Вопрос 2 (1/1)

Тюр не был заносчивым гордецом, какими часто бывали боги. Несмотря на то, что был он покровителем честного боя и сражений, кровь не вскипала в его жилах. Не толкала в непрерывные битвы и драки, где двое непременно должны были доказать и показать своё превосходство. Как для бога войны Тюр был излишне спокойным. Не то чтобы его это не устраивало, в самом деле. Тщеславие его тоже не подстёгивало вершить подвиги и кому-то что-то доказывать. Беспокойных героев потому Тюр интересовал едва ли. Чаще и больше бросали они свои вызовы его брату да отцу, которые те принимали со скрытой охотой, хоть и ждало с большой вероятностью наивных глупцов этих лишь разочарование и жестокое наказание. Редко когда находился желающий потягаться силами с одноруким Тюром. И едва ли подобное желание возникало у самого Тюра. Однако... он бы слукавил, если бы сказал, что никогда не испытывал желания потягаться силами со смертным героем. Сигурд — доблестный воин, сразивший дракона Фафнира, пробудивший ото сна воинственную валькирию Сигрдриву и ставший её возлюбленным. Слава о нём ходила по всем девяти мирам, и кажется, не было никого, кто не слышал бы и не знал о могучем Сигурде! Тюр прислушивался к этим слухам с осторожным интересом. Немногие смертные удостаиваются такой чести, что даже боги вспоминают о них и говорят с уважением. Уж тем более немногие смертные в принципе могут их впечатлить. Но Сигурд... Он оказывается интересным. Тюр был бы вовсе не против встретиться с ним в том числе и на поле брани в поединке, дружеском или честолюбивом, шуточном или смертельном. Тюр усмехается себе под нос. Да, Сигурд определённо был интересным человеком. И встречи с ним однорукий ас будет ждать с особенным нетерпением.