Вопрос 8 (1/1)

Аэлухель никогда не внушал Фрейру доверия. Царица Айнуле, по скромному мнению стражника, непозволительно благоволила этому выскочке, появившемуся при её дворе внезапно, в один момент и словно из-под земли. Злые языки шептались за спинами, рождая всё новые и новые сплетни о том, будто царица и Аэлухель того вовсе были любовниками, а потому она ему так благоволила. Фрейр знал, что это вздор, и никакими любовниками они не были, но вот сам Аэлухель... Он вызывал у Фрейра подозрения. Он явно был не тем, за кого пытался себя выдавать. И если всех ему каким-то образом удалось убедить в честности и искренности своих помыслов, то Фрейра так просто обвести вокруг пальца было невозможно. Он славился своим благородством и дотошностью, а потому поставил себе цель во что бы то ни стало вывести Аэлухеля на чистую воду. Но Аэлухель будто знал о намерениях Фрейра. Он словно читал его мысли и опережал на шаг вперёд. Искусно подчищал хвосты и выходил сухим из любой воды. Казалось, придраться было не к чему, но Фрейр твёрдо знал, что Аэлухель всех обманывает. Откуда при этом у него было такое знание, он и сам не знал толком, но интуиция ещё никогда не подводила царского стражника. Аэлухель занимал все мысли Фрейра. Желание раскрыть его, вывести на чистую воду превратилось почти что в фанатизм, и он не мог думать ни о чём другом. Не спускал глаз с Аэлухеля, когда видел его; ходил за ним по пятам, когда тот куда-то удалялся. Преследование начинало приобретать какой-то нездоровый оттенок, и как-то эту проблему нужно было решать. Разумеется Аэлухель знал, что Фрейр так придирчиво относится к нему. Нелепые попытки его, впрочем, вызывали лишь усмешку и ленивый интерес — и как далеко сможет зайти этот благородный стражник в попытке раскрыть чужую тайну?..— Знаешь, мне бесспорно льстит твоё внимание, но вынужден тебя огорчить — я уже занят, — намеренно уведя Фрейра вглубь леса подальше от других, насмешливо произнёс Аэлухель. Он остановился, медленно оборачиваясь туда, где прятался Фрейр, идущий по пятам. Все эти шпионские игры здорово утомили его, и пришло время наконец-то прекратить их. Тем более что Фрейр был вопиющим невеждой в этом тонком искусстве. Выйдя из-за дерева, он одарил Аэлухеля мрачным тяжёлым взглядом. Тот лишь нагло ухмыльнулся в ответ, скрестив руки на груди.— Не думай, что твои дешёвые фокусы по заговариванию зубов подействуют на меня, — резко отрезал стражник, глядя на оппонента с настороженной готовностью.— И в мыслях не было, — легкомысленно хмыкнул Аэлухель, но его серые глаза блеснули предостерегающим блеском. — Лишь хотел дать тебе дружеский совет: не пытайся влезть не в своё дело — целее останешься.— Ты мне не друг, — процедил Фрейр. — И твои угрозы меня не страшат.— А зря, — хищно шепнул Аэлухель, и стражник сам не заметил, как он проворно и резко подскочил к нему, тонкими пальцами хватая его за челюсть и глядя прямо в глаза. — Не самое разумное решение добровольно становиться моим врагом. Фрейр попытался дёрнуться, но хватка Аэлухеля была крепкой. Не мигая, смотрел он в глаза стражника, и тот почувствовал настоящую угрозу, исходящую от этого эльфа. Аэлухель определённо был не тем, за кого себя выдавал. Но именно в этот момент Фрейру стало по-настоящему не по себе. Он резко отпустил стражника. Сделал шаг назад, скривив губы в насмешке, а после развернулся, стремительным шагом скрываясь в зарослях. Фрейр, всё ещё слегка обалдевший, так и остался стоять, глядя с замешательством туда, где скрылся его противник. Пока безрассудная, глупая мысль упрямым решением закрепилась в голове. Чего бы ему это ни стоило, он раскроет тайну Аэлухеля.