Глава 12. Спасение (2/2)
Нижняя губа великана обиженно дрогнула.- Не простые. Их мама мне дала, - он крепко прижал ручищу к груди, словно боясь, что я, удлинив руку, как Эластика из ?Суперсемейки?, смогу до него добраться и похитить его сокровище.
- Мама? – удивленно переспросила я, словно у таких великанов не может быть мам. – А где твоя мама?- Она ушла, - лицо Торка померкло, широкие брови, словно толстые гусеницы, сомкнулись на переносице, через низкий покатый лоб протянулась морщина. Весь его вид выражал нежелание развивать эту тему.Я вздрогнула, словно своими словами Торк нанес мне удар под дых. Перед глазами пронесся облик собственной матери: медные волосы, длинный нос, бронзовая кожа и вечные клетчатые рубашки с короткими рукавами. Увижу ли я ее еще когда-нибудь?- Я… я… отдам тебе камешек, если ты откроешь двери и выпустишь меня, - с трудом собрав мысли в кучу, слабо улыбнулась я.Торк резко замотал головой.- Низзя! Низзя! – испуганно воскликнул он. – Тетя Наташа сделает бо-бо.
- Ну, зато ты потерпишь, и у тебя будет камешек. Смотри, какой красивый!
Можно подумать, старуха действительно способна нанести серьезные увечья этакому громиле.Торк задумчиво почесал затылок, взвешивая в уме открывшиеся перспективы. Поскольку выбор был сложным, я его не торопила.Через мгновение лицо его прояснилось, и он уже было открыл рот, чтобы принять мое предложение – я уверена, от такого сокровища он бы не посмел отказаться! – как вверху промелькнула тень, раздался тяжелый гулкий звук, глаза великана закатились, и он рухнул на землю. От неожиданности я вскрикнула.- Т-с-с-с! Нас могут услышать, - прорезал полумрак укоризненный шепот. В нос ударил знакомый запах жареного голубя.- Джеймс???- Здравствуй, дочь солнца. Я еще издали почувствовал аромат сухих трав. Чуть не пропустил свой выход на сцену! Надеюсь, ты в порядке, жива-здорова, руки-ноги целы?
Паук возился рядом с неподвижным телом Торка, пытаясь отцепить от его пояса тяжелую связку ключей.
- Все… отлично. Но… Но… Зачем вы убили его? Я почти договорилась!- Убил?- Джеймс усмехнулся. – Нет, прекрасное создание, я его всего лишь оглушил. Через полчаса очухается – даже не вспомнит. Убить кого-то из нас в этих стенах вообще проблематично, Виктор говорил, ты уже в курсе нашей, кхе-кхе, проблемки…- Да. Погодите, это он вас послал?
- А кто же еще? Когда ты так неблагодарно сбежала, он сразу же забил тревогу. И не зря. Тебе надо было его слушаться. Впрочем, нити судьбы плетутся порой таким затейливым узором, что, возможно, ты даже поступила верно, мой одуванчик.Щелкнул замок, и я была на свободе.
- Пойдем, красавица, пора нам удаляться. А то как бы без голов здесь не остаться. Что это у тебя в руке? Что-то ювелирное? Бросай это скорее и забирайся на шею.Я быстро убрала бриллиант обратно в чехол и с сомнением покосилась на далеко не античную спину пригнувшегося к земле человека.- Вы уверены, что поднимете? Я довольно тяжелая. Лучше спрячемся! – волнующимся шепотом отозвалась я.- Хватайся и не спрашивай! Сама увидишь.Я послушно обхватила руками шею паука, отвернув лицо, стараясь не вдыхать специфический запах паленых перьев, и Джеймс, легко запрыгнув на стену, принялся подниматься с ловкостью обезьяны, подтягиваясь одними кистями.
Оказавшись под самым потолком, паук начал беззвучно двигаться вдоль по стене. Я зажмурилась и крепко сжала его бока острыми коленками.
Прошло, наверное, минут пятнадцать, перед тем как я почувствовала упругий толчок о землю и, открыв глаза, отцепилась от своего спасителя. Мы встали перед широкой дубовой дверью, разглядеть которую в деталях я не успела, поскольку она тут же растворилась, и оттуда выскочил Виктор, стремительно, словно к его пятой точке приложили раскаленную кочергу.- Сэнди! Как я волновался!Он кинулся ко мне, словно вырываясь из пасти своей рыцарской сдержанности, и сжал в объятиях так крепко, что мои ноги на миг вновь лишились опоры, а сердце внутри сладко екнуло. От неожиданности у меня помутнело перед глазами, щеки вспыхнули. Потом, столь же резко отстранившись, он смерил меня уничижительным взором:- И куда ты исчезла?
- Я… я… я… – язык заплетался, словно его обвязали ниткой, взгляд Виктора стал вдруг невыносимым, я сконфуженно уставилась на носки своих побитых жизнью босоножек.- Ладно, я вижу: ты напугана, - властно прервал меня он.– Потом расскажешь. Заходи. Я хочу тебя кое с кем познакомить.