт холодными слезами, но небо будет молчать ещё пару недель. Оно заплачет шестнадцатого апреля и будет продолжать плакать и на следующий день, на похоронах, где люди будут стоять под чёрными зонтиками, прячась от тяжёлого взора небес.

Юноша достал из рюкзака, лежащего рядом, свой дневник с причудливой надписью и открыл его на чистой странице, написал дату. Кто знает, что он сейчас пишет, что его сейчас тревожит. Он сам до конца этого не знает, но на данный момент он просто хочет подольше побыть здесь рядом с подругой, потому что понимает, что это их последняя встреча. Он больше не придёт на кладбище по своей воле. Сюда только принесут его тело.Она продолжает сидеть на своём месте, глядя в пустоту. По её пылающим щекам плывут горькие слёзы. Девушка громко всхлипывает, ведь сил держать в себе эмоции уже нет. А зачем их сдерживать? Здесь всё равно никого нет, кроме неё. Лидия закричала не так, как кричит банши, а так, как кричит зверь. Она разбита, и даже Стайлз, вернувшийся бы каким-то чудодейственным образом, не смог бы собрать её по кусочкам.

От крика Мартин птицы взметнулись с ветвей деревьев, создавая характерный шум, и устремились к высотам. Лидия схватилась руками за голову и запрокинула её назад, непроизвольно искривив лицо в подобие улыбки, хоть и улыбкой это не являлось. Рыжеволосая пыталась угомонить воспоминания. В её голове будто стояла стена, сдерживающая их, но сейчас она разрушена, и воспоминания нахлынули на неё огромной, сносящей всё на своём пути волною.

Она вспомнила всё: битвы, в которых они сражались бок о бок, его светящиеся глаза, счастье в которых угасало с каждым днём. Парень столько ей помогал, а она не смогла ему помочь. Лидия вспомнила, как он раз за разом спасал её. Он постоянно был рядом, а она будто не видела его. Его никто не видел.

Девушка берёт красную книжечку со смешной надписью, встаёт и начинает уходить, прижимая дневник к груди. Мимо неё мелькают деревья, и она продолжает идти. Мартин не знает, сколько прошло времени прежде чем она вышла на шоссе. Полоса, по которой она шла посередине дороги казалась бесконечной. В сумочке в пятый раз играл рингтон мобильника. Плевать. Пусть играет. Прошёл час, может быть, два. Она не знает. Вот уже вдали виднеются белые кресты за металлической оградой. Девушка подходит к массивной решетчатой калитке и со скрипом отворяет её. Медленно она проходит дальше.

Атмосфера кладбища пугала: кругом стояли деревья, закрученные в страшные фигуры, на них сидели вороны и каркали, будто переговариваясь. Не обращая внимания на волну мурашек, пробегающих по телу, девушка продолжала идти. Она подходит к могиле, особо не примечательной своим естеством. "Эллисон Арджент" гласит надпись на надгробии. Глаза начинает щипать, и они мгновенно наполняются слезами. Лидия рухнула на колени.

- Прости, подруга, прости, что так долго не приходила, - прерывисто говорила она в промежутках между всхлипами. - Я пыталась убежать от всего этого, забыть, но прошлое всегда настигает нас врасплох. Прости меня, Эллисон. Я не смогла спасти его. Смерть Стайлза на моих руках. Будь ты жива, ты бы заметила, ты бы помогла ему, потому что ты была настоящей подругой.

Мартин села на землю, продолжая смотреть на маленькую круглую фотографию, будто думая, что так она её услышит.

- Признаюсь, я завидовала тебе, ведь ты умела быть незаменимой. Я так не могла. - Она улыбнулась сквозь слёзы и опустила голову. - Мне не хватает тебя, вас обоих.

Девушка перевела взгляд на соседнюю могилу, на надгробии которой было написано "Мечислав Стилински", и его годы жизни. Господи, до чего же короткий промежуток между датой рождения и датой смерти.Шестнадцатое апреля. Она помнит этот день. Он затерялся в её воспоминаниях и врезался в память острым осколком, который никак не вытащить.День был прохладным. Рано утром небо затянули массивные чёрные тучи, один вид которых вызывал ужас. Казалось, что небо вот-вот обрушит на землю всю накопившуюся за месяц влагу, но оно пока молчало. Лидия вместе с матерью суетилась на кухне и готовила блюда. Сегодня был выходной, и девушка решила себя полностью посвятить общению с Натали. Рыжеволосая прибежала в свою комнату и начала искать книгу с рецептами, о которой вспомнила минуту назад. Лидия открыла шкафчик, достала нужную книгу с рецептами на все случаи жизни и собралась уходить, но остановилась возле двери.

В груди непонятно откуда появилось беспокойство. Видимо, состояние погоды на неё так действует. Девушка подошла к окну и взглянула на пугающий небосвод. Птицы не пели, листья на деревьях не шевелились и даже не дрожали. Казалось, вся природа замерла в ожидании чего-то. Банши в Лидии предчувствовала что-то ужасное.

Мартин опустила взгляд на подоконник и посмотрела на лежащий на нём телефон. Девушка взяла его в руку и включила, почему-то она делала это медленно, продумывая каждое своё действие. Стайлз звонил час назад. Сердце болезненно сжалось и забилось ещё быстрее. Она нерешительно нажимает на трубку вызова и подносит сенсор к уху. Гудок. Ещё гудок. Казалось, что они специально тянулись бесконечно. Затем послышался хмурый и хрипловатый голос Стайлза: "Оставьте сообщение." С каких пор он обходится двумя словами.

Парень, который так любил говорить, даже когда его никто не слушал, который всегда смеялся, даже когда на него смотрели, как на идиота, парень, который по-настоящему умел жить. Его больше не было. Лидия молчит, поэтому вызов обрывается. Телефон падает на пол, а девушка, даже не удосужившись проверить цел ли он, сломя голову бежит прочь из комнаты. Она останавливается на кухне и видит удивлённый и немного напуганный взгляд матери на себе.- Милая, что случилось? - пролепетала она и подошла к дочери. Лидию охватила паника, из-за чего она ничего не могла сказать. - Лидия, дыши глубже.

Мартин послушала совет матери и вскоре смогла дышать спокойно и ровно.

- А теперь объясни мне, что произошло?

- Нужно позвонить шерифу. Пусть срочно едет домой.

- Зачем?- Просто позвони! - повысив тон, сказала рыжеволосая, даже не думая извиняться за это. Натали испуганно схватила телефон и набрала нужный номер. Женщина поднесла телефон к уху, продолжая испуганно смотреть на дочь.

- Здравствуй, Ноа, - заикаясь, говорила Натали. - Ты должен срочно ехать домой. Кажется, это слишком важно.

Шериф что-то ответил, но Лидия не могла слышать что. Видимо, он отпирался и задавал много вопросов, ведь женщина ещё не повесила трубку. Лидия потеряла все остатки терпения и выхватила у матери телефон.

- Это Лидия, и вам срочно нужно ехать домой, - быстро заговорила она.

- Что за спешка? - хриплым голосом спросил Стилински.

- Стайлз один. Что-то произошло, и я чувствую это не как параноик, а как банши. Знаете, что чувствуют такие, как я?- Что? - Испуг в голосе девушки передался и мужчине на другом конце трубки.

- Смерть.

Лидия отключилась. Она знала: он понял её, но просто ждать Лидия тоже не собиралась. Девушка схватила лежащие на столе ключи от машины и выбежала на улицу. Она села за руль, сильно хлопнув дверью. Мартин выжимала из своей тойоты всю скорость и молилась о том, чтобы только бы успеть. Рыжеволосая пыталась вновь разжечь в себе надежду, которую банши в ней старательно тушила.

Лидия не знала сколько времени прошло, когда она остановила машину возле нужного дома. Машина шерифа стояла рядом, а это значило, что он прибыл раньше. Дверь в дом была открыта. Девушка медленно зашла внутрь и начала оборачиваться. Почему-то её влекло в ванную. Она прошла несколько комнат и наконец оказалась у нужной двери. Лидия нерешительно толкнула дверь, которая со скрипом отворилась. Пожалуй, за всю свою жизнь ничего страшнее девушка не видела.

Эта картина останется навсегда в её памяти. Шериф сидит над Стайлзом и одной рукой трясёт его, а другой держит телефон у уха и торопливо диктует адрес скорой помощи. Он задыхается от паники, которая овладела им сейчас. Мужчина громко всхлипывал. Он выбросил телефон и приподнял юношу, прижимая его тело к себе.

Он не дышит и уже никогда не будет дышать. Шериф знает, что Лидия стоит здесь и смотрит на него, но теперь ему совершенно плевать на всё, что происходит вокруг. Стилински так и продолжает сидеть, покачивая тело своего единственного ребёнка, которого он только что потерял. Девушка не помнит, что было дальше. Казалось, будто она не в своём теле, поэтому руки и ноги её не слушаются. Она упала на колени, не отводя взгляда от Стайлза. Он звонил. Может быть, если бы она ответила тогда он был бы жив? Может быть, она до сих пор могла слышать его звонкий заразительный смех? Нет, не в этой истории. Даже высшие силы не могли предотвратить случившееся, ибо это был его выбор.

Несколько следующих дней Лидия практически не будет есть, спать, смотря в окно и ожидая увидеть такой знакомый и желанный силуэт. Его не было. Проходили дни, и она забыла, снова начала жить, но спустя неделю он напомнил о себе уже другим образом, напомнил так, чтобы она не забыла.

Господи, это было месяц назад, но память сохранила настолько чёткие и подробные образы, что казалось, что он погиб вчера. Каждый новый день был испытанием, и легче не становилось. Сейчас она сидит на могиле двух своих друзей, и кажется, что они рядом, просто она их не видит. Девушка открывает дневник на нужной странице. Эту запись он посвятил ей - Эллисон.- Думаю, ты захочешь услышать, что он написал. - Лидия опустила голову и начала читать, чётко выговаривая каждое слово. - Эллисон, это Стайлз. Ты не прочтёшь это, ведь ты по-прежнему мертва, и, знаешь, мне тоже осталось совсем недолго. Я готов. Я сижу в ванной. Все тринадцать причин записаны. Тео и Айзек сделают копии, а дальше они знают, что делать. Мне не страшно, Элли, ведь мертвецы не боятся, а я фактически уже мертвец. Горсть таблеток, которые я принял, начинает действовать, и я дописываю это из последних сил. Я люблю тебя, Элли. Встретимся на другой стороне.

Последние несколько слов были написаны дрожащим острым почерком, который едва можно было разобрать. Не верится, находясь на смертном одре, он мыслил позитивно: говорил, что увидится с подругой. Это было единственной знакомой чертой в Стайлзе, её Стайлзе, а не того, которого она знала из дневников и кассет. Для девушки они были слишком разными. С ресниц рыжеволосой сорвалась слеза и с характерным звуком упала, впитываясь в бумагу. Лидия подняла глаза, которые бегали из стороны в сторону, и устремила взгляд на соседнее надгробие с его именем.

- Как ты мог, Стилински? Ты ведь знал, что я буду сидеть здесь и читать это. Всё, что происходит, было в твоих планах, - упрекала она. - Ты эгоист, Стайлз. Вместо того, чтобы ненавидеть тебя, я ненавижу себя. Зачем ты спасал меня? Чтобы самому уничтожить?

Девушка кричала и плакала. Смотря на себя со стороны, Лидия бы подумала, что сумасшедшая. Это бы было клеветой, ведь она действительно разговаривает с ним сейчас, потому что он её слышит и видит. Просто не хочет появляться, просто ещё рано.

Стайлз смотрел на неё с состраданием и жалостью. Он слишком тоскует по ней, ему так не хватает его счастливой девочки, которая готова часами напролёт бегать по магазинам в поисках одного единственного платья. Он любил её со всеми её причудами и недостатками, которые считал достоинствами.Лидия была права, говоря, что всё происходящее в его планах. Лишь одно не входило в его планы: она не должна была влюбляться в него.