После. (1/1)

Аглая.В праздничной комнате было светло и шумно. В углу синегрибы хором завывали какую-то песенку. Еркут лежал прямо на столе и жонглировал шоколадными конфетами, по очереди ловя каждую в рот. Женька и Тим резались в видеоигры на огромной плазме, Учур сидел рядом и давал какие-то дельные советы. Вардак, пузо которого просто неприлично надулось, валялся на коврике неподалеку, сонно помахивая хвостом. Взрослые крысюки расселись в основном вокруг ДнД. Но самые упертые все еще находились за столом, активно поглощая угощения.- Что-то долго вас не было. – сказал, не поворачиваясь Учур.- Я попросила Чухоня показать мне Синюю Грибницу. – ответила Аглая, отломив от огромного блина кусочек. За время прогулки она проголодалась. - Это теперь так называется? Грибницу показать, поня-атно. – ехидно потянул Тим и получил от Женьки локтем в бок. Аглая покраснела и ткнула друга носком сапога под зад. А потом отвернулась, наложила на блин красной икры, завернула, налила в чистую рюмку водки из хрустального графина, выдохнула, опрокинула рюмку в рот и тут же закусила блином. Ей нужно было отвлечься и успокоиться. И так все странно. Клык, сидящий за столом, аж крякнул.- Давно хотела попробовать это сочетание. – пояснила девушка, пожав плечами. – В фильме выглядело вкусно, а на деле, ну так. Свежо. Крысюк захохотал. Торт принесли минут через десять. Был он огромный, улитый взбитыми сливками и шоколадом, утыканный двадцатью огромными свечками. Клык еще сказал, что надеется, что это не фейерверк, потому что с Бочкаря (их повара) станется такую шутку провернуть.Свой кусок Аглая еле доела и поняла, что до дома друзьям придется ее катить. Но, как и все дни рождения, этот праздник тоже заканчивался. Девушке было хорошо, но немного грустно. За оставшийся вечер они с Чухонем больше не разговаривали, и не известно, когда встретятся еще раз. Аглая решила где-нибудь оставить свой номер телефона, так, чтобы парень его потом обнаружил (предложить прямо ей духу пока не хватало), поэтому она направилась к небольшому закутку перед комнатой, где висели куртки и пальто тех, кто пришел сверху. Когда она услышала позади себя скрипучий голос старика, она сначала даже напугалась и вздрогнула.- Аглая, кажется, да? – спросил сгорбленный пожилой мужчина с редкой, завязанной у конца ремешками, бородкой и мутными глазами, глядящими в разные стороны.- Допустим. – ответила та. - Вы же умная девушка, Аглая. – продолжил старик. – И осознаете, что есть те, с кем вам по статусу положено общаться, а есть вышестоящие. Они принадлежат своему народу, своим традициям и не отступят от них. Но пока они молоды и разум их не так силен, они могут пойти на поводу своих чувств и эмоций, могут ошибиться, и тогда им будет больно. А вы – красивая девушка, не трогайте их, не играйте с их сердцем, лучше найдите себе кота под стать и живите с ним страстями. Вы же понимаете, о чем я? Обещайте, что не станете больше тревожить душу моего господина, не покажетесь ему на глаза?С каждым словом этого странного старика глаза Аглаи становились все удивленней и больше. Конечно она понимала, о чем, а вернее о ком он. О Чухоне. О главе русской фратрии крысюков. О Старшем Сыне Крысоматери. Вот он о ком. Девушке стало больно, но она вздохнула и спокойно произнесла:- Мы ведь кажется сейчас живем в современном обществе, где традиции и социальный статус уже не диктуют кому с кем быть, а с кем не положено. Мы живем в том обществе, где каждый решает сам, что и кого ему выбрать. Если вы не здесь, если вы застряли в прошлом, то это ваша проблема. Мне пора. И быстрым шагом вернулась в комнату, чувствуя спиной злой взгляд старика.Чухонь.Чухонь некоторое время смотрел вслед вагонетке, увозящей с собой друзей, а потом вернулся в кабинет. У него осталась пара неоконченных дел и неподписанных документов. Работать не хотелось. Сегодняшний вечер был очень теплым и необычным. Парень никогда раньше не думал, что вот так просто будет гулять с девушкой по подземелью, а она не станет пугаться темноты, нитей мицелия, да и его самого. Чухонь чувствовал, что Аглае понравилось у него в гостях, понравилась прогулка, а особенно Синяя Грибница. Но эта шуточка Тима, конечно…В дверь трижды стукнули. Горбун. И чего этому старику не спится?- Зайди.Пожилой крысюк протиснулся в дверь, и шурша своей мешковатой хламидой, важно поклонился. - Говори, чего хотел. - Господин, - начал Горбун, останавливаясь недалеко от письменного стола. – Этот вечер, пока все праздновали, я один предавался мыслям о благополучии Братства, и на меня снизошло озарение, не иначе как навеянное самой Крысоматерью. Вы уже взрослый и вам пора найти себе женщину, также как поступали традиционно множество людей нор. Сделав это, вы поддержите особенную уникальную культуру Норного Братства, выделяющуюся среди других рас, и покажете достойный пример юным крысам. Сами подумайте, зачем вам какие-то кошки, неверные и блудливые, когда перед вами раскрыты подобные горизонты?- Я чего-то не понял. – Чухонь поднял правую бровь, в его голосе послышалась стальная тяжесть. – Ты мне собираешься указывать как жить?- Ну что вы, мой господин, нет! – заюлил старик. – Я просто даю рекомендации, как ваш советник, самые наилучшие. Я уже сказал той кошке, чтобы она вас больше не беспокоила.- Чего? – голос Чухоня перешел на грозный рык. - Так, старик, - рядом с Горбуном серой тенью возник Клык, и ухватив того за шкирку, выкинул за дверь. – Иди проветрись, а то зашибут ненароком, нам за тебя еще перед Усом отвечать. - Да я…! Да я…! - завопило с той стороны. – На благо!Вопль оборвался, и послышался хохот синегрибов. - Ты, это, начальник, - начал Клык, почесав затылок. – Я же видел сегодня, как ты на девушку смотрел. - И ты туда же? – Чухонь нахмурился, злость на Горбуна уже схлынула. - Да не к тому я, а к другому. – махнул рукой глава охраны. – Если нравится Аглая, то скажи ей чего-то, пригласи куда-нибудь. А то она так и не углядит с твоей стороны интереса, убежит, локти потом кусать будешь. Ты ж сегодня весь праздник рядом с ней сидел и молчал, даже вина не налил. Разве так за девушками ухаживают? И вообще, если старый наговорил ей чего, позвони, извинись и объясни или лучше съездь к ней. - Прямо сейчас и съезжу. – глава русской фратрии людей нор резко встал из-за стола, схватил ключи от машины и вышел вон. Клык только головой покачал. Зверь взвыл и рванул из открытых ворот гаража. Гаечка, который сегодня стоял на дежурстве, только и успел отскочить. А Чухонь ехал и вспоминал лицо Аглаи, когда та одевала пальто. Он еще тогда заметил, что она какая-то бледная и тихая, посмотрела на него так печально, вдруг улыбнулась, словно луч солнца через тучи проник, и слабо махнула рукой. Нет, пусть Ус обижается, не обижается, но Горбуна нужно отсылать обратно. И так всю русскую фратрию крысюков перебаламутил, залезая со своими советами и наставлениями туда, где не просят, даже Нектара до белого каления довел, начав нудить, что настоящие люди нор в розовое не одеваются и шерстоканов блестками не посыпают. Организатор потом пришел к Чухоню в кабинет, глотал дорогой коньяк и долго жаловался. Полгода терпел глава фратрии выходки Горбуна чисто из-за уважения к Усу, да и старик иногда дельные советы давал. Но лезть в личную жизнь Чухоня, лезть своими грязными лапами к Аглае – это перешло все границы. Глава Норного Братсва, уже паркуясь у башни кошек, решил, что завтра же вручит Горбуну чемоданы и купит билет до Румынии в один конец. И скажет Клыку, чтобы тот проследил за тем, чтобы старик точно сел в самолет и улетел.Парень с каштановыми кудрями, сидящий на вахте в фойе башни, очень удивился, увидев главу русской фратрии крысюков. Еще больше он удивился, когда Чухонь сказал, что ему не с Мартой говорить нужно, а с Аглаей. Но все же набрал номер на небольшом домашнем телефоне современного типа и куда-то позвонил.- Сейчас придет, спать еще не легла. – наконец, ответил кошак.Лифт звякнул минут пять спустя и выпустил из своего алого нутра бледную Аглаю, уже переодетую в длинный вельветовый халат персикового оттенка и домашние турецкие туфли с загнутыми носами. Девушка, удивленно глядя на Чухоня своими серебристо-грозовыми глазами, подошла ближе.- Привет. – сказала она. – Неужели я что-то забыла?- Нет. – парень мотнул головой. – Я за Горбуна извиниться пришел. Он очень ограничен в своих суждениях. В общем, чего бы он тебе не наговорил, это не правда. - Я знаю. – Аглая легко улыбнулась и вдруг всхлипнула. – Ты бы сам сказал, если что.Девушка вытерла глаза руками. - Прости, это так… просто…Чухонь сделал шаг вперед и крепко-крепко ее обнял. Огромный рыжий котяра, поселившийся в сердце и названный кем-то из древних Любовью, довольно замурчал.Аглая замерла в его объятьях, словно маленькая птичка, а потом вдруг еще раз всхлипнула и обняла его в ответ. - Во делааааа… - каштановый кот шокировано покачал головой.- Васька, брысь. – проговорила в сторону того Аглая.- Я не могу, я на посту. – нахохлился он. – Марта прибьет, ты же знаешь. - Ну, отвернись тогда, что ли. – возмущенно фыркнула кошка в сторону Васьки. - Ааааа… - на лице того появилось озарение. – Понял.Кот картинно покрутился на стуле и уперся взглядом в стену. Аглая вдруг отстранилась, встала на цыпочки и поцеловала изумленного Чухоня прямо в губы.Внутри стало легко, ярко и звонко, словно наполнили грудину теплым летним ветром, нежным и щемящим до потери пульса, глубоким и бездонным словно океан, основательным и надежным, как земная твердь, и ярким, теплым, горящим, как вечное пламя.Парень сильнее прижал к себе девушку и ответил на поцелуй. ***Легкий шелк белого платья струился и тек по старинным потертым ступеням. Львиная голова повернулась к полной луне, а потом наклонилась вправо. Золотые глаза посмотрели на огромную Крысу, словно бы состоящую из клубков желтых молний. Глаза говорили: ?Смотри, как и обещано, твое дитя не будет одиноко. Эта моя дочь пусть не самая быстрая и смелая до высоких прыжков и охоты, но у нее большое благородное сердце, верное и честное. Она будет любить твоего Сына, дарить ему тепло, а он защищать и оберегать ее. Они достойны друг друга?. Крыса некоторое время не отводила взгляда от Львицы, а потом благодарно кивнула и желтым светом утекла в подземелья.Львица осталась на месте и вновь подняла голову к Матери-Луне.Да, тотемы не могут диктовать своим детям волю и управлять ими. Это противоестественно. Но иногда, если сердца детей открыты и расположены к определенному выбору, можно дать дозреть этому решению быстрее.