1. Весёлая жизнь Рики (1/1)

Англия XIX века. Поместье Фантомхайв * * *?— Выпрямите спину, мистер Рики! Не сгибайтесь, как рыболовный крючок. Глубже сядьте в седло, крепче сожмите его коленями. И расслабьте поясницу! Сколько раз вам говорить?— бёдра должны быть напряжены, а спина и поясница?— расслаблены,?— командовал Себастьян, держа в руке петлю длинной корды. На ней, закреплённой другим концом за кольцо трензеля, он водил по кругу Альтаира?— вороного верхового жеребца. В седле сидел скорчившийся Рики, проклиная свой длинный язык… Сразу же после отъезда Ясона и Катце дворецкий занялся составлением графика будущих занятий монгрела. Чарльз Грей выделил на уроки фехтования три дня в неделю?— в понедельник, среду и пятницу Рики должен был приезжать в Букингемский дворец к двенадцати часам дня и после часа-полутора возвращаться. Так что расписание Себастьян составлял, исходя из этого.?—?Трёх дней в неделю мало, чтобы хорошо освоить фехтование,?— объявил он. —?В остальные дни с вами буду заниматься я или граф Фантомхайв. Мы к вашим услугам во вторник, четверг и субботу. Так вы достигнете прогресса гораздо быстрее.?—?Спасибо, вы очень любезны, мистер Михаэлис,?— выдавил Рики. Кивнув, Себастьян что-то записал в своём блокноте.?—?Как я уже говорил, прежде чем осваивать китайский?— вначале вам следует подтянуть свой английский, мистер Рики. Думаю, за пару недель мы с этим справимся. Поэтому в план ежедневных занятий я добавлю уроки английского устного и письменного… —?дворецкий задумался, закусил зубами кончик ручки. —?Думаю, по вторникам, четвергам и субботам первыми в расписании я поставлю уроки языка, а после этого?— уже фехтование, чтобы вы могли встряхнуться и поразмяться физически после умственного напряжения… ведь верно, так будет лучше??—?Не знаю, вам виднее,?— пробурчал монгрел.?—?Ну конечно же, мне виднее… Через две недели к английскому я добавлю ещё уроки китайского,?— напомнил Себастьян. —?Таким образом?— английский, китайский, фехтование… Но насколько я помню, перед отъездом господин Ясон сказал: ?Вообще всё, чему вы сочтёте нужным научить моего пэта сверх этой программы?— пойдёт ему плюсом?. Таким образом, он рассчитывает, что вы научитесь здесь не только фехтованию и китайскому. Я предлагаю вам выбрать?— какую ещё дисциплину вы хотели бы освоить? Как видите, я ничего не навязываю, а предоставляю выбор,?— любезно заметил он. ?Час от часу не легче,?— раздражённо подумал Рики. —?И что же он, такой исполнительный, выискался на мою голову?..? Но ссориться с Себастьяном не стоило, поэтому монгрел ответил:?—?Я вам очень благодарен за такую заботу о моём просвещении. Что же мне ещё освоить в Лондоне?.. Может быть, верховую езду??—?Верховую езду? —?переспросил дворецкий. —?Почему же нет, конечно, можно… Ездить графа верхом тоже учил я. С удовольствием научу и вас,?— глаза его при этом как-то подозрительно блеснули, но Рики этого не заметил. —?Занятия верховой ездой я тоже поставлю после уроков языка… будем чередовать вашу нагрузку. И можете быть уверены, мистер Рики?— господин Ясон останется доволен вашими успехами… Почему амоец выбрал именно езду верхом? Может, потому, что перед глазами у него постоянно маячил тот конный портрет, висевший в спальне. Это было первым, что пришло ему в голову, когда Себастьян задал свой вопрос. Да и не плохо бы, в самом деле, научиться ездить на лошади, раз уж аэробайков здесь нет,?— думал Рики. Хотелось хоть какого-то разнообразия…* * *А каким образом монгрел должен был три раза в неделю попадать в Букингемский дворец? Себастьян обсудил этот вопрос с графом:?—?Ваша Светлость, давайте я или Бард будем возить Рики в кабриолете, ждать его там, пока не закончится занятие с Греем, и привозить назад,?— предложил он.?—?Ещё чего! —?заносчиво фыркнул Сиэль. —?Дорога туда, обратно, да плюс час-полтора тренировка… Чтобы ты или Бард по три часа кряду бездельничали? Нет, этого не будет. Найдутся у вас дела и в поместье, помимо того, чтобы катать этого амойца.?—?Вообще-то этот амоец теперь?— официальное лицо, посол другой планеты. И ничего зазорного в том, чтобы возить его во дворец и обратно я не вижу,?— заметил Себастьян.?—?Когда Катце понадобилось добраться до Лау, он дошёл до постоялого двора, нанял кэб и отправился в Ист Энд! —?взвинчено напомнил юный Фантомхайв. —?Не развалится и наш мистер Рики три раза в неделю дойти туда, где можно взять кэб.?—?Да, но кэбмену придётся платить, граф,?— подивился дворецкий. —?Никто же не будет возить Рики бесплатно. И вы собираетесь платить деньги, когда у нас имеются кабриолет, ландо и лошади??—?У меня не бюро по найму экипажей для путешествий по Лондону! —?отрезал Сиэль. —?И двенадцать шиллингов в неделю за уплату кэбменам нас не разорит. Что ты так беспокоишься о моих деньгах? И вообще, Ясон Минк обещал по приезду скомпенсировать мне все затраты. Включим в них и эти поездки в кэбе его пэта.?—?Зря вы не потребовали, чтобы он оставил вам свою золотую цепь,?— иронично заметил дворецкий, потирая подбородок указательным пальцем. —?Количества золота в ней как раз бы хватило, чтобы покрыть все ваши убытки… Юный граф взялся рукой за его галстук и потянул на себя. Дворецкий склонился к нему, а тот пригрозил:?—?Если не прекратишь слишком много умничать?— я закажу такую же цепь для тебя. Буду привязывать к своей кровати на ночь… —?поцеловал его в нос и отпустил.* * * …Когда Сиэль на следующий день увидел Себастьяна, приготовившегося к первому уроку с Рики, он фыркнул:?—?А ты, как обычно, не можешь не повыделываться… Сюртук, шейный платок, под мышкой книги, очки… Вот можешь ты мне объяснить?— зачем тебе очки? Мы оба с тобой отлично знаем, что ты в темноте видишь муху за милю. Тот чуть наклонил лицо и глянул поверх очков, взявшись за дужку пальцами. Чарующе улыбнулся:?—?Ах, это же просто образ, Ваша Светлость. Поможет мистеру Рики правильно настроиться на занятие.?—?Да, я ему сочувствую,?— хмыкнул юный граф. —?Мой дворецкий натянул лицо учителя. Ну, теперь спасайся, кто может… Заниматься с амойцем Себастьян решил в библиотеке, установив там дополнительно школьную доску, мел и разложив на столе тетради, книги, карандаши и ручки. Явившийся на первый урок Рики тоже реально обалдел, увидев своего наставника в чём-то ещё, помимо неизменного фрака, и к тому же в очках без оправы и с тонкой серебристой цепочкой.?—?Эээээ… —?протянул он, открыв рот. И не нашёлся, что сказать. Сегодня ему тоже пришлось надеть сюртук, из-за того, что сволочной Ясон увёз всю его одежду. В сюртуке было неуютно и непривычно.?—?Присаживайтесь, мистер Рики,?— предложил дворецкий. Тот устроился за столом на стуле, а Себастьян, сложив пальцы в белоснежных перчатках, сказал деловито:?—?Итак, мы не знаем, когда точно вернётся в Англию господин Минк. Я составил расписание пока на полтора месяца. Если у нас окажется больше времени?— хорошо. Но станем исходить из того, что его у нас не будет. Поэтому программа получилась весьма насыщенной и вам, чтобы освоить её в полном объёме, придётся потрудиться, молодой человек. Проявите, пожалуйста, как можно больше усердия и внимания?— и на занятиях, и с вечерними заданиями, которые тоже у вас будут. Я постараюсь объяснять вам всё максимально доступно и подробно, за помощью и ответами на любые вопросы можете обращаться ко мне когда угодно. Но без вашей готовности к сотрудничеству у нас ничего не получится. Мы друг друга хорошо поняли??—?Мне всё ясно, мистер Михаэлис,?— хмуро ответил монгрел.?—?Отлично. Тогда приступим к первому уроку по английскому устному… …Рики считал, что он очень неплохо научился говорить на этом языке за время пребывания в поместье, во всяком случае, понимал его и мог ответить на нём же вполне свободно. Но когда Себастьян начал подробно рассказывать ему о грамматике английского языка, настроение у него быстро упало. Правил и исключений из правил было много, а шестнадцать видовременных форм глаголов ввели Рики в полный ступор. Всё это он узнавал, конечно, не сразу. Информацию его наставник чётко дозировал от лекции к лекции. И объяснял действительно максимально понятно… если бы только этой информации оказалось не так много. Её было в разы больше того, что Рики мог усвоить и ?переварить?. Да ещё вечерние задания, необходимость всё повторять, учить к следующему дню, писать упражнения по английскому письменному пальцами, давно отвыкшими от ручки. В подаче материала Себастьян был красноречив, в общении?— исключительно вежлив и мягок, но совершенно непреклонен в том, что касалось составленного им расписания. Он не соглашался отступать от него ни на шаг, и если что-то сегодня должно было быть вбито в голову Рики, то оно вбивалось. Очень скоро амоец понял, что дворецкий графа Фантомхайв хоть и мягко стелет, да жёстко спать. Буквально три дня спустя после первого занятия он устроил в самом конце урока небольшой письменный опрос. В него должны были войти упражнения на все уже выученные правила, в том числе и на переходные и непереходные глаголы. Рики пыхтел, старался, определяя формы, но Себастьян, взяв его тетрадь и внимательно изучив, укоризненно покачал головой:?—?Нет, так дело не пойдёт. ?Work?— worked?— worked?. ?Работать??— это правильный глагол, а вы определяете его почему-то как неправильный. Вы же видите, что прошедшее и будущее время образуются у него путём прибавления приставки ed?— почему же он должен быть неправильным? А вот глагол ?became??— ?становиться??— как раз неправильный, потому что в форме прошедшего и будущего времени он будет звучать как ?became? и ?become?. Дальше. Вы снова путаетесь.?She loves animals??— ?Она любит животных?. ?Ioves??— переходный глагол, потому что он связан с дополнением?— ?animals?, а вы пишете, что он непереходный. А что касается глагола ?study??— ?изучать?, то он является одновременно и переходным: ?I study English??— ?Я изучаю английский?, и непереходным: ?He studies hard??— ?Он учится усердно?. Впрочем, насчёт усердия… последнего про вас как раз не скажешь, мистер Рики, поэтому мне придётся принять меры, пока не стало слишком поздно… —?Себастьян шагнул к доске и извлёк из-за неё чёрный хлыст длиной сантиметров шестьдесят, с рукояткой и кожаной нашлёпкой на конце. —?Вы уже далеко не ребёнок, и потому придётся быть с вами пожёстче… Похлопывая по ладони концом хлыста, он подошёл к новому ученику, который смотрел на него широко распахнутыми глазами.?—?Не знаю, как у вас на Амой, но на Земле к девятнадцатому столетию более действенного способа заставить учиться нерадивых ещё не придумали,?— спокойно сообщил он. —?Так что… Вытяните руки. Десять ударов, потом перевернёте их ладонями вверх. У Рики запылали уши.?—?Ввв-вы не шутите, мистер Михаэлис? —?запинаясь, спросил он.?—?Шучу? —?подивился дворецкий. —?Ну конечно, шучу. Я хотел сказать?— пятнадцать ударов. Чем больше вы будете раздумывать, тем дольше мне потом придётся считать. Как во сне, монгрел вытянул руки вперёд. Ему никогда не приходилось даже слышать о таком наказании. Нормально же он попал?— из огня да в полымя… Отхлестав его по пальцам (Рики закусил губу и не издал ни звука)?— Себастьян дождался, пока он перевернёт руки и задал ему новую выволочку по ладоням и основаниям пальцев так, что они покраснели и распухли.?—?Впредь учите правила лучше,?— наставительно посоветовал его экзекутор, убирая хлыст. —?Можете опустить руки… О, сколько ненависти во взгляде,?— проговорил он насмешливо. —?Лучше возьмите свои эмоции под контроль, он вам понадобится на следующем уроке… Идёмте в бальный зал. Весь иезуитский смысл составленного Себастьяном расписания Рики осознал только теперь, когда ему пришлось взять в свои избитые распухшие пальцы шпагу и начать учиться отражать атаки дворецкого. Тот подробно демонстрировал, как проводится каждый приём, с лёгкостью одним движением выбивая орудие из неумелых рук монгрела. Угрюмый блеск в глазах амойца, стиснутые от злобы зубы казалось, только раззадоривали Себастьяна. За час он вымотал Рики до состояния выжатого лимона, а у того и так тряслись руки. После окончания урока фехтования ему больше всего хотелось принять ванну и завалиться спать, но предстояло ещё зубрить правила и делать заданные Себастьяном упражнения по английскому письменному. …На тренировках с Чарльзом Греем Рики было не намного слаще. Тот ведь тоже стремился научить его как можно большему за возможно более короткий период. Кроме того, в Букингемском дворце многие уже знали, что у Грея появился ученик, с которым тот занимается лично, и дворецкий Её Величества из кожи вон лез, чтобы доказать, какой он хороший и опытный наставник. Научить амойца работать со шпагой?— для него теперь было делом чести. Терпением Себастьяна он не отличался, потому при любой оплошности со стороны монгрела?— обрушивался на него с криками и руганью:?—?Рики, вы?— совершеннейшая бездарность! Ума не приложу, зачем я трачу на вас своё драгоценное время, отнимая его от службы у Её Величества? Мне казалось, что вы были полны желания освоить фехтование. Но как раз желания я в вас и не вижу! Что вы ползаете по залу, как сонная муха? Может быть, мешки всю ночь в порту разгружали? Нет? Ну так сконцентрируйтесь на оружии, которое держите в руках! Это шпага, чёрт вас подери, а не титьки вашей подружки!.. В поместье, как Себастьян ему и пообещал сразу, иногда на урок фехтования приходил Сиэль. Посмотрев на пыхтящего от усердия Рики, он снисходительно брал шпагу и устраивал ему небольшой учебный бой. Заканчивался он обычно спустя пару минут либо выбитой у амойца шпагой, либо остриём своей?— у его горла. И наконец, верховая езда, которую Рики?— подумать только?— выбрал добровольно! Сколько раз он мешком валился с лошади, как часто не мог пройти нормально и нескольких шагов после занятия, потому что ноги затекали и не могли нормально двигаться. Себастьян пытался добиться от него идеальной посадки и умения попадать при движении в ритм лошади?— но идеально монгрел мог сидеть только в седле своего аэробайка.Сиэль приглашался и на эти уроки: к примеру, чтобы продемонстрировать начинающему наезднику, как верхом берётся препятствие. Тринадцатилетний граф перемахивал на громадной лошади через высоченный забор легко, как пушинка. Ездить на Альтаире чистокровной верховой породы?— было ещё куда не шло, но иногда для Рики запрягали Вермута?— американского рысака, который обычно ходил только в упряжке и терпеть не мог, когда на него возлагали седло. Он брыкался, злобно оборачивался и норовил сбросить с себя наездника при любом подвернувшемся случае. Но самое главное?— у него была ужасная, изматывающая тряской рысь, и у Рики, когда он на нём сидел, было чувство, что он едет на отбойном молотке. Укладываясь наконец-то спать, полностью разбитый морально и физически, порой с синяками на всём теле от верховой езды и упражнений со шпагой, Рики с тоской думал о тех неделях безделья, которые он провёл здесь с Ясоном, мучаясь от скуки и не осознавая, какое это на самом деле было счастье. Даже ночью ему снились правила английской грамматики. По воскресеньям Себастьян разрешал своему ученику отдохнуть, но по факту Рики приходилось по полдня долбить и вспоминать всё выученное за неделю, если он не хотел в понедельник снова остаться с отбитыми пальцами. Он с ужасом представлял себе ожидающие его в скором времени уроки китайского…