18. Отпусти и забудь (2/2)

?А если я вновь ошибусь? Что тогда?? — мои глаза опускаются в землю, прогретую палящим солнцем.?Не грузись! Не ошибается тот, кто ничего не делает!? — она хлопает меня по плечу и смеётся.

— Знаешь, у меня были друзья. Были те, кого я называла друзьями. Я приведу тебе двадцать примеров того, как сегодняшние друзья завтра начнут вытирать об тебя ноги. Эх…

Грусть и тоска охватывают меня. Те три года вспыхнули ярким пламенем в памяти. Годы боли и разочарования в людях, но посмотрите на меня настоящую! Боль есть боль, она не уходит, но она и не должна отравлять настоящее. Поэтому я ещё здесь, а не в земле с ненавистью к людям. Я есть я, такая вот глупая, неполноценная, закомплексованная, но я же дала себе слово стать лучше?

Я: Дала. И я его сдержу.– Хочешь историю? – Алиса молча кивнула. Возле рукомойников оказалась простая скамеечка из двух досок и железных столбиков. Мы сели туда.

***Музыка: Yurima – Kiss the Rain. Ты не поверишь, Алиса, но я люблю людей. Не важно, как больно они мне сделают, не важно сколько раз плюнут в душу, я всё равно буду их любить. Буду верить в то светлое, что есть в каждом человеке, и не важно, что светлого в них иногда едва ли наберётся на кончике ножа… а остальное на ноже – это их тьма.

Помнишь те двадцать примеров? Я ненавидела каждого из них лютой ненавистью! Но бывали времена, когда я забывала о ненависти и любила их. Не всех, конечно, но и они отвечали мне… взаимностью? Да, взаимностью. Тогда я поняла, что не все люди отвратительны, что они просто дураки, которые следуют стадному инстинкту. Если они видят, что кого-то травят, то надо тоже травить и не выделяться, а то травить начнут тебя.

Жертвы, заложники обстоятельств. Они видели и травили. Двуличные люди. Наверное, их я ненавидела больше всего. Лучше уж травить до конца, чем временами притворяться милой дружелюбной овечкой.

Это всё было в стенах школы-интерната. Мы жили там пять дней в неделю, а на шестой день разъезжались по домам, к семьям. Уж совсем лютых засранцев и косяков оставляли на выходные в стенах жилого корпуса. Я тоже оставалась, но чаще не за косяки, а просто так, мне не хотелось домой. В этой школе был театральный кружок. Я по праву могла себя считать его звездой. На сцене я была собой, настоящей. Я играла роли, отдавала в них всю душу и получала от зала невероятную отдачу.

Я запоминала текст, даже не заучивая его. Я вносила правки в свою роль, которые шли только на пользу. Я могла смастерить себе костюм из всего, что только мне под руку попадётся. Однажды мне пришлось играть человека в звании. У нас костюмы там сами по себе были камуфляжные, и можно было не заморачиваться, но нет, я не хотела выходить в этой осточертевшей повседневной камуфляжке. Нет, я за полчаса до представления перерыла подсобку. Нашла там отменные зелёные штаны с красной полоской, нашла офицерскую военную фуражку, даже какое-то подобие рубашки, правда без пуговиц и погонов.

Я накинула рубашку и стала шить на плечах бумажные погоны, а потом и вовсе начала сшивать рубашку на себе. Старалась сделать всё как можно аккуратнее, хотя времени оставалось безумно мало. Знаешь, у меня получилось. Наверное, это моё самое яркое выступление за три года. И тут люди меня всегда поражали. Даже эти ненавистные мне люди, которые и сами меня ненавидели, улыбались. Чисто и искренне. Даже издевательства потом прекращались этак на неделю. Глоток свободы.

Знаешь, я никогда не понимала и не пойму людей. Я просто буду верить в то хорошее, что в них живёт. Меня в этом не переубедить. Даже если я не найду аргументов в пользу своей правоты, я всё равно буду верить. Слепая вера, которая не нуждается в каких-либо доказательствах.*** — Ну, как-то так.

— И что?

— Чего?— Ну и что с того?— Эээ… не понимаю.— Люди как люди. Просто дураки! Чего их понимать?! Их не понимать надо, а чувствовать! Если чувствуешь, что тебе с ним не по пути — возьми и выброси его за борт. Зачем тебе такой балласт в жизни, если он тянет тебя вниз? Отпусти и забудь.Я: Отпусти и забудь… Не ожидала я таких глубоких слов от Алисы. Правда, не ожидала. Да и сама от себя не ожидала, что расскажу эту историю той, кого почти не знаю. Ну и что с того? Да и плевать, что я рискую, и мои слова могут обернуться против меня, как тогда!

Я просто поставила перед фактом, что у меня есть такой скелет, который породил чувство неполноценности. Если ты готова мириться с ним и дружить со мной, то, поверь, я приложу все силы, что бы ты поняла, что мне на тебя не всё равно.

— Мир, дружба, жвачка, — Алиса протянула мне руку.— А мы разве ссорились? — недоумевающе покосилась я на неё и протянула руку.

Рукопожатие.— Не боись. Я не втыкаю друзьям ножички в спину.— Хотелось бы мне в это верить.

— Так я и не говорю, что мне надо поверить на слово. Со временем убедишься, что я не вру и не играю с такими вещами.

Дзинь. Что-то с лязгом упало на пол в моей голове. Наверное, это один из когда-то воткнутых мне в спину ножей. Надеюсь, что он не вернётся мне обратно в спину. Лишь время покажет это.— Ну, так какие у тебя планы?— Хм… да вот думаю найти где-нибудь тетрадку с ручками и немного пописать.— Дневник ведёшь?— Не-е-е. Такими вещами я не занимаюсь. Я пишу иногда стихи, рассказы.— О, правда?

На лице моей новой подруги хорошо читается любопытство и заинтересованность. Неужели тебе действительно интересно?

— И как?— Ты же сама сказала, что книги в лагере – это пустая трата времени.— Я говорила, про скучные книги. Твои же не такие?— Ну… честно, не знаю. Я… Блин, чуть не проговорилась. Не надо знать Алисе, что я публиковалась, что своими стихами и короткими рассказами зарабатывала на жизнь, а нечто крупное и масштабное я не раз носила в известные издания, но их браковали. Видать, нет у меня способностей, только посредственность для дешёвого журнальчика.— А давай ты напишешь что-нибудь и покажешь мне? Обещаю, дам свою самую честную оценку.— Ну… я… эм…К: Не мнись!— ДА!!! — выпалила я как на духу. — Я… дам почитать.— Ну вот и хорошо! — Алиса радостно похлопала меня по плечу. — А, погоди, тебе же писать не на чем, так? Я угрюмо кивнула. Совсем не на чем. Я – бомжик.— Пошли ко мне, — Алиска схватила меня за руку и потащила за собой. Я даже и сопротивляться не стала. — Идём! Идём! У меня есть тетрадка, да и какую-никакую ручку я найду! В мгновение ока мы оказались в домике с флагом весёлого Роджера. Перевернув тумбочку с ног на голову, я получила обещанное и расплылась в счастливой улыбке: мне вручили пачку тоненьких тетрадок на двенадцать листов в линейку и ручку, правда чернил в ней осталось как кот наплакал.— Чем смогла, тем помогла, — руки в боки и счастья полные штаны. — За ручку извини — самой нужны. Можешь попробовать сходить к Лене или Славе. У них этого добра навалом.

— И на том спасибо. Бывай.— Жду тебя к себе после полдника. Поможешь мне с одним маленьким делом, — я уже потопала к двери, как при слове ?дело? развернулась и подозрительно скривила бровь. — Ничего криминального, обещаю. Алиска подмигнула и хитро улыбнулась. Надеюсь, что так. У меня пока нет ни сил, ни настроения на какие-либо авантюры. У меня и без этого есть чем заняться, а пока надо совершить марш бросок за ручками, но вот к кому?