АУшки о психушке: Амон (1/1)

Амон пребывает в прекрасном настроении, которое не может испортить даже нескончаемый дождь. В конце концов, и он однажды закончится. Амон аккуратно паркуется на стоянке у клиники. Ему никогда не дается вождение, но на машине добираться проще. Главное, не впечататься в бампер Зевса, как на прошлой неделе. Главврач трепетно относится к своей машине, Амону хватает одного выговора. Это его первое место работы, где он полноправный врач с пациентами. Еще недавний выпускник, Амон очень старается?— он хочет быть полезным и помогать. Он выныривает из машины под дождь, достает с заднего сидения большую сумку и едва ли не рысцой припускает к клинике. В строгих коридорах Амон напевает вполголоса услышанную по радио мелодию. Она ужасно дурацкая и прилипчивая. Первым делом отправляется к Нефтиде, которая поит его чаем и разбирает притащенные сумки. В них блинчики, которые Амон сделал сам: Нефтида греет их в микроволновке, а потом помогает оттащить в главный зал. У пациентов время игр и творчества. Они удивляются блинчикам, но искренне радуются, запивая их сладким чаем. Амон не знает, как Зевс всё-таки разрешил: пришлось применить всё своё красноречие, чтобы главврач позволил маленькое чаепитие с домашними блинчиками. Все стремятся поговорить с Амоном, а он с удовольствием беседует с каждым из пациентов, искренне считая, что это лучше любой терапии. Гадес сегодня необыкновенно тих, и Амон думает, что стоит пересмотреть его лекарства, может, нужны новые таблетки. Деметра нашла новую потрепанную куклу, которую объявила своей давно потерянной дочерью. Арес отбивает пальцами мелодию на пластиковом столе?— сегодня он хотя бы не уверяет, что один из всадников Апокалипсиса. Луиза рассказывает о новой истории: —?Мы могли бы быть богами. Ты, я, все здесь. Когда-то она была известной писательницей, но пристрастилась к наркотикам после клинической смерти. Теперь она рассказывает истории здесь. —?Ты был бы солнцем,?— говорит Луиза. —?Светил для всех и согревал. —?Очень мило. А ты? —?О, я была бы богиней, связанной со смертью. Влюбилась в красивого бога и плохо кончила. —?Зачем сразу плохо? Уверен, боги тебе бы помогли. —?Никто никому не может помочь. Всё, как в жизни. Она тянется за новым блинчиком, и ее взгляд чертовски осмысленный, когда она тихо говорит: —?Я не верю в хорошие концовки. —?А я верю в вас,?— улыбается Амон. В общем зале нет только двоих, и оба?— его пациенты. Сначала Амон находит Анубиса: тот в своей палате и, кажется, не жаждет принять участие в общем веселье. Пару дней назад он заявил, что его брат мертв, и сначала Амон возликовал: признание пациентом галлюцинации уже неплохой шаг на пути к выздоровлению. Но чуда почему-то не случилось, Анубис просто стал еще более хмурым, чем всегда, и наотрез отказывался принимать в чем-то участие. Амон пытается его разговорить, даже приносит блинчик, но Анубис молчит и ничего не хочет. Такое ощущение, что у него исчез интерес к жизни. Это беспокоит Амона, он делает несколько пометок в своем блокноте. Выходит из палаты и на всякий случай проверяет, заперта ли она. Второго не явившегося пациента Амон находит в ее палате?— индивидуальной, но вовсе не потому, что у Эбби есть какие-то привилегии. Скорее, наоборот. Зевс ей не доверяет, как и остальные врачи. В отличие от Амона. Он заходит в палату и ставит на пластиковый столик тарелку с блинчиками. Эбби тут же ими интересуется. Кончики ее светлых волос выкрашены в грязно-розовый?— это краска, которая есть в общей комнате. Иногда Эбби рисует на бумаге, иногда на волосах. Она спрашивает у Амона новости и кажется абсолютно нормальной, просто любопытной. Амон знает, что проводит здесь слишком много времени?— гораздо больше, чем положено на одного пациента. Ему нравится Эбби. Она предлагает блинчик Амону, и он упорно отказывается, тогда Эбби, смеясь, сама его кормит. Она первой его целует. Он должен прекратить, вспомнить, что она его пациентка, но Амон сам льнет к ней, обнимает за хрупкие плечи. Эбби отстраняется, показывает рисунок, на котором ее родители, сестра и брат. Амон не сразу понимает, он еще слишком ошарашен. Приглаживает растрепанные светлые волосы, сосредотачивается на неуклюжей картинке. —?Смотри. Это мама и папа. Это братья. Они скоро приедут, и ты им обязательно понравишься! Амон уходит быстро, Эбби провожает его взглядом, но явно не думает, что они делали что-то не то. Амон останавливается на крыльце. Замирает, обхватив себя руками. Здесь только Сет: курит, облокотившись на перила. Смеряет Амона равнодушным взглядом и предлагает пачку. Амон не курит. Но сегодня берет сигарету. У него на губах вкус Эбби, его надо стереть горьким табаком. Сет молчит. Он не любит быть с пациентами друзьями, но и никогда не высказывается против идей Амона. Говорят, он не просто так подолгу пропадает на кухне у Нефтиды, но Амону плевать на слухи. —?Давай,?— внезапно говорит Сет. —?Я же вижу, ты хочешь поговорить. А я тут вечно торчать не буду. Холодно. И неожиданно для самого себя Амон признает: —?Кажется, я влюбился в пациентку. —?Ну, не в пациента же. Амон слабо улыбается и продолжает рассказывать. —?Ты же понимаешь,?— говорит Сет после,?— Эбби одна из тех, кто никогда отсюда не выйдет. —?Понимаю. Из-за того, что она сделала. Отравила всю семью. Их образы, нарисованные яркими красками, существуют только на листе бумаги?— в реальности их нет. Эбби забыла о том, что сделала. И Амон не знает, чего хочет больше: помочь ей выздороветь или оставить в счастливом неведении. В забытье.