Знакомство с темой (1/1)

У Артура никогда не было воображаемых друзей.Тут чей-то едкий голос должен непременно добавить, что и настоящих-то друзей у него никогда не было.Однако дело обстояли не совсем так. Те многочисленные знакомые и приятели, которые прилеплялись к Артуру постоянно и везде, искренне считали себя его друзьями. Сам Артур так не считал, но никому об этом не говорил, так что люди спокойно жили и не печалились.Артур вообще считал, что людей не надо раньше времени лишать иллюзий – пусть живут безмятежно и сохраняют свои нейроны.Такое отношение позволило ему выстроить неплохую, хотя и без фантастических взлетов карьеру и производить на всех впечатление человека собранного, энергичного и способного целиком концентрироваться на поставленных задачах.Артуру Миллеру в июне исполнилось тридцать два года, но все называли его юношей. Работал он в должности главного редактора пафосного ретроградного журнала ?Успешный бизнес?. К работе своей он был равнодушен совершенно, более того, даже презирал ее, но она давала хорошие деньги, поэтому об этом равнодушии не знала ни одна живая душа.Вообще, о равнодушии Артура к чему бы то ни было не знала ни одна живая душа, поэтому сегодня Артуру подумалось: может быть, ему и в самом деле нужен воображаемый друг? Чтобы хоть он знал об Артуре все.В Бога Артур не верил, хотя мать его теперь жила в Хайфе, где, будучи чистокровной еврейкой, вернулась к вере предков. От нее Артуру достались чуть раскосые темные глаза и в меру смуглая кожа. С ней он перестал общаться лет восемь назад, а других родных у него не было. Сейчас Артур трясся в питерском метро и раздумывал, какого черта он взялся за эту работу. Туда, куда он ехал, надо было послать девятнадцатилетнего стажера, и все были бы счастливы, стажер в том числе.Просто порой Артур так уставал от юбилеев солидных господ из газовых и нефтяных компаний, что радовался любому отклонению от этого курса.– Тульпы, – сегодня утром провозгласил бритый налысо толстяк Толик, редактор ?Питерского треугольника? (портал, наполненный лонгридами о загадочных явлениях, называвший себя городским комьюнити). – Знаешь, что это такое? – И он пристально посмотрел на Артура через окошко вайбера.Артур поднял левую бровь.– Воображаемые друзья, если по-простому, – снизошел Толик. – Помнишь, в фильме ?Шоколад? дочка Вивиан таскалась то ли с воображаемым зайцем, то ли с котом… А в книжке написано, что кот этот реально присутствовал, только его никто не видел. Ну там у них какая-то магия витала, другое измерение, и все равно: вот этот заяц – типичная тульпа. Потом, кстати, когда ребенок вырос, зайцу кирдык пришел. Ну, исчез он. Потому что в него верить перестали.– Я не фанат шоколадных драм. У меня тут директора завода надо поздравить с двадцатилетием в должности – главный металлургический комбинат в России, все серьезно, а ты – зайцы…– И ты еще не помер со скуки? – прищурился Толик. Знал, гад. – Тульпы, оказывается, распространены не только среди детей и подростков. Это целое явление. И в последнее время у нас в городе, а ты же знаешь, что мы себя называем…– Городским комьюнити, – кивнул Артур, отхлебывая кофе. Смартфон он прислонил к огромной пачке журналов и теперь смотрел в него, как в телевизор.– Угу. Так вот, это явление ширится в последние полгода невиданными темпами. Одна моя знакомая тульповод…Артур закашлялся.– Кто, прости?– Тульповод… ну, это тот, кто создал себе тульпу…– Так.– Она рассказала, что появился один человек. Раньше ничего подобного не было. Он создает тульп по заказу – для тех, у кого мало воображения, чтобы самим создать. Ну представь: человек хочет тульпу, но не представляет, какую, просто есть потребность, одиночество замучило или там для сексуальных целей… не лыбься. Или депрессия серьезная, а тульпы помогают, да. Так вот, этот мужик беседует с жаждущим воображаемого друга, якобы он какой-то там супер-психолог, и потом у человека – через пару дней или даже через несколько часов – появляется идеальная тульпа. Идеальная, понимаешь? Все практики этой фигни в восторге и ужасе – никто никогда не слышал о профессиональных создателях тульп для других людей, даже не написано о них нигде, а о теме этой писали с древности. Это что-то новое.– Очередной гуру, – поморщился Артур. – Может, и в самом деле психолог по образованию. Менталист какой-нибудь, проницательный чувак, и понятно, что зарабатывает на людях, у которых с башкой не все в порядке. Что тут поразительного?– Артур, он денег не берет, – сообщил Толик.– А, – сказал Артур. – Это интереснее уже. Что делать надо?Толик оживился.– Сначала встретишься с моей девочкой-тульповодом, а потом вместе с ней сходишь к этому мужику. Типа ты тоже хочешь тульпу, но не знаешь, как ее сделать.– Бред какой-то, – пробормотал Артур. – Еще тульпу мне не делали. Ну хорошо, когда?– В шесть часов, бро. Сумеешь освободиться от своих газовиков и нефтяников?– Слава богам, Толян, я пока сам себе хозяин.– И это, – наставительно сказал Толик. – Оденься попроще. А то знаю я тебя, опять свитер от Ральфа Лорена.– Это Прада, – поправил Артур и чуть улыбнулся. – Не буду я переодеваться, не мечтай.– Пижон, – вынес вердикт Толик. – Когда-нибудь тебя зарежут за запонки.И отключился.В общем-то, все это выглядело даже забавно.***В вагоне метропоезда Артур загуглил тему и пробежался по самым верхам.Началось все с тибетских лам, как сообщала Википедия. Само слово ?тульпа? возникло из буддизма, тибетского и индийского. Многие трактовали тульпу как галлюцинацию – причем такой глюк мог быть коллективным. Но чаще ее все же создавали индивидуально, под себя, как внутреннего собеседника. Порой тульпа – ставшая вполне самостоятельным существом – выходила из-под контроля и могла свести создателя с ума. Ну, решил Артур, тут уже начиналась обычная шизофрения.По мере того как люди с Запада проникали на Восток, появлялись европейские труды, где описывались встречи с тульпами. Впервые, кажется, техника вызова видений была обрисована неким Чарльзом Ледбитером в конце девятнадцатого века. Потом, в двадцатых уже годах двадцатого столетия, на Тибет съездила известная француженка Александра Давид-Неель и подробно описала свой опыт: как она сама долго медитировала и как в итоге ей удалось силой мысли создать тульпу – в виде ламы. Вскоре лама стал очень своевольным, дерзил не по делу, появлялся не вовремя, и дамочка решила его разрушить, что оказалось неожиданно сложно: не уходил, и все. Исчез лишь после долгих месяцев усиленного изгнания.Артур подумал, можно ли в здравом уме считать что-то, созданное собственным мозгом, самостоятельным, да еще способным этим мозгом управлять. И пришел к выводу, что скорее всего нет: должно иметь место какое-то психическое отклонение. Ну, как голоса в голове или раздвоение личности. У одного приятеля Артура бабушка страдала деменцией, и ей постоянно чудилась некая загадочная ?Она?, которая диктовала бабушке, что делать, и звучала в голове постоянно, как радио. Причем действия, которые ?Она? предлагала, логикой не отличались: бабушка могла посреди ночи встать варить варенье или начать выбрасывать цветы из окон. Еще ?Она? бабушку сильно пугала – рассказывала ей о разных заговорах мирового правительства, а ведь раньше бабушку политика не волновала вообще.Артура всегда удивляло, как вполне физическая, видимая посредством научных приборов деградация сосудов мозга может приводить к чудным вывихам сознания. Просто кровь потекла как-то не так, не теми путями, – и, опля, появляется совершенно дикая воображаемая реальность.С другой стороны, таким образом – создания тульпы – могло происходить вытеснение Тени. Артур в университете увлекался Юнгом и кое-что из его трудов помнил. Доппельгангеры всякие появлялись именно из теневой стороны натуры, а уж о них-то столько романов было написано, что не перечесть, да вся готическая литература на Тени стояла черным остроугольным замком.Однако прежде чем делать выводы, Артур решил дождаться девушки, как Толик назвал ее, тульповода.Девушкой-тульповодом оказался мини-колобок в кислотно-розовой джинсовой курточке, с такими же розовыми волосами и с огромными серьгами-белками в ушах.– Ага-ага, меня саму Белкой зовут, – разулыбался колобок. – Пойдем прогуляемся пока, погода вроде хорошая.Артур кивнул, соглашаясь, погода и в самом деле стояла дивная: тепло, спокойно, безветрено, листья уже желтеют и падают, но цветов еще полно – яркие флоксы, мальвы, бархатцы. Он это время очень любил. В воздухе витал тонкий аромат – то ли цветения, то ли уже гниения, пахло будто бы вином.Они не торопясь пошли по аллее, и Белка неожиданно толково все разложила по полочкам.Воображаемые друзья находились у многих, а вот тульп целенаправленно разводили и развивали, создав по ходу дела свой специфический сленг, любители эзотерики – и среди них находились очень известные в Петербурге личности. Потом неожиданно это явление выплеснулось на имиджборды – лет этак десять назад. Появились целые форумы, сообщества, группы в социальных сетях, где тульповоды делились опытом создания тульп.– Я прочитала об этом на Reddit, постепенно собрала информацию и узнала, как это делается правильно. Случайно нашла одну ссылку, вторую, а потом стало интересно…Так словарный запас Артура пополнился терминами ?форсить? – то есть воображать тульпу в деталях, а потом ?уплотнять?, чтобы она стала реалистичнее (кто как это делал: некоторые рисовали, некоторые лепили из глины и пластилина, вырезали из бумаги, кто-то описывал словами, кто-то просто усиленно думал над чертами воображаемого друга); ?хост? – хозяин тульпы; ?вандерленд? – мир тульпы, где она предположительно живет или где тупьповод мог бы провести с ней время.– Ну знаешь, я вот люблю потусить со своим Рогатиком. У меня тульпа – это такой мощный полубык-получеловек, он огромный и может быть агрессивным, у него громадные черные крылья и большие такие загнутые рога, но он стеснительный и очень молчаливый. Так вот, наш с ним мир – это как бы инопланетный сад. Там всегда ночь, но есть деревья, наподобие наших яблонь, они цветут белым и светятся в темноте. А еще из сада можно наблюдать парад планет – планеты в этом мире кажутся громадными, во все небо, видно, как они перемещаются... И мы с Рогатиком сидим на скамеечке и смотрим на огромный желтый Юпитер… или как падают зеленые звезды. Молчим и смотрим. Там так красиво! И меня это всегда успокаивает. Понимаешь, нам не надо ничего друг другу говорить. Это молчание всегда – утешающее. А в жизни… ну, есть у меня друзья, которые могут поддержать, денег там занять, приехать с лекарствами, если болею... Но вот утешить – прямо чтобы утешить… – нет, никого нет. Кроме Рогатика. Если бы не он… я не знаю, как бы я справлялась. Мама умерла недавно, мне теперь одной приходится платить ипотеку, это адок просто... Отношений у меня никогда не было, но это ерунда, а вот одно время работы не было, так беда настоящая, кредит же никуда не денешь, и я такая – то официантка, то уборщица, то дворником даже пришлось… А сейчас я с детьми одних богатеньких сижу, так ничего вроде, жизнь наладилась. Но к Рогатику привыкла. Да мы с ним не так и часто сидим в саду, раз в месяц примерно. Мне хватает.– А есть какие-то запреты в этой теме? – поинтересовался Артур.Они остановились покормить уток у небольшого пруда – Белка заготовила батон в полиэтиленовом пакете. Утки накинулись на крошки, как людоеды на девственницу.– Есть, – кивнула Белка, чуть заметно скиснув. – Бывало, случалась дрянь, потому что человек делал тульпой погибшего друга. Или родственника.– И что за дрянь?– С катушек слетали, в дурку попадали, – пожала плечами Белка. – Нельзя это. Тульпа не замена живому человеку… это как-то неприлично даже считается. Ну и опасно. Не говорят об этом даже. А кстати, есть еще сервиторы.– А это что за субъект?– Ну это как бы некачественная тульпа. Тоже существо, воображаемое, но во всем подчиняется человеку. ?Что хотите, то и да?, в общем. Ну, в этом же смысла нет. Зачем иметь такое существо? Интересно, когда друг – сам по себе, отдельная личность. Хочется же друга, а не… не знаю… раба.– Но раба можно вполне завести себе для секса, я не прав?..– М-м-м, – задумчиво произнесла Белка. – Есть такая тема, да. Есть такие люди. Только ведь кому-то трахаться с рабом интереснее, а кому-то и в сексе нужен партнер, а не игрушка, понимаешь?– Понимаю, – усмехнулся Артур.– Ну, будет у тебя на все готовая феечка. Кому-то сношать ее интересно, конечно. Но… Таких людей обычно… Ну, не то чтобы презирают. Но как-то настороженно к ним относятся...– А все видят тульп одинаково часто… после форсинга?– Да нет, ты что. У некоторых не получается зрительный образ, они только голос слышат. Другие иногда прикосновения воображают. А те, кто видят… – некоторые свою тульпу видят всегда, то есть она везде хоста сопровождает. Некоторые – только временами, иногда вообще редко, в крайних ситуациях каких-то. У одних она в публичных местах любит появляться, у других скромная – только наедине с хостом. Тут особенностей много. Если будешь говорить с другими тульповодами, имей в виду, что они могут передавать тебе то, что тульпа говорит в этот момент, транслировать как бы – ну, как они ее слышат. Не пугайся.– Отлично, – пробормотал Артур. Он чувствовал себя как в дурацком артхаусном фильме. – А есть те, кто просто притворяется, что у него есть тульпа? Ну, описывают ее, рассказывают, что она говорит… А на самом деле ее и нет?Белка прыснула, розовые хвостики волос, торчащие из смешных цветных заколок, задрожали.– Есть такие. Мы их ?сварщиками? называем.– Почему ?сварщиками?? – удивился Артур.– Да фиг его знает, не вдавалась, не люблю я их.– Все это понятно, – сказал Артур, – но я хочу узнать о человеке, к которому мы идем. Как он появился в городе, откуда?– Точно не знаю, знаю только, что примерно года два назад. С тех пор все будто свихнулись. Пошли разговоры, и даже те, кто раньше не задумывался о создании тульпы, попались на эту удочку. Говорят, создает просто идеальных существ. Но мой Рогатик раньше появился, без чьего-либо участия, мне Лофт ничего не создавал.– Это прозвище у него такое – Лофт?– Да, ребята прозвали – от ?лофт? как запуск ракеты, есть такой термин. Типа он так моментально создает тульпу и ее мир, причем для человека, которого впервые видит и с которым встречается лишь раз, что это как запуск ракеты, на огромной скорости. Тульпа может уже через час появиться – и она максимально реальна, детали прописаны от и до, прямо живое существо. А так, обычно, тульпу можно форсить месяцами, а то и годами, а можно так и не создать. Да сам с ним побеседуешь, его бесполезно описывать. Очень харизматичный чел.– Я догадываюсь, – кивнул Артур.Они неспешно шли по Синопской набережной, пока не наткнулись на дом, будто вышедший из романов Гюго. Артур встал как вкопанный: никогда его раньше не видел, но был очарован. Серый, угрюмый, с настоящими круглыми башнями, с узкими высокими окнами, он выглядел одновременно и как старинная крепость, и как сумасшедший дом года так 1800-го.– А ваш Лофт, я смотрю, любитель театральных эффектов?– Да уж, с ним ни на какие шоу ходить не надо. Некоторые бегают к нему на коллективные сеансы – он как-то отправляет сразу несколько человек в место, где хосты и их тульпы могут общаться между собой, сразу группами. Те, кто туда попадал, говорят, что это какой-то остров. Даже название у него есть – то ли Торс, то ли Торн, не помню точно, не ходила туда, это работает только для тех тульп, которых Лофт создал. С самодельными фокус не получается. Поэтому лоферы – так они себя называют, те, кто фанатеют от Лофта, – смотрят на всех свысока. Типа у них там такая насыщенная жизнь, в этом Торне, что в реале никому и не снилось.Белка потянула на себя тяжелую дверь, ведущую в один из подъездов ?дома Гюго?, и вдруг обернулась:– А, я не сказала тебе еще одного термина – ?поссесинг?. Это когда тульпа перехватывает контроль. Может случаться как умышленно со стороны хоста, то есть он медитирует в этом направлении и все такое, так и без его желания, по воле тульпы.– Без его желания – это уже психоз, извини меня.– Может быть, – покачала головой Белка. – Но ведь никто это не хочет так называть.***Они поднялись по широкой каменной лестнице и остановились на просторной лестничной площадке на пятом этаже. Дверь, в которую Белка позвонила, была деревянной и выкрашена в темно-зеленый цвет, но больше ничем не выделялась. Обычный электрический звонок, обычный дверной глазок. Вообще, все вокруг сияло чистотой – наверное, подумал Артур, тут живут старушки, древние, но крепкие, как Мерлинов дуб.Внутри Артур ожидал увидеть что-то психоделически-вульгарное – алый плюш, тяжелые портьеры, цветастые подушечки, вытертые диваны, пыль и сумрак, но реальность ослепила его обратным.Он оказался в огромной студии, построенной из бывшей коммунальной квартиры, и она была белой, как снег. Белой, с восстановленной лепниной на потолке, где резвились единороги среди виноградных лоз, с камином, верхнюю часть которого тоже украшал лепной декор: кариатиды и гирлянды цветов и фруктов, где виднелись каждый лепесток и каждая веточка. Декор обрамлял огромное зеркало, треснувшее в нижней части. Присмотревшись, Артур понял, что это не просто трещина, а след от пули. Никакого пластика, череда настоящих старинных окон браманте с мраморными подоконниками и медными затейливыми ручками. Пол сиял янтарным наборным паркетом, как бальная зала, и несколько предметов мебели, стоявших здесь, совсем терялись в пространстве – розоватый стол-бюро, пара круглых стеклянных столиков, пара изящных кресел, белый кожаный диван.У Артура все заныло внутри от этого великолепия – он безумно обожал архитектуру, интерьеры, но когда-то не решился этому делу обучиться.Свет из окон, на которых не было штор, лился какой-то неземной, бесконечно яркий, как огонь иного мира, хотя на улице уже вечер наступил.И тут Артур понял, что остался один: Белка куда-то исчезла. Потом расслышал голоса через коридор – из другой комнаты или из кухни, но решил не искать никого, а подождать – и уселся на диван. Какой-то подвох ему чудился во всем. Он ожидал увидеть опустившихся людей и подозрительного ?учителя?, но растворился вместо этого в белизне и пламени.Через пять минут в комнату вплыл одуряющий аромат кофе, а вслед за ним тоже вплыл, иначе не скажешь, высокий тонкий человек в черном, державший в руках круглый поднос (серебряный, сразу определил Артур) с винтажными кофейником, сливочником и сахарницей (шеффилдская сталь), серебряными щипцами и маленькими белыми чашечками, тонкими, как батист. – Гостей надо встречать во всеоружии, – напевно произнес человек и опустил свою ношу на столик. – Нет лучше бесед, чем за кофе, не так ли?Он подкатил столик на колесиках прямиком к дивану, где устроился Артур. Тому показалось, что свет из окон прямо-таки облизал фигуру незнакомца, обнял его рыжим ореолом.– Артур Миллер, – встал навстречу Артур и подал руку. – Моя спутница сказала мне, что вы можете помочь… по личному вопросу. Нетривиальному, если можно так выразиться.– Лофт, просто Лофт, – по-чеширски улыбнулся человек в черном и протянул свою руку. Ладонь у него оказалось узкая, как у женщины, но крепкая, сухая и горячая. – Настоящее мое имя вам знать совсем ни к чему, для статьи довольно прозвища, я уверен. Вы же опишете меня как карикатурного героя, почти что персонажа комиксов. Да бросьте, я насквозь вас вижу, журналистов! Но я не против, собака лает – караван идет, еще рекламу мне сделаете. И насчет нетривиального – тоже могу помочь.Артур улыбнулся и дежурно отшутился:– ?Имя мое слишком известное, чтобы его называть??Лофт засмеялся неожиданно весело, показав белые острые зубы.– Да-да, именно так. Ну что ж, начнем? Задавайте ваши вопросы, не стесняйтесь.И он разлил по чашкам горячий кофе.Артур пожал плечами, взял чашечку и включил диктофон на смартфоне.Лофт оказался приятным собеседником – логичным, остроумным, с огромной самоиронией, что Артуру импонировало. Он учился на психиатра, закончил весьма серьезный медицинский вуз с красным дипломом, потом увлеченно специализировался на психологии и коучинге, получил еще несколько весомых дипломов по разным направлениям психологии, в том числе зарубежных, сейчас писал кандидатскую диссертацию; особенно его, как и Артура, интересовала юнгианская философия, и он, как и Артур, склонялся к тому, что тульпа зачастую – часть вытесненной натуры.– Однако я не имею в виду обязательно негатив, – сделал Лофт предупреждающий жест. – Скорее человек не может понять, какие у него настоящие желания, истинные потребности. Не осознает, чего ему не хватает, чтобы стать цельной личностью, проработать себя. Ведь что мы имеем в нашей жизни? Сплошные социальные роли, маски. Правила, запреты, нормы поведения. Тут не ходи, там взорвется, если сунешься; прыжок на месте – и вот в дело уже включился Внутренний Родитель. А ритм жизни? Совершенно некогда разобраться в себе! А многие и не умеют, неповоротливый у нас сегодня ум, совершенно не пытливый. При этом так много одиноких людей. Так много тех, кто считает себя ущербным, и кто-то действительно ущербен, признаю. Друзья и любовники – живые, настоящие – это ведь всегда работа. Кто-то ленится, а кто-то и не способен на эту работу. Кто-то не может реализовать себя романтически, кто-то – сексуально, а кому-то просто нужен друг или домашний питомец, а живой домашний питомец – тоже большая ответственность. Вот и приходят ко мне. У людей сейчас совсем нет фантазии, Артур, это печально. Максимум, что я слышал: создайте мне пони из мультфильма. Или – хочу маленького дракона. Или – хочу кого-то похожего на Гарри Поттера. Смех один. Они сами не знают, что их способно вдохновить. Тут и приходят на помощь мои психологические знания. Я вижу человека насквозь, Артур, и это не хвастовство. Я очень, очень проницателен.– Но как, Холмс? – невольно улыбнулся Артур. – Как тульпа возникает после вашего разговора с желающим ее приобрести? Или, лучше сказать, завести?– Я просто наталкиваю человека на лепку нужного образа. Бессознательно, в большинстве своем. То есть задаю вопросы – нужные вопросы. И рассказываю истории. И еще, признаюсь, я немного владею гипнозом. Но не открою вам секрета, если скажу, что гипнологов готовят на любом уважающем себе факультете клинической психиатрии. К этому, конечно, надо иметь способности, но и к математике надо иметь способности! Никакой особой магии. Как иногда гадалка расскажет милой девушке ее судьбу по таро – а потом так в точности и происходит? Бессознательное задание. Курс, который вкладывается в голову. Способности мозга еще много таят в себе тайн. Но знаете, чтобы узнать все о тульпе, надо самому тульпу завести.– Ну, раз вы меня сразу раскусили, думаю, поняли и то, что никакой тульпы мне не нужно, – заметил Артур.– Это вы думаете, что не нужно, а может, нужно, – улыбнулся Лофт, изящно налил новую чашку кофе и отвернулся поглядеть в окно.В эту паузу – совсем не натянутую, а приятную – Артур несколько секунд молча его разглядывал. Рыжие начищенные до блеска кожаные туфли-оксфорды, черные джинсы, черная рубашка с короткими рукавами, на худых и одновременно мускулистых руках несколько татуировок – руны, насколько понял Артур. Из-под воротника рубашки тоже виднелся край татуировки. Тонкий профиль, бледная кожа, волосы цвета темной меди и очень зеленые глаза, такой зелени Артур еще не встречал, хотя скорее всего цветные линзы, чему тут удивляться. Лофт завораживал, и Артур прекрасно понимал тех лузеров, на которых он действовал гипнотически.С тульповодами все рисовалось настолько ясно, что во рту появился кислый вкус. Да, Артур отчетливо представлял их: несчастных, варившихся в соусе своего одиночества людей, у которых всегда с чем-то были проблемы, и эти проблемы не кончались. ?Плохо, когда человек один, когда упадет он – кто поднимет его??. Эта тема шла из глубины времен, как ночь. И с сексом все было понятно – почему и зачем одинокие нубы заводят себе вайфу, тульпу для интимных отношений. И с воображаемыми зайцами, пони и котами все было просто, проще некуда.В Сети он прочитал о метафизической концепции – некоторые интересовавшиеся темой считали, что тульпа призывается из иного мира, что она не плод воображения, а живое существо; однако Лофт считал, что она лишь продукт мозга, который вполне способен создать автономный концепт, у него ведь много зон, и некоторые работают с неочевидной зависимостью друг от друга. То есть Лофт отрицал всякую мистику, и правильно отрицал, Артур его вполне поддерживал.Но почему-то стало скучно и даже немножко обидно. Опять ничего нового. Просто иллюзии. Только диссоциативное расстройство личности. – Можно ли считать, что тульпа – это проявление субличности человека?– Знаете, Артур, – развернулся к нему Лофт, – это интересный вопрос. Многие психиатры так и считают. И вроде бы кажется, что однозначно так, но на самом деле нет. Свои субличности личность всегда ощущает именно частью себя. Это трудно объяснить, это просто ощущение. А тульпу вы ощущаете как независимую. Можно сказать, она то, чего как раз не хватает личности, в том числе ее субличностям. Более того, у каждой субличности человека может быть своя тульпа. Ну, например: есть в вас старая сварливая карга Дарья Степановна, и у нее тульпа – воображаемый кот. Одновременно есть в вас художник-гомосексуал Пьер – и у него имеется антропоморфный голубой дракон. Понимаете?– А если тульпа сложная? Если это человек, а не розовый пони? И если у этого человека есть привычки, характер?– В таком случае вы тем более ясно ощутите, что это не вы, а Другой, гарантирую вам.– Ну а лично вы, Лофт? У вас есть тульпа?– Увы, я сапожник без сапог, как это часто случается, – с улыбкой развел руками Лофт. – Никогда не было желания ее создать. Возможно, у меня так много субличностей, что им друг с другом и так нескучно.– Думаю, что я уже получил достаточно информации. Хотелось бы пообщаться, конечно, еще с несколькими тульповодами…– Просто зайдите на любой форум, посвященный этой теме, не тратьте время попусту. Для статьи вам хватит.– Может, вы и правы, – с облегчением согласился Артур, на самом деле ему ни с какими тульповодами общаться не хотелось.Пока он шел к выходу, ему причудилось, что миновал он не просто пространство большой квартиры, а какую-то нескончаемую анфиладу сверкающих залов, где потолки настолько уходили ввысь, что их было не видать.Вот же черт, с восхищением подумал он. Умеет заморочить голову.В дверях он остановился и встретился с Лофтом взглядом – глаза у того блестели, как крыжовник под дождем.– Интересно все же, ну а мне вы могли бы создать тульпу? Вот так, только после нашей беседы? И какая бы она была?– Хорошо, – ухмыльнулся Лофт. – Считайте, она уже у вас есть. Сами увидите, какая она будет.– Вот так просто?– Совсем непросто, милый Артур, – вздохнул Лофт. – Неимоверно трудно оказалось именно вам подобрать... то есть создать кого-то. Но я люблю вызовы. Только имейте в виду – существование такой тульпы может создать проблему в реальных отношениях. Это если они у вас есть. А если нет – то в их формировании. Тульпа обычно влиятельна.– Если честно, я не верю во все это, – чуть поморщился Артур, но тут же улыбнулся.– А зря, – веско ответил Лофт. – Как там поет ваша сумрачная певица? ?Мне нужен какой-то свет, чтобы видеть хотя бы сны?. Вам тоже нужен, вы ничем от других не отличаетесь, Артур.Они мило распрощались, еще раз крепко пожали друг другу руки, о чем-то пошутили, и уже за спиной послышалось Артуру то ли шипение, то ли шепот на чужом свистящем языке. Он замер и посмотрел на Лофта, но тот улыбался так же тонко, как и мгновение назад.Словно ангел, предлагающий кокаин.***Вернувшись домой, Артур налил себе бокал вина и сел за макбук. Текст статьи он настучал за час минут, нечего там было особо расписывать, вычитал для уверенности на ошибки (корректоры сейчас попадались такие, что хоть рыдай) и отправил Толику. Фото Лофта сделать не получилось – тот, как и ожидалось, сниматься отказался. Но для такого ресурса, как ?Питерский треугольник?, материал вполне годился.В открытое окно вливались чернильные сумерки, и Артур снова вспомнил рыжий, пламенеющий свет в квартире Лофта. А потом Белку с ее фантастическим садом и парадом планет. Рогатик, надо же придумать такое. Нежный монстр. Женщины, что тут скажешь. Потом подумал о самом Лофте – странным образом захотелось увидеть его еще раз, поболтать уже не на заданную тему. Лофт был красивым, но цепляло в нем что-то иное. Менталист, одним словом, это тоже надо уметь.Артур долго сидел в задумчивости, медитировал над электронным почтовым ящиком, не открыв ни одного нового письма, допил вино, налил еще, даже начал мурлыкать что-то себе под нос в такт джазу из интернет-радио, а потом вдруг замер на месте.Лофт называл это ?сигиллы? – звуки, запахи, эмоции, которые связывают хоста с образом тульпы. Но тогда Артур не понимал. А теперь понял.В комнате кто-то был. Чем-то шелестел, тихо дышал. Будто бы улыбался про себя. Пах каким-то деревом, и дождем, и влажной тканью, будто пришел с мокрой улицы. И железом почему-то, и мускусом – немного.В комнате кто-то был – и никого не было. Артур подумал, что вот именно так, тихо, точно кот на шелковых лапах, и приходит шизофрения.Он испугался и одновременно будто ждал чего-то, а потом проклял все на свете и спросил тихо:– Это ты?В ответ раздался язвительный смешок, и хриплый голос произнес – то ли в комнате, то ли в уме:– Это я, детка. А ты симпатичный. Рыжий не говорил.– Рыжий? Это ты Лофта так называешь?– У него много имен, но я его называю Рыжий – он же Рыжий.– Почему я тебя только слышу? – так же тихо спросил Артур, боялся почему-то громко.Подумал и опустошил бутылку. Если уж у него зазвучали голоса в голове, чего бы не напиться в честь такого дела.– Извини, детка, пока я как бы радио, но скоро и картинка появится. Кое-какие дела надо закончить, да и далеко мне до тебя, не сразу связь идеально налаживается.– Далеко – откуда? – насторожился Артур.– Долго объяснять, да и Рыжий не велел говорить. Куча запретов у него, ведьмака. Но он мне обещал нечто интересное – и вижу, не соврал. Не скучай, дорогуша, скоро нарисуюсь, контакт будет интереснее. Жаль, не такой тесный, как мне бы хотелось. Потом тебе все расскажу, а пока допивай свой бокальчик и баиньки.Артур хотел разозлиться, с ним еще никто никогда так не разговаривал, но тут в голове разлилась тишина. В комнате точно никого больше не было, кроме него самого. И ни звуков, ни запахов.?Неужели пролонгированный гипноз? – как-то замороженно, будто его паника застыла и превратилась в огромный сталактит, думал Артур, умываясь и начищая зубы электрической щеткой. – Программа на какой-то образ, и вот он мерещится?.Кто их, гипнологов, разберет. Но было страшно. И было… волнующе. Предвкушение обжигало грудь. Лофт оказался прав: Артур ничем не отличался от других смертных, которые всю жизнь чего-то ждали и сами не знали – чего.***Следующие два дня прошли спокойно, никто Артура не тревожил – ни в мыслях, ни в реальной жизни, а потом раздался звонок, и сначала Артур ничего не понял из мешанины криков, рыданий и адской смеси наскакивающих друг на друга слогов. Потом удалось разобраться, что звонит Белка – и что ее друг, тульповод, создавший тульпу у Лофта, покончил с собой.– Это не первый случай! – оглушительно причитала она. – Не первый! Это уже третий, они убивают себя! Наверное, Лофт программирует их на суицид или еще какая-то фигня, а-а-а! Он сразу мне показался скользким, как гадюка! Не надо было Вадику туда ходить, а это я его к нему привела! А-а-а!– Соболезную, – вот во что Артур точно не хотел вникать, так это в дела с самоубийствами или убийствами, не настолько ему хотелось добавить перца в свою пресную жизнь. – Ты вообще уверена, что это суицид? А что сам Лофт говорит?– Да нету его дома! И на телефон не отвечает! А если он в этом виноват, так все логично же! Сбежал…Артур вспомнил зеленые глаза и ванильную улыбку и внезапно понял – этот мог.– Ладно, – вздохнул он. – Где ты сейчас?– Я в парке сижу-у-у, – прорыдала трубка. – Рядом с домом Вадика. Его только что увезли-и-и.Артуру для полноты счастья не хватало только толстых розоволосых девушек в безразмерных куртках, размазывающих по щеках фиолетовую тушь. Никогда он таких людей даже не замечал.А вот теперь пришлось.