15. Неприятные откровения (1/2)
Утро субботы. Особняк Улькиорры
Гриммджо зевая, спустился по лестнице и привычно остановился перед столовой проверить плотно ли запахнут халат — он же воспитанный молодой человек и должен даже от прислуги прятать свою пижаму. Убедившись, что все рамках приличий, он плюхнулся на стул и потянулся за фарфоровым кофейником: без допинга он еще два часа будет тупить и подтормаживать. Налив себе полную кружечку, вежливо кивнул горничной, которая поставила перед ним фруктовый салат и стакан апельсинового сока.
— А Улькиорра еще не проснулся? — подавляя очередной зевок, поинтересовался Гримм.
Он жадно выпил содержимое стакана и довольно крякнул, немного поморщившись: теперь можно быстро съесть салат, а потом взять кофе и выйти на террасу — покурить и побалдеть.
— Господин как вернулся домой в девять утра, так спать не ложился, — тихо ответила ему служанка, немного склонив голову. — С того времени находится в бассейне и даже еще не завтракал.
— Что за?! — Гриммджо мгновенно напрягся: случилось что-то из ряда вон.
Улькиорра, сколько он его знал, никогда не нарушал распорядок дня, а завтрак был его неотъемлемой частью. Гриммджо отставил в сторону фруктовый салат и отмахнулся от своего желания покурить на террасе и побалдеть. Подхватил кружечку с кофе и пошагал в бассейн: лучший друг явно не в себе…
Улькиорра нашелся лежащим на спине прямо посередине бассейна и любующимся небом. Гриммджо постоял, порассматривал белое тело в темно-зеленых плавках на фоне прозрачной голубой воды, прикидывая как ему быть, а потом вздохнул и начал раздеваться. Скинув пижаму и халат на шезлонг, он быстро выпил подостывший кофе, немного разбежался и нырнул в воду.
Тихо вынырнув около друга, который наконец-то его заметил, уставился в зеленые глаза и картинно нахмурился.
— Это вообще как понимать? Почему губы грустной скобочкой? — поинтересовался Гриммджо, разглядывая черные, сведенные на переносице, брови и опущенные уголки рта. — Приехал из клуба утром, даже не позавтракал и сразу кинулся сюда? Ты что, уже полтора часа лежишь в воде и медитируешь?
— Доброе утро, Гримм! — Улькиорра посмотрел на него и тяжело вздохнул. — Да, уже полтора часа лежу и думаю: все хорошо или все плохо?
— Предлагаю подумать вместе, — Гриммджо лег на спину и посмотрел на небо. — Две головы лучше, чем одна.
— Хорошо, — согласился Улькиорра, продолжая выглядеть подавленным. — Вчера у меня был самый потрясающий секс в моей жизни, а сегодня я проснулся один в комнате клуба и даже не знаю что и думать…
— То есть вы оба вырубились после твоего самого лучшего секса, и она просто ушла домой первой? — решил уточнить Гриммджо. Улькиорра согласно кивнул и он хмыкнул: — Ну может ей на работу надо было или ещё куда. Придёшь в пятницу, как обычно, и спросишь — почему она усвистела и тебя не разбудила. Зачем сразу загоняешься?
— Потому, что такого никогда ещё не было?
— Чего именно?
— Мы никогда до этого не вырубались вместе, не договорившись о следующей встрече…
— Ну бывает же в жизни первый раз? Или еще что-то случилось, что ты сам на себя не похож?
— Да. Мы впервые занимались сексом без масок. Она даже шляпку сняла… У нее, оказывается, длинные волосы…
— То есть ты наконец знаешь как она выглядит? — Гриммджо попытался максимально скрыть свое разочарование, ведь друг успел его обскакать: увидел ее всю, тогда как ему было известны лишь цвет волос, запах и форма губ …
— Конечно же, нет, — тяжело вздохнул Улькиорра. — Мы занимались сексом в темноте. А ещё, опять же впервые, была смена ролей… И я так офигел, представляешь?! Мне кажется, это потому, что она мне изменяет…
— Как вообще одно с другим связано? Сам же не так давно мне заявлял, что она не из тех, кто спит с несколькими. Что вообще за странная логическая цепочка?
— До вчерашнего дня я так и думал — у меня не было повода сомневаться, но вчера кое-что произошло, а потом она себя повела крайне необычно и другого объяснения, кроме измены, у меня просто нет…
— Так, давай-ка попонятнее объясняй, угу?
— Ладно. Вчера, когда я зашел в коридор, то увидел, как она обнимается с огромным мужиком в оранжевой маске. Заметив меня, она что-то ему шепнула, тот поцеловал ей руку и пошел на выход, а меня сразу же потащили к комнатам, дескать, если мы сейчас же не найдем, где уединиться, то меня изнасилуют при всех.
— Ого, какие угрозы! А мне она нравится — решительная особа.
— Эй, даже не думай! — недовольно шикнул Улькиорра, когда Гримм захихикал. — Это моя омега и ничья больше!
— Ладно-ладно! Твоя она и ничья больше, уговорил! А ты у нее спросил, что это за мужик был? — вкрадчиво поинтересовался Гриммджо, понимая, что речь идёт об Айкэне, который вряд ли соперник его другу, но этого он Улькиорре сказать не мог, иначе бы невольно раскрыл себя: откуда ему-то столько известно об омеге друга, ее знакомых и пристрастиях, если они якобы ни разу не виделись?
«Молчи, Гримм, молчи!» — напомнил он себе, слушая рассказ о событиях того вечера.
Оказывается, Улькиорра сам в лоб спросил, что это был за мужик, и ему объяснили: знакомый, очень хороший человек, с которым омега раньше «играла». Человек хороший, а вот любовник не очень. Похоже, этот ответ не успокоил друга, а заставил ревновать ещё сильнее.
— Я же ее люблю! Как она может так со мной поступать?! — возмутился Улькиорра в голубое небо, сжимая кулаки.
Гриммджо молчал и обеспокоенно посматривал на друга: ему становилось все больше и больше не по себе.
«Что же будет с нами, если Уля поймет, что я пометил его любимую омегу, если даже на какого-то мужика из прошлого так остро реагирует?! — эта мысль заставила его мгновенно похолодеть даже в теплой воде бассейна. — Надо как-то ему поаккуратнее разжевать ситуацию, что его взгляд на вещи достаточно благороден и романтичен, но в реальности все происходит совершенно не так, как в его любимых книгах…»
— Подожди, Уля! Как так то? Ты же просто увидел, как она с кем-то обнимается… Ты же ее не во время секса застукал, правильно?
— Правильно, — Улькиорра нехотя согласился. — И что это меняет?
— Вообще-то все, — Гриммджо был достаточно серьезен. — По факту, она могла встретить знакомого там. Она взрослая девочка, у которой явно были мужчины до тебя. И у тебя были девушки до нее. Да, сейчас ты влюблен, хочешь с ней серьезных отношений, идеализируешь ее, потому, что испытываешь сильные чувства, и вы достаточно долго встречаетесь на постоянной основе, но это еще не значит, что обнимаясь с каким-то незнакомым мужиком, она тебе изменяет. Слово «измена» как-то не совсем применимо к вам обоим, не находишь?
— К чему это ты ведешь?
— Это первый раз, когда ты влюбился, да, Уля?
— Ну, да, — смущенно пробурчал тот. — Мне нравились другие, но сильные чувства я испытываю впервые именно к этой омеге.
— В этом-то и проблема… — вздохнул Гриммджо, ложась на спину и рассматривая небо. — Сильные чувства заставляют реагировать нерационально. Прости, но я буду называть вещи своими именами. То, что вы спите друг с другом, еще не значит, что вы оба должны хранить друг другу верность. Секс — это не брак, когда ты официально соглашаешься принять на себя определенный ряд обязательств.
— Но я ведь не обнимаюсь с другими и храню ей верность! — запальчиво ответил Улькиорра и насупился.
— Это твой собственный выбор. Ты не можешь от нее требовать того же.
— Как же меня все это бесит! — раздосадованно фыркнул Улькиорра. — Реально обидно, что я столько раз признался ей в любви во время секса, а ни разу прямо так и не ответила, что чувствует ко мне! А еще мне не хочется верить, что секс в темноте и смена ролей, хоть мне и чертовски понравились, могли быть продиктованы желанием отвлечь меня от осознания, что я в ее жизни не единственный на данный момент!
— Что еще тебя в этой ситуации раздражает? — вкрадчиво поинтересовался Гриммджо, понимая, что другу надо выплеснуть накопившееся.