129. Сделал дело — гуляй смело (1/2)

Понедельник после полудня. Forskningsinstitut Par og Forbindelse.<span class="footnote" id="fn_34914324_0"></span> Nordre Ringgade 1. Aarhus C

Гриммджо влетел в просторный внутренний двор научно-исследовательского института и посмотрел по диагонали, как ему советовал доктор Ларс Миккельсен. Увидев стоящие столики по обе стороны от гостеприимно распахнутой двери, над которой значилось «Сafe», Гриммджо заулыбался и помчался к ней.

— God eftermiddag! Hvordan kan jeg hjælpe? — приветливо обратилась к нему натуральная блондинка с голубыми глазами, стоящая за стойкой.

Гриммджо вытаращился: хоть он и не знал датский, но общий посыл все равно понял.

— И вам добрый день! — ответил на английском и лучезарно улыбнулся. — Надеюсь, вы меня понимаете?

— Конечно, — тепло улыбнулись ему в ответ. — Чем вас угостить?

— Мне бы двойной эспрессо и узнать, где можно покурить.

— Легко! Робуста, полагаю?

— Она самая, — кивнул Гриммджо, наблюдая, как бариста ловко управляется с кофемолкой и холдером.<span class="footnote" id="fn_34914324_1"></span> — Сколько я должен?

— Тридцать пять крон, — откликнулась она, нажимая на кнопки.

Гриммджо достал сорок и положил их на монетницу.

— Без сдачи, — улыбнулся он, подхватывая кружечку с кофе.

— Спасибо. Можете пройти через обеденный зал и выйти на открытую террасу. Там есть столики для курящих. Вычислите по пепельницам.

— Благодарю! — Гриммджо одарил баристу ещё одной ослепительной улыбкой и рванул через просторный зал с одинаковыми столиками на четверых к двустворчатой двери.

На улице было солнечно, но прохладно. Гриммджо быстро донес кофе до первого столика с пепельницей, осторожно поставил, застегнул кожаную куртку до самого подбородка, стянул со спинки одного из стулов плед, закутался в него и только тогда присел. Отпил глоточек кофе, почмокал губами и потянулся за портсигаром. Прикурив сигарету, глотнул ещё эспрессо и почувствовал, что его, наконец-то, отпускает: хоть улыбчивые лаборанты и делали свою работу крайне профессионально, все эти химические запахи, звуки, странная аппаратура и белые халаты вызывали у Гриммджо подспудную тревогу.

Он глубоко затянулся, выпустил дым и уставился на прохожих, идущих по своим делам: смотреть на датчан ему не надоедало. Светловолосые, уверенные в себе, невыпячивающие свое благосостояние, они даже одевались совершенно по-другому, особенно женщины: никаких облегающих силуэтов, декольте и мини. Одежда была простой и качественной, но будто с чужого плеча: мешковатой и скрывающей фигуру. Это было очень непривычно.

А ещё некоторые датчанки были помешаны на многослойности и сочетании несочетаемого: вчера в магазине у него то и дело отвисала челюсть, когда он видел девушек в шубах и кроссовках или же платьях поверх джинсов — японки бы себе такого не позволили. Но был в этой на первый взгляд несуразности некий шарм и притягательность — несовместимые вещи в комплекте смотрелись эффектно, подчеркивали достоинства и скрывали недостатки, хоть и вызывали лично у него когнитивный диссонанс.

Гриммджо проводил задумчивым взглядом девушку с небрежным пучком на голове в явно мужском черном пальто, из-под которого торчал подол серого мятого платья, и закатил глаза: это же надо же так вырядиться…

«Зато кроссовки, объемный шарф и сумка в тон платья», — попытался он оправдать чужую логику и скривился: бесполезно — такой «наряд» его чувство прекрасного напрочь отказывалось «понимать» и принимать.

Эстетические терзания прервала вибрация смартфона в кармане куртки. Быстро докурив сигарету и затушив окурок в пепельнице, Гриммджо вытащил телефон и обалдел от количества входящих: казалось о его существовании вспомнили все, кому не лень. Открыв мессенджер, он аж присвистнул: большинство было от Улькиорры. Решив оставить самое интересное напоследок, первым он ответил консьержу, подтвердив право дорогой тещи беспрепятственно заходить и пребывать в его квартире. Затем поблагодарил уборщицу, которая отнесла его полосатый костюм в химчистку и отчиталась, что тот будет готов к среде.

Ответил Заэлю на пару рабочих вопросов и послал фотографию кусочка шарфа, которого вчера успел связать под очередные пару серий «Миллиардов», с плачущей рожицей и припиской: «Погордился, что ты мне готовишь подарок ручной работы, и меня в ответ припрягли на целых два таких же». Не получив ответа, но очень надеясь, что совладелец все же дома, просто, скорее всего в душе, Гриммджо открыл чат с Улькиоррой. Прокрутив вверх к началу, он с улыбкой принялся читать.

Первым делом лучший друг пожелал ему доброго утра и удачи на тестах, а потом немало удивил: Кейташи Шиффер, оказывается, заявился к Улькиорре позавтракать, привез коллекционный виски в подарок за успешно проведенные переговоры и изъявил желание отправиться в корпорацию на машине Улькиорры — имеется разговор. А по дороге заливался соловьём про Томоюки Кацураги и бывшего директора Тии: первому хоть и удалось сбежать в Асахикаву, но Кейташи Шиффер продолжает планомерно уничтожать карьеру зарвавшегося омеги, обидевшего подругу сына, как и усложнять жизнь второму — после многих отказов в трудоустройстве самоуверенный альфа сломался и на данный момент «лечит нервишки» в каком-то санатории.

А потом принялся ненавязчиво расспрашивать, как там дела у Тии в Дании. Улькиорра же, четко следуя плану, пожаловался, что не так хорошо, как бы хотелось: он бы с превеликим удовольствием бросил все и рванул бы на недельку Копенгаген — поддержать и помочь развеяться… Но увы и ах, объем работы не позволяет. На что получил ожидаемый ответ — ради такой женщины можно и расписание поменять и на недельку в Данию махнуть: отец готов помочь грамотно распределить нагрузку на заместителей. Пусть те попотеют, а Улькиорра — отдохнёт — заслужил.

— Как по нотам, — расхохотался Гриммджо, глотнул эспрессо, закурил вторую сигарету и продолжил читать дальше.

Следующее сообщение было отправлено через час. Улькиорра писал, что план с билетом тоже сработал: вещи хоть и лежали на своих местах, но маленького стикера, который он специально оставил клейкой стороной вверх, не было. И в бумагах рылась точно не уборщица: той строго-настрого запрещено прикасаться к столу — наследник банковской корпорации собственноручно на том пыль вытирает.

— Шерлок прямо, — умилился Гриммджо, стряхивая пепел, а потом нажал кнопку записи. — Привет, Улькиорра! Буду отвечать голосовыми — так быстрее. Новости у тебя, дружище, прям одна другой краше: все многоходовочки предсказуемо сработали, и даже в отпуск тебя готовы отпустить. Шикарно!

Он отправил сообщение, допил эспрессо, затянулся и продолжил:

— Значит, дальше все опять по плану: бери билет как можно раньше, вези с собой наши прикиды на свадьбу и крепись до посадки на рейс — раньше рассказать правду ни в коем случае нельзя, как бы тебя не провоцировали. У нас все хорошо, не переживай: Тоширо готовится к своим послезавтрашним лекциям, пока мы тут втроем сдаём анализы и проходим проверки. Я очень надеюсь, что нас отпустят домой после того, как мы голодные отбегали по НИИ все утро. Так, мне тут Тиа звонит, поэтому я побежал! До связи, дружище!

Гриммджо быстро переключился на входящий вызов.

— Привет, Элсклинг! Да, все закончил и поэтому нагло сбежал попить кофе и покурить. Ага, в кафе, которое во внутреннем дворике. О, на сегодня все? Отлично! Тогда подходите, будем решать куда подадимся дальше. Кофе вам обоим заказать? Всё, уже бегу!

Сделав последнюю затяжку и раздавив второй окурок в пепельнице, Гриммджо вскочил со стула, сунул смартфон в карман, стряхнул с себя плед, схватил пустую кружечку и побежал обратно к бариста. Та, увидев его, улыбнулась и поинтересовалась, понравился ли ему эспрессо. Гриммджо, одобрительно прицокнув языком, попросил приготовить ещё два таких и один латте. Оплатив заказ, он вернулся на террасу, снова закутался в плед, открыл на телефоне браузер и вбил в строку поиска «Достопримечательности Орхуса».

Тут же выскочил целый список статей. Нажав на первую ссылку и прочитав вступление, что Орхус — культурный и научный центр, город студентов и исторических памятников, не удивился, когда первыми пунктами автор перечислил три музея: этнографии и археологии «Moesgaard», национальный «Den Gamle By» под открытым небом и современного искусства Ароса Аархуса. На данный момент музеи, знаменитая библиотека «Dokk1» и крупнейший во всей Скандинавии концертный зал Гриммджо интересовали мало, потому он даже особо не вчитывался в хвалебные описания, а, чертыхаясь, листал дальше.

Ботанический сад рядом с музеем под открытым небом, порадовал, и Гриммджо скинул информацию в заметки, как и данные о «Латинском квартале» — датской аналогии старинного студенческого городка, выросшего вокруг Сорбонны — крупнейшего университета Франции. Но, когда он увидел последнюю, но для него самую интересную, достопримечательность — олений парк «Marselisborg», Гриммджо на радостях привычно матернулся на английском, и услышал сдавленный смешок бариста, несущей ему кофе.

— Извините, — немного смущённо улыбнулся он. — Все время забываю, что в Дании английский знают многие.

— А вы откуда, если не секрет? — поинтересовалась она, расставляя чашки на столе.

— Из Токио. Там можно посвободнее материться на интернациональном языке. Кстати, я — Гриммджо.

— А я — Астрид, — улыбнулась бариста. — Приятно познакомиться.

— И мне очень приятно. Астрид, а можно личный вопрос?

— У меня есть муж, — усмехнулась та.

— Не, я тоже занят, — отмахнулся Гриммджо. — Меня немного другое интересует. Вы когда-нибудь были в оленьем парке? Там круто?

— Да. Там очень красиво и олени с косулями совершенно не боятся людей. Мы с мужем любим ездить туда на пикник.

— Пикник! Гениально! — обрадовался Гриммджо. — Большое спасибо, Астрид, вы мне очень помогли!

— Обращайтесь, Гриммджо, — та подхватила поднос и убежала на рабочее место, а он ткнул в ссылку парка и начал увлеченно рассматривать фотографии.

— И что такого интересного ты там читаешь, Катт? — поинтересовалась на японском Тиа, присаживаясь за стол. — О, ты заказал мне эспрессо! Спасибо.

— Как говорится, сделал дело — гуляй смело! — зубасто улыбнулся Гриммджо. — Поэтому решил погуглить, какие достопримечательности есть в Орхусе, и нашел вот это.

Он протянул ей свой телефон, а потом повернулся к севшему с другого бока Самиру.

— Хабиби, тебе взял латте.

— Спасибо, мой хороший, — тот погладил его по руке, отпил из кружки и заинтересованно посмотрел на Тию. — И что там, Королева?

— Олений парк «Marselisborg», — Тиа, улыбаясь, показала ему фотографию. — Оленей и косуль можно не только погладить, но покормить, представляешь?

— А вот это очень интересно, — хмыкнул Самир. — Никогда не гладил косуль.

— Тогда предлагаю быстро выпить кофе, прыгнуть в машину, вернуться домой, пообедать, собрать с собой корзину бутербродов, яблоки и морковку, прихватить с собой Тоширо и рвануть туда! — воодушевился Гриммджо. — Мне срочно надо перебить противное послевкусие после и всех этих медицинских пыток.

Тиа одобрительно хмыкнула, отпивая эспрессо: не ему одному. Ей пришлось позорно признаться доктору Миккельсену и помощникам, что ещё один тест, и у нее начнется истерика. Поэтому то, что Гриммджо нашел такое замечательное место, куда можно уехать и успокоиться — прям манна небесная. Самир согласно угукнул, а потом обрадовал: завтра у них выходной, ибо лаборатория мало того, что должна обработать анализы и снимки, но и настроить личные браслеты в соответствии с полученными результатами.

— Все, как ты и предсказывал, — подмигнул ему Гриммджо.

— Конечно. Ведь именно я отправил ссылки на пару передач про смарт-браслеты, используемые в медицине и исследованиях, и предложил доктору Миккельсену их опробовать, — хитро улыбнулся Самир.

— И когда успел? — удивилась Тиа.

— Ещё в Японии. Пока Гримм переписывался с ним, объясняя ситуацию, я запомнил электронный адрес, а потом отправил свои соображения.

— Вот же хитрый жук! — хохотнул Гриммджо.

— Подождите-ка, — Тиа растерянно посмотрела на них обоих. — То есть вы тоже писали доктору Миккельсену?

— А то! Надо же было настоять, чтобы он вошёл в наше положение и не перегибал палку с тестами и расписанием, — кивнул Гриммджо, одним глотком допивая эспрессо и открывая на телефоне мессенджер. — Тогда я пишу Тоширо, чтобы разогревал обед и переодевался: поедим и помчимся к оленям?

— Да. Но домой едем через магазин, а то у нас дома ни морковки, ни яблок, — напомнила Тиа.

— Зато апельсинов навалом, — хохотнул Самир.

— А ну цыц! — шикнул на него Гриммджо, печатая Тоширо сообщение. — Апельсины — это как хлеб и вода — самое необходимое!