Часть 19 (1/1)

Мастер. Сколь противоречивое слово. Особенно сейчас, когда нужно выложиться на полную. А для этого просто таки необходимо продемонстрировать ему все на что я способен, при этом не выдавая свои личности. Благо с антипаучьей сывороткой это проще простого. Ведь все остальное можно объяснить тренировками на случай вроде сегодняшнего. Победить я не смогу, это ясно как день. Нет, у меня был бы шанс, но… Одна способность принадлежит Человеку-пауку, а второй я зарёкся пользоваться. Слишком много бед она приносит. Визор настраивать под себя времени нет, поэтому я просто включаю нейтральный режим. В общем использую высокотехнологичное устройство в качестве обычной маскарадной маски. Глупо? Возможно. Но в данном случае оптимальный вариант. Тепловизор почти бесполезен, пока Мастер в своей броне, ночное видение тоже, так как тут достаточно светло. К стойкам с оружием мы подходим одновременно. Огнестрел не берём, ни к чему. Да и лишние жертвы никому из нас не нужны. А вот холодное оружие… Обыкновенный армейский клинок с обмоткой на рукояти занимает свое место за голенищем ботинка, благо оно достаточно высокое, чтобы его можно было даже сапогом назвать. Два его брата-близнеца занимают отведенные им места на ремне брюк. У Таскмастера примерно тот же набор. Разве что модель клинков другая: он предпочитает более широкие и двусторонние. А уж когда ему в руки попадает меч… Впрочем, мой Мастер и без оружия смертоносен. Равно как и Дэдпул. S-ранговые охотники, что тут скажешь. И я даже думать не хочу о том, что произойдет когда они узнают о моих похождениях. Я должен прикрыть семью. Тётушку, Пита, Эя… Стоп. Но ведь это же…Клинок со свистом рассекает воздух в нескольких миллиметрах от моего лица. Я не реагирую, просто концентрируюсь, выбрасывая из головы все посторонние мысли, и выжидаю момент для блока второйруки противника. Сейчас важен только бой. Окружение привычно смазывается. Четко вижу я только Мастера. Атака напарывается на мой блок и я тут же контратакую. Это ещё не боевой транс, вовсе нет. Но очень скоро я в него окончательно провалюсь. Главное чтобы мне не помешали. Хотя… Скорее мне стоит переживать о чересчур глубоком погружении. Клинок издает скрежет, принимая на свое лезвие чужой нож, в то время как я лихорадочно размышляю, стремясь предугадать следующий шаг Таскмастера. Новый выпад ион намеренно открывается, приглашая к атаке. И она таки следует, вот только не ножом в открытый бок, а подсечкой и следующим за ней перекатом в сторону, так как Мастер, подпрыгнув, обрушил один клинок туда, где только что находилась моя нога, в то время как второй метнул на опережение. Вскакиваю на ноги и броском возвращаю Мастеру его оружие перед тем, как мы сойдёмся снова. Готов спорить, что он сейчас прищурился и стал более серьезным. В реальном бою возврат оружия расценивается как недооценивание противника, но конкретно сейчас… Таскмастер не тот наемник, который станет разбрасывать оружие направо и налево. Я поломал ему многоходовку. Так сказать, он понял, что я понял. Детский мат не удался, даже под прикрытием других фигур. Значит будет другая, более интересная партия. Ещё одна серия ударов заканчивается уже на моей атаке. Руку берут в захват и я ускоряюсь ещё сильнее, чтобы использовать схватившего меня Мастера, как опору, после чего закономерно лечу на землю. Каменный пол встречает меня откровенно не ласково, а особо сволочной камушек больно впивается в лопатку, но долго лежать не выйдет. Мелькнувшая на чужом лезвии вспышка наконец погружает меня в боевой транс. Вот только глубже, чем хотелось бы. Сказать, что мастер не ожидал от меня брейкданса?— ничего не сказать. Зато это дало мне лишнюю секунду на то, чтобы разобраться куда отлетел один мой нож и вооружиться клинком, который до этого был за голенищем ботинка.?— Интересно, ученик. Мы не виделись всего несколько месяцев, а уже столько талантов… —?Рубящий удар заканчивается перехватом оружия и обменом ?любезностями?, оставившим на моем ноже зазубрину. Вот тебе и разность в качестве стали.?— Не стоит, Мастер, я не добился ничего особенного. —?Уклонение от трёх колющих ударов и парирование четвертого.?— Позволь мне решать. —?Пока одна рука Мастера давит на скрещенные клинки, вторая наносит быстрые удары по жизненно важным точкам. Левой рукой я владею хуже, а потому выбрасываю нож и по мере сил отбиваюсь голыми руками.?— Как пожелаете.?— Рейвен-Рейвен, что за пагубная привычка склонять голову??— Склониться перед сильным противником значит признать его силу, а не показать свою слабость. —?Мастер хмыкает, чуть склоняя голову набок, и мне в глаза бросается нечто, сверкнувшее за его спиной в неясном свете пламени. Как я метнулся вперед, едва не насаживаясь на клинок, как бабочка на булавку, я не помню. Бок, по которому проехалась острие клинка, отодвинутого с моего пути в последний миг, вспыхнул огнем, но эту боль вскоре затмила другая. Появившаяся, когда я толкнул Мастера в спину, прикрывая собой. Плечо горело огнем, словно я облил его кислотой, из-под рукава футболки на пол арены капала кровь, а мой взгляд блуждал в поисках нападавшего. В прошлом месте его уже не было. И не думаю, что он бы ушел. На подобное дело два раза не идут. Блокиратор паучьих сил ослабевает, так как организм начинает изо всех сил бороться за свое выживание и чутье тоненько ноет. Чуть смещаюсь, добиваясь усиления эффекта и получаю заслуженную награду: пулю в бедро. Нога подгибается и я больно приземляюсь на колено. Крови не так много, но в глазах все плывет. Так пули были отправлены… Над ухом раздается эхо выстрелов и нападавший падает вниз вместе со своей винтовкой, через долю секунды после того, как у самого моего лица проносится пуля, кроша пол за нашими с Мастером спинами. Таскмастер как обычно не расстается со своим пистолетом. Жаль, что в этот раз подобная предосторожность не помогла.?— Рейвен! Рейвен! —?Голос наставника доносится как будто издалека. Но он же совсем рядом. Где? Не знаю. А где, собственно я сам? Тоже не знаю. Но здесь так спокойно. И боль кажется начала утихать. Так стоит ли вообще думать об этом и что-либо искать? —?Не смей умирать! Это приказ! —?Значит я не могу не подчиниться, верно? Облизываю пересохшие губы и заставляю себя сделать вдох. Приходит осознание, что маску с нижней части моего лица сняли, но голову по прежнему стягивают плотно сидящие ремни визора и я не особенно беспокоюсь. На руках и ногах ощущается мертвая хватка крепежей, а за спиной холод металла. Мы уже в медпункте? Сколько же я блуждал в темноте??— Открой рот, ученик. —?Повинуюсь безропотно, как и последующей команде, намертво стискивая зубы на предложенной деревяшке, сразу после того, как проглатываю ледяной очиститель. Что-что, а его вкус я ни с чем не спутаю. Слишком уж часто меня травят последнее время. А затем мысли резко улетучились. В мозгу взорвался фейерверк боли. Мне хотелось заскулить, но я лишь рванулся из прочных пут, впиваясь зубами в древесину. —?Лежать! —?И вновь мое беспрекословное повиновение. Привычка, здравый смысл? Да какая ко всем чертям разница?! Боль ослабла, затем вернулась вновь. Все, что я позволял себе, так это тяжёлое дыхание и лёгкую дрожь. Да больше и не вышло бы. Теперь меня дополнительно удерживал кто-то ещё. Хорошо зафиксированный пациент в анестезии не нуждается, да? Боль уменьшилась, а после изменила характер. Судя по ощущениям меня штопали. Я даже слегка расслабился. И почти сразу напрягся вновь, когда спасатели принялись за ногу. Судя по ощущениям, штаны на мне попросту разрезали. Рану обдало прохладным воздухом, а затем мучения продолжились. И опять боль, боль, боль… Зажатая в зубах деревяшка мужественно держалась, хотя я уже измочалил ее до такого состояния, что периодически касался языком отдельных волокон. В перерывах между прикосновениями к ране, разумеется. Я закрыл глаза. Так было проще. В какой-то момент стало тихо и боль ушла. Вокруг снова чернота, а не освещенный белым светом каменный потолок. Спокойно, уютно…?— Не спать! —?Доносится до меня словно сквозь толщу воды. А я впервые задумываюсь о том, что мне и здесь не плохо и не хочется выполнять приказ. По телу проходит дрожь, руки сжимаются в кулаки и я чувствую, как по плечу течет что-то теплое. Видимо рана на плече опять кровит. Бедро горит огнем, а перед глазами чуть плывущие своды пещеры. Не знаю сколько раз я так уходил и возвращался, но под конец я провалился уже не во тьму, а серый сумрак. И на этот раз никто не просил меня вернуться.