С пролога начнем, а опосля эпилогом закончим. (1/1)
?Я его нашла! Натаха, они существуют!?Короткое сообщение, причем, написанное латиницей, едва не сломало мне, готовящейся к первому в мой жизни коллоквиуму, мозг.Сначала по причине своего прочтения, а затем при попытке понять, кто это ?он? и что такое ?они?, которые ?существуют?. Первыми на ум пришли колготки в черную крупную сетку с искусственными пауками по бокам. Их Яна искала прикола ради на приближающийся день рождения сестры. Типа символический подарок. Та у нее была передовиком некого готического движения, а потому Янка решила повыкоблучиваться и подарить родственнице что-то этакое: удивительное и неприличное. Отчего именно колготки – это надо спрашивать подругу, ибо за мысли, что роятся подобно пчелам у нее в голове, я ответственности никогда не возьму. Правда, найти то, что именно она хотела, Яне отчего-то не удалось. Что-то близкое – да, но подругу оно не устраивало. Все или ничего, таков был девиз привыкшей добиваться своего Яны.Хватило полтора месяца знакомства, чтобы осознать: понять Янку было невозможно. Оставалось только принять эти пятьдесят килограммнепосредственности и все же позитива, и будет вам, как говорится, счастье.Оторвавшись от конспекта по неорганике, в котором слова складывались в предложения со страшным для непосвященных смыслом, я тупо уставилась на погасший уже дисплей.
Хотелось мысленно и гипотетически махнуть рукой на Янку и ее колготки, но не позволила совесть. Человек тут радостью своей делится, а я отмахиваюсь, пусть и условно. Тоже мне подруга, называется.С Яной мы были знакомы месяц с гаком, как поступили на химфак местного университета, но мне отчего-то казалось, что этого человека я знаю, если не всю жизнь, то ее сознательную часть так точно. Наше знаковое знакомство произошло на первой же лекции, где мы просто сели по соседству друг с другом. Являя собой хронического интроверта, я никак не ожидала, что наша короткая беседа и случайное соседство перерастет в дружбу.
Яна вообще являла собой интересного человека с кучей увлечений. От походов на фестивальное кино до секции, как ни странно, самбо. В свое время она успела попробовать многое: от рукоделия до конного спорта, а потому была личностью разносторонне развитой. Она не упускала возможности попутешествовать, благо ее родители могли себе позволить не просто отпуск у бабушки в деревне, а полноценный отдых на каком-нибудь презентабельном курорте. Как особа весьма любознательная, Яна интересовалась, наверное, всем. И любила о том поговорить, а я любила послушать. Думаю, именно на этой почве мы и нашли друг друга.Правда, основным увлечением и явным заскоком Яны были, как ни странно, вампиры. Подруга увлекалась таким жанром как ?темное фэнтези?,и этим выдуманным кровососущим тварям здесь была выделена особая ниша. За время нашего знакомства Яна честно попыталась обратить меня в свою веру. Но в результате единственное, что я смогла переварить – это пара книг под авторством Барбары Хэмбли, от которых, кстати, была в полнейшем восторге. И на том дело как-то застопорилось...
Я глянула на стоящий рядом будильник, который услужливо показывал, что через пять минут будет десять часов вечера. Ладно, приличия ради выясню, что то была за эсэмэска, а затем вновь окунусь в мир неорганической химии... Не зря же мне послали это короткое сообщение, в конце концов, определенно требуя моего внимания к вопросу.Длинные гудки прервалиськоротким ?алло?.- Яна... – проблеяла я в трубку. – Янкаааа...- Ну чего?- недовольно брякнула та. Ее голос тонул в шипящих помехах неважной связи и в гулком шуме на заднем фоне. Отголоски громкой музыки давали жирный намек, но я все же решила приличия ради спросить:- Ты где?- Ты за этим звонишь?В ?Апельсине?, конечно.?Апельсин?, или просто в народе ?Пиписин?- ночной клуб, и пускай он располагался далеко не в центре, но пользовался популярностью среди молодежи. Янка часто там зависала. Сегодня в универе она предложила мне отправиться с ней, но я малодушно отказалась. Во-первых, не по мне развлечение, а во-вторых, опять же коллоквиум... Что с меня взять, но родители некогда кнутом и пряником приучили прилежно грызть гранит науки, а потому это уже было где-то на подсознательном уровне и давно не требовало каких-то жестких методов убеждения в своей, родительской правоте.- Нет, я звоню узнать, кого и где ты нашла? Ты прямо меня заинтриговала.
Яна засмеялась, а затем быстро-быстро заговорила, словно бы облекаемая в слова мысль, готова была от нее убежать аки бешеный кролик:- Не поверишь! Натаха, ты зря со мной не поехала! Я всегда знала и верила. Верила и знала. Давай, дуй сюда, раз позвонила и оторвалась от своих книжек!- Погоди, - я поморщилась, понимая, что от меня ускользает смысл происходящего. – Во что ты там верила?- В вампиров, Натаха, в вампиров! Я нашла одного. Ты не поверишь, он...Дальше я не слушала, пытаясь переварить то, что сказал подруга. Переваривалось, трудно и со скрипом.
Твою кавалерию.
Кто-то из нас точно сошел с ума. Либо она со своими кровососами, либо я со своими конспектами.Я открыла было рот, чтобы что-то вякнуть, правда, сама не знала, что именно, но тут связь прервалась. Причем, все попытки вновь завязать разговор наталкивались на сухой женский голос, который равнодушно сообщал, что телефон абонента выключен или находится вне зоны доступа сети. Можно было, конечно, списать сей инцидент на забывчивость подруги и разрядившийся не вовремя мобильный телефон, но дурное предчувствие гаденьким голосочком и весьма назойливо шептало, что что-то случилось.