Похороны. (1/1)

Привет! Меня зовут Люси. Я заклинательница духов и вхожу в гильдию Хвост Феи. И да, я уже как неделю мертва.

*неделю назад* Я очнулась, лежа на холодном асфальте. Ну, я не знаю точно, был ли он холодным, я просто не могла это почувствовать, но в голове сразу всплыла именно такая ассоциация. Я просто лежала и ни о чем не думала. Через некоторое время во мне проснулся интерес к окружающему миру. Осторожно, будто боясь пораниться, я повернула голову направо. Моему удивлению не было предела, когда я заметила, что вокруг меня ходит множество людей. А я еще думала, что это за шум. Все куда-то бежали, спешили. Каждому было что-то нужно. Мне показался странным тот факт, что никто не обращает внимания на лежащую на асфальте девушку. То есть на меня. Осторожно сев, я посмотрела на свои руки и поняла, что мое состояние несколько отличается от состояния простого человека. ?Человека?.. А человек ли я?? задала сама себе странный на первый взгляд вопрос. Положительно ответив на него, мой мозг начал надо мной издеваться – он подкинул новую странность, новые неизвестные в уравнении моего существования. Много было таких иксов и игриков, но вдруг остался лишь один, самый важный и страшный: ?Кто я?...?

Я попыталась ухватить мимо проходящего мужчину за подол его пальто, но мои пальцы сжали лишь воздух. И вот тут я и начала паниковать. Бегая от человека к человеку, я махала перед ними руками, просила, умоляла, звала, но никто не отвечал. Я была невидимкой или, проще сказать, я была никем. Примерно через час, я оставила тщетные попытки привлечь к себе внимание. Было как-то пусто на душе, как будто черный змей одиночества поглотил все вокруг.

- Ты как? – услышала я слабо знакомый голос. Девушка с волосами цвета заката, обнимала маленькую хрупкую девочку. Они обе были одеты в черное.

- Эльза-сан, - запинаясь и глотая слезы голосила девочка. – Почему так получилось?!! Почему? – она не смогла договорить из-за душивших ее слез. Глаза Эльзы были полны печали. По ее лицу было видно, что она не спала минимум пару ночей. В глазами кроме следов бессонницы, казалось, можно увидеть отметины горькой потери. Настолько опустошенным был ее взгляд. Но где-то в его глубине чувствовался огонь. Меня заинтересовала эта парочка. Все равно мне было нечего делать, и я решила проследовать за ними. Они направлялись к окраине города. Что-то подсказывало, что эти девушки нужны мне. Вот к ним присоседилась пара парней. Оба выглядели помято и совсем не проявляли свойственной им активности. Мое сердце мгновенно бухнулось вниз при взгляде на красавца-брюнета. - Нашла? – первым подал голос именно он. Будто отвечая на заданный вопрос, в глазах Алой загорелся жуткий, всепоглощающий огонь.

- Только след, – она протянула небольшой обрывок бумаги парню.

- Значит спланировали... - злость окутала пеленой глаза брюнета, но когда он повернулся к своему напарнику, во взгляде остался лишь пепел. Пепел прошлого, что так безжалостно сожгли какие-то ублюдки. Сжав в кулаке клочок бумаги, парень кусал губы. Опять наступила тишина в их небольшой компании, только тоненькие всхлипы девочки нарушали покой.

- Как он? – шепотом спросила Эльза.

- Держится, – с горечью ответил парень. Стало ясно, что эти люди понимают друг друга без лишних слов. Вот они остановились у церкви. Казалось, вся улица была покрыта черной пеленой печали. Были ясно слышны всхлипы женщин и девушек, у всех присутствующих на площади лица были искажены болью или же закрыты с виду безразличной пеленой. И каждый нес по цветку белой лилии. Лилии... мои любимые цветы. Маленький седой старичок подошел к компании, рядом с которой я стояла. - Пришло время, – сказал он, обращаясь ко всем, и народ сразу же медленной тягучей массой направился к одной из могил, где земля была еще мягкой, похожей на пух одеяла.

Мне вдруг стало душно и горько видеть все это. Сердце переполняла такая же печаль, что и у них всех. Мне одновременно хотелось узнать, кого хоронили, и до боли в груди хотелось убежать, страх сковал меня, так сильно, что я даже не чувствовала своего дыхания. Я боялась, но продолжала сопровождать эту компанию. Вот мы подошли к одной из надгробных плит. На ней, причудливо извиваясь, буквы сообщали об умершей. ?Люси Хартфилия. Феи и звезды будут любить тебя вечно?

При прочтении имени девушки, у меня вдруг подкосились ноги, по коже пробежали мурашки. Мастер гильдии начал свою речь. - Люси… Я до сих пор помню, какой она пришла к нам, – он помедлил. Голос его хоть и был тверд, но печаль так и сквозила в нем. – Всегда веселая и отзывчивая, она изо всех сил помогла людям. Все любили ее, и, думаю, каждый чувствует боль этой утраты, – слезы начали катиться по моим щекам. Боль пронзала, словно тысяча ножей. – Мы будем всегда любить ее и не только мы. Все звездные духи сейчас в печали. Всем сейчас одиноко, – он кинул взгляд на розоволосого парня, что стоял в сторонке. – Но мы будем держаться, мы будем жить прежней жизнью, но никогда, слышишь, Люси, никогда мы тебя не забудем, – и старичок заплакал. Заплакал так, как плачут на могилах своих детей отцы. Скупые слезы катились по его щекам, и его боль стала моей болью. ИХ боль.

- Я тоже вас никогда не забуду, – да, я вспомнила, я вспомнила… Это моя могила, это я сейчас лежу там внизу. Я рыдала, упав на колени. Я не могла остановиться.

- Я люблю тебя, Хвост Феи! – прокричала я хриплым голосом. Я хотела, что бы они услышали меня, я хотела сказать им, что я здесь, но никто ничего не заметил. Никто…