Вопрос 4 (1/1)

О детях Локи и великанши Ангрбоды Тор знает не понаслышке. Его Один отправил к их матери, дабы именно он отобрал их от неё и привёл в Асгард. Ангрбода сражалась тогда с отчаянием и неистовством несчастной матери, но шансов против громовержца у неё было немного. Тогда Тор впервые увидел их. Внешне никто из троицы не был даже отдалённо похож на Локи. Двое и того вовсе были не людьми, но тем не менее Тор не сомневался в том, что они порождения Лофта. От всей троицы веяло аурой Локи. Чернейшими пороками его души, что нашли воплощение в этих несчастных детях. Но действительно ли они при этом были настолько плохи? Тор не имел права задумываться об этом. Он не мог позволить сочувствию просочиться в своё сердце. Он должен был выполнить приказ своего отца — всё остальное же было неважно. Он тащил на себе змеёныша, привязанного к сосне. За кожаный поводок силой тянул за собой щенка. Полумёртвая девочка, смирившаяся, в тишине и молчании покорно шла следом. Троица напуганных обречённых детей, отобранных у матери и брошенных отцом — действительно ли они с самого своего рождения были монстрами? Или, быть может, взрослые сами были виноваты и приложили руку к созданию своих самых страшных ночных кошмаров? Тор пытается об этом не думать. Пытается быть таким же равнодушным, как и тот, кто поручил ему привести их в Асгард. Таким же равнодушным, как и тот, благодаря кому эти дети вообще появились на свет. Он смотрит на потерянную одинокую троицу перед собой. Мир безразличен к ним, он раскидает их по разным уголкам, разлучит навсегда, оставит в одиночестве. Всё светлое и доброе, что могло быть в их душах, так и останется лишь воспоминанием и сожалением. Останется лишь злоба, боль и обида, которую дети, вынужденные рано повзрослеть, рано или поздно захотят вернуть в тройном размере тем, кто заставили их страдать. Они будут правы в своём стремлении. И дело далеко вовсе не в том, что они порождения коварного лживого Локи, о нет. Но лишь в том, что асы сами взрастили из них тех монстров, от которых так хотели сбежать.