секрет четырнадцатый [Расиэль/Фран, Бельфегор] (1/2)

(пусть имя братика Бела и Джил, но, почему-то, всем больше нравится называть его Расиэлем. ну и ладно. и мне нравится писать "Бель" вместо "Бел". слабости автора (хнаписано для Франни и Раса :D наслаждайтесь, милые. Ваш Босс :D )

Бельфегор ворочался в кровати. Это большое одеяло, ранее так заботливо укрывающее принца, теперь было скомкано и валялось на краю огромной кровати. Подушки разбросаны чуть ли не по всей комнате.

Сам же принц лежал ровно по середине кровати, раскинул ноги и руки, и недовольно хмурился.

Эта чертова лягушка. Принца едва заметно трясло от ярости.

Почему всегда так? Он едва начал открываться этой зеленой жабе, как тут же получил оплеуху. Заглянуть под челку… Да как он посмел?

Но это чувство, будто тебя предали, уже разливалось по венам, отравляя мысли. Принц достал ножик и с удовольствием вспорол матрас, наблюдая, как набивка обиженно вылезает наружу.

Жалкое земноводное! Его глаза – это его секрет. Их не видел никто, и не увидит. Никогда. Почему? Просто потому, что они отражают все то, что есть в сердце у Бельфегора. Кому захочется распахивать сердце, особенно когда в него уже попытались залезть без спроса.

Принц перевернулся на другой бок, не желая сверлить взглядом внутренности матраса. Быть рядом с этим мелким, меланхоличным существом было просто. Было так просто, что казалось, будто так и должно быть. Все так просто, но…

Может сам Бель все испортил? Эти мысли настойчиво стучались в голову Его Высочества, но он не желал их пускать. Поступил жестоко? И что?! Он принц. Как долго будет действовать эта отговорка?

Принц и принц. Наличие королевской крови еще никого не освобождала от душевных терзаний. Бель не робот, он чувствует. Видит, воспринимает, реагирует.

Разве можно было пройти мимо Франа? Да, можно. Но он этого не сделал, пожелав утешиться им, вместо Скуало. Скуало… Он сам же все и испортил, когда не начал действовать сразу. Теперь же повторялась эта ситуация. Принц сам ломает все то, что ему дорого.

Бель уткнулся лицо в свою ладонь и закрыл глаза, стараясь уснуть. Морфей не спешил принять Его Королевское Величество и свои объятья. Минут десять принц лежал в практически абсолютной тишине и неподвижности. Лишь редкие крики птиц за окном нарушали звенящую пустоту, которая так норовила проникнуть в голову вязким криком отчаянья и ненависти.

Но странный шорох вывел принца из молчаливой задумчивости и созерцания волнистых складок белых, словно снег, простыней. Звук, будто на пол падает одежда.

Принц неторопливо повернул голову, уверенный, что ему просто показалось. В этой немой тишине, грузом давящая на уши, все звуки путались, скрывая свою истину.

Посередине комнаты стоял Фран, печальными глазами смотря на принца. От этого взгляда Белу стало не по себе. Будто Фран обречен, и так желает этим чувством поделиться с принцем.

Чей-то смех. До тошноты знакомый. Ще-ще-ще. Расиэль?! Как? Он ведь мертв! Почему он подходит к Франу и так по-свойски обнимает его?

— Это моя лягушка!

Но принц не может и шелохнуться, вынужденный наблюдать это со стороны.

Расиэль, уже сбросивший на пол шапку-лягушку, по-хозяйски поднимает лицо Франа за подбородок и с высокомерной улыбкой целует его.

Принц снова попытался дернуться, чтобы прирезать брата, а заодно и Франа. Как он мог позволить, чтобы этот выродок касался его? Как?!Но принц не смог и двинуться, с маской ненависти смотря на эту парочку.

Накидка Расиэля и куртка иллюзиониста упали на пол, с каким-то искореженным звуком. Расиэль проходит губами по шее, слегка кусая ключицу. А Фран… Все такими же пронзительными изумрудными глазами смотрит на Бела, наполняя его своей обреченностью. Бел не хочет этого видеть. Но не сдвинуться ни на сантиметр. Даже глаза не закрыть.

— Черт!

Принц не хотел это видеть, но еще сильнее хотел помешать, но…Фран, голый по пояс, спокойно стоял по середине комнаты, никак не реагируя на поцелуи Расиэля.