Глава вторая. Баллада о Звере (1/1)
RenaШики злилась. Я чувствовала, как злость волнами исходит от нее. Да и немудрено…вечно я влипаю по пояс в какие-нибудь истории… Джимми действительно выглядел напуганным. Точнее сказать, если бы это был обычный человек, я бы так не подумала, но, учитывая то, что с выражением эмоций у парня явные проблемы, это можно считать за нормальную реакцию страха. Я тихо шепнула Ши на ухо:- Расскажи про свой сон.- Что?!- Или я скажу.Петер и Джимми одновременно и абсолютно одинаково подозрительно прищурились:- О чем это вы тут шепчетесь?Я ткнула Шики пальцем в бок. Она недовольно заерзала:- Мне сегодня приснился кошмар. Я видела серебряную луну, тонущую в крови…- И в классе, когда нас выгнали, я увидела, что у Джимми серебряные глаза, - добавила я.Он вновь погрузился в глубины апатии. Петер почесал макушку и выдал:- Знаете, что? Я домой. Я хочу поспать, проснуться утром и, наконец, попытаться въехать во все, что вы мне тут наговорили.- Мы тоже домой, - сообщила Ши.Джимми молча дошел с нами до калитки. Шики решила, что Петер в качестве извозчика устраивает ее больше, чем я, и уже устраивалась на его велосипеде. Они поехали вперед, а я все никак не могла отстегнуть свой велик от столба. Когда я все-таки справилась с замком, Джимми невозмутимо выкатывал свое (тоже уже весьма потрепанное) транспортное средство со двора на дорогу. Это был какой-то невероятно старый велосипед. Я такие видела в музее почты. Велосипеды, на которых почтальоны ездили сто лет назад, выглядели похожим образом. Я нервно хихикнула:- Это что такое?- Нашел в подсобке. От прошлых хозяев презент, очевидно.- Оно ездит?- Вполне. Я тебя провожу.- Зачем? – опешила я. – Я и сама доеду.- Опасно. Шики и Петер уже встречались с навкой, второй раз она не покажется им, а ты нет. Да и поедешь одна. Хватит с меня смертей.- Ты что, ПЕРЕЖИВАЕШЬ за меня?Он перекинул ногу через раму:- По-твоему, я вообще ничего не чувствую?- Э…ну да. Что-то вроде того.- Ты ошибаешься.Я начала крутить педали. На улице было абсолютно пусто, и тишина давила на меня.Джимми молча ехал рядом. Я не знала, о чем говорить, да и стоит ли говорить вообще. Я просто ехала вперед по дороге, ветер свистел в ушах, а луна и звезды освещали путь.
Мы въехали во двор нашего дома. Джимми взлохматил мне волосы на макушке:- Береги себя, девочка.И укатил. Я стояла с открытым ртом. Сзади донесся вопль Шики:- Рена Шварцвальд, где ты была?!Я скорчила рожу:- Нет, только не сейчас…пожалуйста…давай поговорим завтра?- Ну уж нет, изволь объясниться!- О, мать моя, святая инквизиция…Мы закрылись в нашей комнате и влезли на мою кровать (это место кто-то из родственников, уже не помню, кто именно, окрестил локальным Олимпом, и оно служило для разговоров подобного рода).
- Итак, за каким чертом ты вломилась к новенькому домой?Я затеребила футболку:- Ну…мне хотелось узнать о нем побольше. Не давала мне покоя эта смерть его брата, и я…- Опять полезла на рожон. Как всегда. Балда! А если бы с тобой что-то случилось?- Не случилось же! Что бочки-то катить? И вообще! Мы узнали много нового.- Мы узнали только то, что мы в глубокой ж… И что никто не имеет понятия, как из нее выбираться.
- Ты пессимистка.- Я реалистка!Я фыркнула. Ладно, все вместе мы как-нибудь разберемся со всей этой чертовщиной. Шики вдруг гневно взвыла:- А еще ты сперла мою последнюю чистую футболку!- Да постираю я ее тебе. Только завтра. А сейчас нам надо поспать.Недовольная Шики слезла вниз. Понятное дело, она весь день продрыхла, сейчас у нее пик активности. Я чувствовала себя выжатой, как лимон. Мне было лениво даже пойти умыться на ночь.Пока Ши торчала в ванной, я натянула на себя ночную рубашку и залезла под покрывало. Сестра погасила свет:- Спокойной ночи, Рена.- Спокойной ночи, Ши.Только когда в комнате воцарилась тишина, изредка прерываемая сладким посапыванием моей сестры, я поняла, что не рассказала ей, что меня до дома проводил Джимми…RenaШики была в кабинете отца. Не знаю, зачем ему это и почему он мучает только Ши, но я не хотела бы оказаться на ее месте. Я не любила отца. Он не любил меня. Мы просто жили под одной крышей.
Сестра вернулась. Ее подбородок дрожал, а в глазах стояли слезы. Я вскрикнула:- Ши! Что случилось?- Он выбрал меня, потому что я похожа на парня. Потому что он хотел сына, а не дочерей.
Она расплакалась. Я обняла ее и прижала к себе. Ее слезы капали на мою кожу и словно прожигали ее до кости.- И он еще смеет спрашивать, как ты поживаешь!Я вздохнула:- Ши…ты же знаешь, что я смирилась с этим давным-давно. Его словно не существует в моей жизни.
- Знаю. Но это не оправдывает его.- Не переживай за меня.Я знала, что, кроме сестры, меня вообще никто не любит. Ни мать, ни отец. Я долгое время задумывалась, зачем наши родители вообще поженились и решили завести детей. Они ведь не любили ни друг друга, ни нас с Шики. Ответа я так и не находила и через некоторое время перестала искать.Сегодня была суббота. 12 июня. Завтра будет наш день рождения. А через девять дней – летнее солнцестояние. Праздник Солнца. Самая короткая ночь в году. В этот раз нам будет уже шестнадцать, и мы сможем остаться на празднике до утра. Я подала Шики платок:- Нам надо по магазинам. Еды накупить на завтра, приготовить что-нибудь и все такое…- Я забыла!- Ну и балда же ты! Забыть про свой день рождения!- В нашей семье это вполне реально.Она, к сожалению, была права. Предки дарили нам то, что мы выбирали заранее. И никогда не дарили подарков просто так, без повода. Мы привыкли и даже не думали о том, что может быть по-другому. В этом мире мы были одни. Но одиночество двоих – совсем другое дело, нежели одиночество одного. Это одновременно и дар, и проклятие. Каждый день видеть свое отражение. Не нуждаться в друзьях ?со стороны?, ведь есть та, кто знает тебя лучше, чем ты сама. Замкнуться в своем маленьком мирке, куда всем остальным путь заказан.- Рена, ты где витаешь?!
Над ухом раздался раздраженный голос Шики. Она уже успела переодеться в нормальную одежду (вместо цивильного прикида спешл-для-отчетного-дня).- Мы идем по магазинам или как?- Идем, идем…опять мне тебя на своем горбу тащить…Тут у меня возникла блестящая идея. Когда мне было десять, я упала с лестницы и сломала ногу. И три недели прыгала на костылях, которые сейчас валяются в кладовке.
Злорадно хихикая про себя, я торжественно вручила Шики костыли. Она гневно воззрилась на них:- Ну и что мне с этим делать?- Идти на них. На велике я тебя смогу довезти только до центральной улицы, а там придется передвигаться пешком. Магазины, шопинг…алло!Ей пришлось признать мою правоту, потому что перспектива прыгать несколько часов на одной ноге по мостовой ее явно не прельщала. А ходить она не могла. Я обеспокоенно спросила:- Слушай, может, я одна съезжу? А ты полежишь дома?- Даже не знаю…- Мне не нравится твоя нога. Может, врачу показаться?- Нафиг надо? Ясно же, что просто растянула связки.Я махнула рукой. Если Ши уперлась рогом, спорить бесполезно. Она залезла на кровать и положила под больную ногу подушку:- Я, пожалуй, дома останусь. Ты купишь все и развезешь приглашения?- Напиши мне список того, что ты хочешь купить. И кого пригласить завтра.- Как обычно. Катарина, Коринна, Петер, Йохан. Устроим пикник на холме, как в прошлый раз.
- А…ну хорошо.Я замялась. Честно сказать, я думала позвать Джимми. Все-таки ему надо освоиться здесь, если он собирается жить в Шварцвальде. Новоприбывшим всегда трудно привыкнуть. Шики не заметила моего смятения. Вручив мне список продуктов, она отправила меня лесом (в прямом смысле этого слова).От быстрой езды волосы растрепались, и пришлось убрать их в пучок. Жарко. Я заехала к Катарине и Коринне, пригласила на наше ?отмечание?. Обе обещали прийти. Йохана дома не оказалось, и я порулила к Петеру. Пнув ногой калитку, я крикнула:- Петер, хватит штаны просиживать, вылазь из дома!Калитка открылась, и вышла его мама. Упс. У меня было настолько виноватое выражение лица, что она даже рассмеялась:- Заходи, Рена, они с Йоханом на заднем дворе.Так вот куда Йохан из дома делся. Тем лучше. Я прислонила велосипед к стене и обошла дом. Они играли в бадминтон. Йохан заметил меня первым и замахал рукой:- Привет!- Привет-привет. Я, собственно, зашла пригласить вас на наш день рождения, который будет иметь место завтра на холме в час дня. Придете?- Придем, - ответили они почти хором.- Чудно. Тогда до завтра.Я вернулась к калитке, где меня нагнал Петер. Я поняла, что он хотел поговорить о том, что случилось несколько дней назад.- Как Шики?- Нормально. Только нога болит, она почти не может ходить. По дому-то на костылях прыгает.- Ты не видела…- Нет, - помотала я головой. – Ни навку, ни Зверя, ни даже Ливингстона. Правда, нам постоянно чудится, что кто-то стучит в окно, но мне кажется, это просто глюки. Ты не рассказал Йохану?- Пока нет.- Думаю, завтра надо будет сказать остальным. Нехорошо оставлять их в неведении.- Ладно.- Ты сам-то в порядке?- Вроде бы. Уже перестал заморачиваться, как будет, так и будет. До завтра, Рена.- Пока!Я поехала на центральную площадь. Единственное место Шварцвальда, где есть магазины. Шики написала километровый список, и я, проклиная все на свете, начала обходить продуктовые лавки.Через пару часов, нагруженная пакетами, я стояла около деревянного моста и думала. Заехать – не заехать, пригласить – не пригласить… Хоть на ромашке гадай, честное слово. Упаковав пакеты в корзину, прикрепленную к рулю, я повернула в сторону дома, где раньше жил Тони Курц.Я вытащила из рюкзачка тетрадку и ручку и начала писать записку. В результате получилось следующее: ?Приглашаю тебя на празднование нашего с Шики дня рождения завтра в час дня. Приходи на холм. Рена?. Потоптавшись у почтового ящика, на котором все еще была фамилия Курц, я все-таки сунула записку в щель и услышала, как она упала на дно. А теперь пора домой.RenaКогда я вернулась домой, сестры не было. Подозрительным казалось и то, что костыли тоже куда-то делись. Нет, только не это…надеюсь, она не ушла искать приключений на многострадальную пятую точку? Я обежала весь дом, но лишь подтвердила свою первоначальную догадку. Моя любимая сестричка, фигурально выражаясь, смылась.Я раздраженно отгоняла мух от пакетов с едой. И куда ее черти понесли? Тут в калитку постучали. Я открыла. На пороге стояла Корделия, наша одноклассница, внучка бабушки Лоттхен. Она протянула мне клочок бумаги:- Тебе записка от Шики. Она у бабушки, лечит ногу.Я медленно, но верно начала закипать. Хоть бы предупредила! И что это за поганая бумажка? Я перевернула ее. На обратной стороне был записан какой-то рецепт. Судя по всему, листочку было лет как минимум столько же, сколько и мне. Я сунула руку в пакет и вынула баночку засахаренных орехов:- Возьми, отнеси бабушке. Спасибо за труд.- Не за что. Увидимся.- Пока!Ох, мать моя…опять к нам завтра сбегутся все, кому не лень… И как Ши доберется домой? Ладно. Сегодня я уже не поеду никуда, лениво. Да и невежливо вламываться в чужой дом вечером. Тут я вспомнила, как вломилась к Джимми, и покраснела до ушей.Время от времени я радовалась, что у нас такие родители. Отсутствия Ши никто даже не заметил. Семья у нас в этом плане просто шикарная. Как будто ее и нет вовсе.
В попытке порезать овощи я остервенело долбала ножом по разделочной доске. Все равно надо наготовить на завтра еды – салатики всякие, блинчики напечь…пиццу закажем. Может, хоть в этом году день рождения удастся. А то в прошлом… К нам без приглашения явился наш великовозрастный оболдуй-одноклассник Марк Маддерсон, которого мы с Ши не переносим на дух. На своем отстойном дребезжащем байке. Я подозреваю, что он видит свое призвание в том, чтобы портить всем настроение, в основном – нам. И я абсолютно не удивлюсь, если он рискнет появиться у нас завтра. Интересно, а Джимми придет?
Кухонный комбайн начал подавать гневные гудки, и я выпала обратно в реальность. Ну проводил он меня домой. Ну не прибил за то, что я влезла к нему в дом. Ну ничего это не значит! А я тут напридумывала себе уже невесть что… От злости я еще разок шарахнула ножом по доске. По ней пошли трещины.Так прошел вечер. Когда я закончила с готовкой, была уже почти полночь. Еще каких-то десять минут - и с днем рождения, Рена. Эх. Еще и объясняться завтра со всеми, а то праздник Солнца на носу. Если Зверь и вправду существует, я уверена, что эту ночь он не пропустит.
Часы в гостиной гулко пробили полночь. Я убрала все в холодильник и пошла в ванную. Заплетя волосы в косу, я залезла на кровать и юркнула под одеяло. Впервые в жизни я ночевала одна. Без Шики. И мне было страшно. Я включила себе плеер и сунула голову под подушку.