Вопрос 2 (1/1)

Это было в определённой мере даже парадоксально. Его, хранителя священных границ, основы основ любого государства, забыли практически первым. Пограничные столбцы его, с которых он наблюдал и обозревал, между которыми путешествовал, приходят в упадок, зарастают мхом и разрушаются. Имя его слышится промеж смертными всё реже и реже, пока и того вовсе не замолкает навсегда. Это было обидно. Вот почти даже по-человечески обидно. Он ведь всего себя, не жалея, отдал своему священному долгу и что получил в итоге?.. Его забыли. Одним из первых предали забвению и отречению. Будто никогда такого бога не существовало больше. Будто он был не важным и уважаемым божеством, а каким-то низшим духом. Будто священные границы были не более чем незначительной формальностью. Обида, жгучая обида заполняет всё естество Термина. Переходит в долгую печаль и непонимание — разве такой благодарности он заслужил за столетия верной службы и помощи? Мироздание, впрочем, глухо к его вопросам. В его главе теперь стоит другой Бог. И таким, как Термин, нет места в Его мире. Так что он может лишь смириться с неизбежным и быть преданным забвению так же, как и другие, подобные ему.