Часть 7 (1/1)
В первый день пребывания в «Логосе» мне удалось занять самую удобную и широкую кровать. Кроме того, рядом с ней было достаточно места для размещения всего моего барахла. Не учел я только одного: по утрам лучи солнца без труда преодолевали препятствие в виде хиленьких штор и непременно будили меня. С годами, конечно, я научился с этим бороться, поплотнее укутывая голову в одеяло. Но периодически все же продолжал просыпаться от очередного солнечного зайчика, так некстати пригревшегося на моем глазу.Сегодня был как раз такой день. Я раздраженно передвинул подушку, создавая над своей головой хоть какое-то подобие тени. В комнате неторопливо копошился Авдеев, кажется, одевающий форму. Павленко, наверное, уже ушел в столовую. С его-то любовью пожрать это неудивительно.- Доброе утро.Приторно-слащавый голос Андрея показался непривычно раздражающим. С какого хера оно доброе? Ах да, его ж брат не ушел прошлой ночью неизвестно куда с его же девушкой. Хотя у него нет брата. И девушки нет. Ха-ха. Неудачник.- Я говорю, доброе утро.- Слушай, заткнись со своим утром, а?В Авдеева полетела метко пущенная подушка. Впрочем, об этом я тут же пожалел, потому что мои глаза были лишены последней защиты от солнца. Парень же все так же неторопливо поднял предмет интерьера и вернул его мне.- На вот, возьми. А то солнце на тебя действует как-то раздражающе. Ты случаем не вампир?- Ага, пью по ночам кровь симпатичных девственниц.- Ну-ну. В нашей школе твоими стараниями девственницами остались только уродливые.Я самодовольно усмехнулся. Слова Андрея были чистой правдой, которую я воспринимал как похвалу или лесть. По такому случаю тревога из-за Юли даже отступила на второй план.- А ты не завидуй.- Было б чему. Слушай, Макс, что случилось? Ты второй день ходишь какой-то озлобленный… ну в плане еще больше озлобленный, чем обычно. Вчера вот ушел куда-то посреди ночи. А потом пришел сам не свой, ворочался все.- А это я, Андрюшенька, мимо туалета промахнулся. И вот муки совести полночи меня одолевали. Но потом я успокоился, ты не волнуйся.Черт, и как он умудряется настолько хорошо чувствовать мое состояние? Вообще-то в обычной ситуации я бы для приличия поогрызался, но потом бы все Авдееву выложил. Новость о том, что Маша моя мать – скорее повод для радости, чем тревоги. Ведь это означает отсутствие родственных связей с Морозовым. Но здесь примешивался Док, а о нем я почему-то пока сообщать не хотел. Так что трилогия «удар кулаком-сигареты-Авдеев» лишилась одного звена. Не самого важного, кстати говоря. Без «Marlboro» мне бы было хуже.- Ладно, убийца чистоты в туалете. Потом расскажешь, если хочешь. А сейчас пойдем на завтрак. Иначе Ромыч съест все булочки.И мы действительно пошли. Потому что если меня оставить еще и без булочек, то я точно озверею.***Столовая встретила нас привычным шумом и хаотическим беспорядком. Пробираясь к своему столу я «нечаянно» сбил пару первоклашек, шустро бегущих куда-то с гружеными доверху подносами. Андрей недовольно выругался, но мне ничего не сказал. Правильно, сегодня со мной лучше не связываться.- Всем привет!Авдеев изобразил радостную улыбку и приземлился на стул между Ромой и Дашей, поприветствовавших его вялыми улыбками. Вика и Юля, сидящие здесь же, ограничились кивком.- Доброго утра.Что ж, меня даже такими ответами не удостоили. Более того, Юля вскочила с места, будто случайно задевая свой поднос. От резкого движения на меня опрокинулось все его содержимое, включающее в себя тарелку с кашей и стакан сока. Может, будь у меня реакция Дока, я бы сумел увернуться. Но сейчас весь завтрак своенравной блондинки оказался у меня на штанах.- Какого черта?- Это тебе благодарность за вчерашнюю ночь.Ребята непонимающими взглядами проводили рванувшуюся к выходу Самойлову. Я же, задумчиво счищая с брюк комки каши, пытался придумать, чего такого вчера сумел натворить мой братец. Кажется мои друзья были удивлены столь спокойной реакции. А у меня просто не было выбора. До разговора с Доком я все равно ничего не пойму. И кстати надо будет захватить с собой гречку на следующую встречу. Передать, так сказать, привет от Юли.