Часть 29 (1/1)

Все были заняты сборами?— они, наконец нашли более-менее безопасный путь к городу Грома и собирались выступать. И только Цилин сидел без дела?— он последнее время часто замирал вот так?— молча и неподвижно, прислушиваясь к признакам опасности У Се. Чжану казалось, что с момента их разлуки прошла вечность… Он корил себя за то, что не смог отказать любимому, почему сейчас и находился так далеко от него.Имя У Се, произнесенное Эрбаем заставило его прервать своеобразную медитацию.—?Вот ведь негодник, никак не угомонится! —?ворчал второй дядя, разглядывая на телефоне фотографию кусочка выжженной земли, при ближайшем рассмотрении оказавшуюся своеобразной картой.Цилин понял, что У Се, как он и ожидал, не сидел без дела. Это было ясно по периодически возникающему жару в груди, сигнализирующему, что пока его нет рядом, Наивняшка раз за разом попадал в неприятности и вот совсем недавно?— чудом выбрался из-за грани. У Цилина каждый раз замирало сердце в такие моменты, а душа рвалась туда, куда настойчиво тянул этот жар?— к У Се.За присланным снимком последовал звонок Эрбаю. Как только Цилин услышал на другом конце родной голос, он напрягся и весь обратился в слух, пытаясь хотя бы так определить?— как себя чувствует У Се и насколько он пострадал в переделках, пока его не было рядом.—?Не лезь в это! —?всё ещё не терял надежду остановить племянника от дальнейших поисков Эрбай. —?Как ты?—?Я на метеостанции,?— было отчетливо слышно, как У Се вздохнул, явно не горя желанием отвечать на этот вопрос,?— там, где было тело Ян Догуана. А вы сейчас где?У Се явно пытался вызнать побольше, а значит?— он скоро направится по их следам.—?Мы прибыли в нужное место,?— понимая намерения неугомонного племянника, обтекаемо ответил дядя,?— но пока не спускались. Хочешь посмотреть, как спустимся?—?Естественно да! —?тут же воскликнул У Се, явно не ожидавший от дяди такого подарка.—?Подожди,?— Эрбай улыбнулся и отложив телефон, открыл ноутбук, переведя звонок в видеорежим.На экране возникло изображение У Се и Толстяка, сидящих на диванчике.—?О, Сяогэ! Привет, Сяогэ, давно не виделись! —?было первым, что закричали Панцзы и У Се, как только увидели его, сидящим в стороне за спиной дяди Эрбая.Цилин коротко, почти незаметно улыбнулся У Се, и кивнул обоим друзьям в знак приветствия. Он внимательно рассматривал лицо У Се, отмечая нехорошую бледность, круги под глазами и слишком резко обозначенные скулы.Чжан не сразу заметил, что рядом с его друзьями есть кто-то ещё.—?Это Сяогэ,?— повернув телефон, объяснял кому-то Толстяк. —?Вон тот, самый красивый,?— в кадре стало видно сидящую неподалеку от Панцзы девушку.Цилин внимательно, хотя и немного недоуменно посмотрел на девчушку лет семнадцати, которой явно уже рассказывали о нём. Их взгляды встретились на миг, затем девушка посмотрела в сторону У Се, сидящего с другого бока от Толстяка и явно что-то поняв, кивнула.—?Дядя Эрбай,?— прервал их поединок взглядов У Се, повернув экран к себе.—?Как ты себя чувствуешь? —?сразу же спросил дядя, не дав ему договорить.—?Он в норме, я о нём забочусь,?— сразу же заговорил Панцзы,?— слежу, чтобы отдыхал,?— улыбнулся он.Вот только Цилин видел, насколько натянутой была эта улыбка, и не мог не заметить грусть в глазах друга.—?Не забывай показываться врачу,?— не отставал Эрбай.—?Да нечего там показывать,?— слабо улыбнулся У Се. —?Лучше я буду в неведении…Цилин хотел бы быть сейчас там, по ту сторону экрана и заткнуть У Се поцелуем, чтобы он наконец прекратил говорить о своей смерти, перестал мучать сердце и душу Цилина.—?Если так, то ты… —?но У Се не дал Эрбаю договорить, перебив.—?Я знаю. Тебе что, нужна точная дата, чтобы организовать мои,?— он на миг споткнулся, но продолжил, заставив Цилина незаметно вздрогнуть,?— похороны? Мне это будет уже неважно…Чжан отметил, что У Се иногда бывает жестоким, но понимал, что Эрбай это заслужил. Когда второй дядя узнал, что племянник, вместо того, чтобы лежать в больнице, проник на склад 11, он рассердился, и, кажется сделал все, чтобы У Се это понял. Когда Цилин узнал, что Эрбай выселил У Се и Толстяка из Ушанцзю, заблокировал его счета и запретил всем антикварам покупать что-либо у Панцзы и У Се, оставив больного племянника без средств к существованию… Чжану очень хотелось высказать всё, что он думает о такой ?заботе?, однако он с очень большим трудом сдержался, лишь не разговаривал с ним вовсе, да смотрел иногда так, что дядя ежился и передёргивал плечами от практически ощутимого холода, которым окатывал его Цилин.—?Дядя Эрбай, можно мне умереть так, как я хочу? —?на это дядя не мог ничего сказать, лишь поджал губы и опустил взгляд, понимая?— о чём говорит У Се.