131. Горькая правда (1/2)

Вторник. После полудня. Aarhus. Risskov. Stationsgade 32. Гостевая спальня

Поставив последнюю электронную подпись на документе и отправив его Заэлю, Гриммджо вызвал того по видеосвязи.

— Ну привет, дружище! — улыбнулся он озабоченно выглядящему совладельцу. — Все прочитал, подписал и выслал тебе.

— Спасибо, Гриммджо.

— Есть минут пять для разговора?

— Для тебя хоть десять — мой рабочий день официально закончился полчаса назад.

— Ой, я тебя умоляю, Заэль, — хохотнул Гриммджо, зная привычку совладельца засиживаться допоздна. — У тебя ненормированный график, уж мне можешь не заливать.

— Ладно, подловил, — усмехнулся тот и поправил очки. — О чем ты бы хотел поговорить?

— Не, не, не, так не пойдет, — возмутился Гриммджо. — Я с тобой буду разговаривать только в беседке! Поэтому поднимай свою стопроцентно затекшую задницу, спускайся вниз, а потом уже набирай меня снова — расскажу хорошую новость.

Заэль выразительно выгнул розовую бровь.

— Ты же знаешь, что я спокойно могу соврать про неотложные дела и никуда не идти?

— Можешь. Если лень спускаться, то так и скажи. Не надо врать, ладно? — миролюбиво улыбнулся Гриммджо. — Просто хотел, чтобы ты немного прогулялся и проветрил голову, вот и все.

— Ладно. Перезвоню тебе через пять минут, — сдался Заэль. — Нет, через семь — забегу в бар за соком.

— Договорились. Жду.

Гриммджо закрыл ноутбук и откинулся на подушки.

«Ставлю сто евро, что Заэль офигеет, когда я ему предложу прилететь на регистрацию отношений».

Гриммджо не смог сдержать предвкушающей улыбки: ради вытянувшегося лица совладельца можно было и потерпеть его сегодняшнее капризное настроение.

«Зашивается, поди, там, но не признается — явно не хочет мне отпуск портить… Надо будет ещё раз поблагодарить Элсклинг за вовремя подброшенную идею: даже если Заэль и не рискнёт бросить «Mirage» на несколько дней, то все равно оценит жест».

Ещё немножко полежав на очень удобной кровати, Гриммджо сел, натянул плюшевые тапки, взял с кресла теплый халат, который ему выдал Самир, чтобы не мерз во время перекуров, закутался во фланель по самый подбородок и вышел на балкон. Присел на красивый, но жутко неудобный, кованый стул с узким деревянным сиденьем, прикурил и уставился на быстро плывущие по небу облака.

Заэль перезвонил, когда он успел докурить, и болтал тлеющий окурок в закрытой стеклянной баночке.

— Как видишь моя стопроцентно затекшая задница выползла из кабинета, — съязвил совладелец, стоило Гриммджо принять видеозвонок.

— Сам сказал, что можешь соврать, так что предъяви доказательства, — подначил его Гриммджо.

Заэль переключил камеру и показал, что действительно сидит на лавочке в беседке, а на столике стоит стакан, судя по цвету, свежевыжатого апельсинового сока. Гриммджо невольно улыбнулся: обычно совладелец предпочитал гранатовый или виноградный, а тут прям его любимого решил выпить.

— Всё, убедил, — лучезарно улыбнулся он, когда Заэль переключил камеру на своё немного недовольное лицо. — А теперь новость и предложение, ради которых я всё это затеял. Семнадцатого сентября я, Самир и Тиа расписываемся в Стокгольмском ЗАГСе и будем рады тебя видеть в числе гостей!

— Что, прости? — у Заэля мало того, что вытянулось лицо, так ещё и челюсть отвисла.

— Повторяю для тех, у кого сегодня был тяжёлый рабочий день, — хмыкнул Гриммджо. — Семнадцатого сентября я женюсь в Стокгольме, и ты приглашен!

Когда до Заэля, наконец-то, дошло, он громко расхохотался.

— Прости-прости, — он быстро сдвинул очки, чтобы смахнуть выступившие слезы, снова водрузил их обратно и широко улыбнулся. — Не обращай внимания на мою странную реакцию — недосып и перегрузка.

— Я так и понял, что ты там зашиваешься, — цыкнул Гриммджо. — Это ты меня прости. Тебе бы домой отдыхать ехать, а не мои радостные новости слушать…

— Я поеду, ты не переживай, — Заэль отпил сока. — Но сначала, я должен тебя поздравить! Обалдеть! Ты и женишься, Гримм… Не поверишь, но это так вдохновляюще!

— Конечно поверю, — усмехнулся тот, немного поерзав на неудобном стуле. — Мы ещё и тебя женим, вот увидишь!

Заэль во второй раз громко расхохотался.

— Ой, это из разряда фантастики… Ну кто сможет выдержать такого зануду и язву, как я?

— Никогда не говори «никогда». Я, вон, тоже не собирался, и что в итоге? Люблю, любим и очень нагло счастлив.

— Но тебе это счастье ой как не просто далось. А я даже и не знаю, хватит ли меня на очередные отношения.

— С правильным человеком, психоаналитиком и нормальным рабочим расписанием хватит, поверь, — Гриммджо всё-таки закурил вторую сигарету. — Так ты мне не ответил. Прилетишь?

Заэль снова приложился к стакану с соком, обдумывая ответ. Гриммджо выдохнул дым и попытался одной рукой открутить крышку стеклянной банки, чтобы стряхнуть пепел, но не удалось. Пока совладелец прикидывал все «за» и «против», он быстро положил телефон, зажал сигарету в зубах, добился своего, и снова взял в руки смартфон.

— Что ты там делаешь? — внезапно заинтересовался Заэль.

— Пепельницу свою открываю. Одной рукой нихера не получилось, — хохотнул Гриммджо и показал ему банку с несколькими окурками. — Я засел в гостевой спальне, которая выходит на балкон, ну и прихватил с кухни первое попавшееся под руку. Теперь вот откручиваю и закручиваю, зато не надо бегать вниз во двор.

— Хитро, — хмыкнул Заэль, допивая сок. — А, знаешь, я прилечу на твою свадьбу.

— Правда? — неверяще уставился на него Гриммджо.

— Правда. Сформирую команду ответственных и пусть отдуваются, пока меня не будет. Если справятся идеально — получат двойную премию, а кто-то даже и повышение.

— А вот это очень хорошее решение, Заэль! — обрадовался Гриммджо. — Только, я тебя умоляю, формируй по способностям, а не по типу.

— Конечно. В этом-то и будет самый большой прикол, — хитро улыбнулся тот. — Соберу весь персонал и предложу выдвинуть кандидатуры тех, кто хочет показать себя, независимо от занимаемой должности, возраста, пола или типа. Допускаю, что у нас намного больше гениальных управленцев, чем мы думаем.

— В том-то и дело, Заэль! К тому же это мероприятие станет своеобразным подготовительным шагом к реорганизации!

Совладелец внезапно усмехнулся:

— Вот я буду ржать, если кто-нибудь из парковщиков или уборщиков утрет нос пит-боссам.

Гриммджо согласно хохотнул и невольно закашлялся, резко вспомнив по менеджера из картинг-холла.

— Дружище, а можешь оказать мне услугу?

Заэль улыбнулся: только если в рамках закона. Гриммджо усмехнулся, сделал последнюю затяжку, бросил окурок в баночку, закрутил крышку и принялся болтать ею, пока излагал совладельцу свою идею — почему бы не взять отличного парня к себе на испытательный срок личным помощником? Альфа смышлёный, исполнительный, а главное — честный. Не понравится Заэлю, перекинут того в социальный фонд, но перед этим понаблюдают в деле.

Совладелец потёр переносицу, поправил очки и снова неожиданно согласился: возьмет разрекламированного альфу к себе помощником, раз Гриммджо просит, но никаких особых поблажек делать тому не будет.

— Да и не надо. Просто не будь букой, и парень приживется.

— Я не могу быть не требовательным.

— Никто и не говорит, что ты должен спускать на тормозах недоработки и недочёты. Просто формулируй помягче и чаще хвали. Но не только его, хвали всех, кто этого заслуживает. Не жмись. И персонал будет намного лучше работать. А то, если меня нет, рабочие собрания превращаются в избиение младенцев. Ага, я в курсе.

— На меня кто-то посмел настучать? — возмутился Заэль.

— Никто на тебя не стучал, угомонись. Во-первых, я пару раз со встреч приехал раньше, и слышал, как ты распекал пит-боссов, а, во-вторых, постоянно анализируя доход, я давно уже вывел несколько корреляций, которые тебе совершенно не понравятся.

— Все равно выкладывай.

— Ну, если ты просишь… — Гриммджо специально отвлекся, чтобы закрыть портсигар и выдержать драматичную паузу. — Первое — существует прямая взаимосвязь между размером выручки и настроением сотрудников — после корпоративов и всяческих награждений та растет. Второе — доход резко повышается именно в дни, когда тебя нет в казино. Поэтому, хочешь стать ещё богаче, перестань жёстко отчитывать персонал и больше хвали.

— А почему ты мне раньше этого не говорил? — цыкнул Заэль, откидываясь на скамейку.

— Я говорил, вернее, несколько раз заикнулся. На что получил язвительный ответ: «За ту зарплату, что я им плачу, имею право требовать даже матом» и завуалированную просьбу не учить тебя управлять своей собственностью. Ну я и перестал. Просто старался присутствовать на всех собраниях и вовремя одергивать тебя, когда слишком заносило.

Заэль недовольно поджал губы и закрыл глаза, проглатывая горькую правду и стараясь не огрызаться в ответ. Гриммджо его не торопил: на собственной шкуре знал, как непросто признать свою неправоту. Он встал с неудобного стула, зашёл в комнату, закрыл балконную дверь, скинул тапочки и прилёг на кровать. Заэль продолжал сидеть с закрытыми глазами, только ноздри красивого носа раздувались. И тогда Гриммджо не выдержал:

— Заэль, я знаю, что сейчас тебя душат злость и обида, и справиться с ними ой как не просто. Хочется наорать на меня, уволить всех неблагодарных к хренам собачьим и разнести что-нибудь в кабинете. И это нормально. Тебе больно, что твои порывы не оценили. Но это не так. Персонал тебя ценит, Заэль, просто боится. И страх им мешает эффективно работать. Ты совершенно прав в своем стремлении к идеалу: мы престижное заведение, и всё должно быть на высшем уровне. Но этот самый уровень создают люди, и они должны быть уверены в руководстве, понимаешь?

Заэль нехотя кивнул, продолжая сидеть с закрытыми глазами, и Гриммджо, осторожно подбирая слова, продолжил увещевать дальше: