12. Помоги мне разобраться (2/2)

Словно следователь, заполняющий протокол места преступления, Тиа методично описала произошедшее изнасилование. Если бы Свен Бергман не знал, кто она такая, кем работает, а также ее историю болезни, то он бы всерьез забеспокоился: пациентка описывает глубочайшую психологическую травму и даже не в истерике…

— Тиа, скажи, ты уже успела с кем-то обсудить произошедшее?

— Я слишком спокойна, да, Свен?

— Именно.

— Ну, после произошедшего я такой спокойной не была, уж поверь. Все-таки мы говорим об насилии, ведь моего согласия на секс получено не было. Так вот, выйдя из клуба, я сразу же поехала к Нелл, приняла душ, а потом рассказала о случившемся за двумя косячками и пиццей.

— То есть вы общими усилиями уже успели справиться с первым шоком и истерикой?

— Ага, — кивнула Тиа, отпивая воду из бутылки. — Мы проговорили несколько часов, обсуждая всю ситуацию. Меня хорошо так отпустило после этого, но все-таки не до конца.

— Ты все еще злишься, я правильно понимаю?

— Да, — подтвердила она. — И все еще не решила, как отреагировать на причиненный мне ущерб. Есть два варианта мести, один из которых я хочу реализовать.

— Позволь полюбопытствовать, что это за варианты.

— Первый — в этом самом клубе подловить этого парня и вместе с Нелл отстрапонить его, пока не будем удовлетворены, а второй — стать его личным трейдером и финансовым аналитиком, и провести одну очень неудачную сделку, на которой он потеряет несколько миллионов.

— И какой тебе самой больше нравится? — абсолютно спокойно поинтересовался Свен, будто они просто обсуждают, что будут готовить на ужин.

— Лично мне нравится второй, хотя первый унизительнее и как бы «справедливее»? Он совершил физическое и моральное насилие, я отплачу тем же — совершу такое же насилие над ним.

— Двое на одного? — хмыкнул Свен, поправляя очки. — По-твоему это справедливо?

— Он мужик и доминантный, — отмахнулась Тиа. — Мы — девочки, и просто уравниваем шансы.

— Но все же тебе нравится второй… Что ж, это интересно. Тиа, а тебе нравится этот парень?

— В смысле? — брови на лице Тии поползти вверх. — С чего это ты решил?

— А разве я ошибся? — улыбнулся Свен, закидывая ногу на ногу. — Почему тогда ты не рассказала охране как все было на самом деле?

— Он меня поцеловал, — буркнула Тиа. — Этот мудак очень хорошо целуется, да еще у меня и течка была... Я слишком увлеклась, а он, воспользовавшись этим, успел рассказать свою версию и ему поверили.

— Ясно. Тогда следующий вопрос: ты ведь допустила, что он сказал тебе правду, не так ли? О том, что шел мимо, почувствовал запах феромонов из приоткрытой двери и зашел посмотреть, думая, что это приглашение «поиграть», а потом у него внезапно начался гон? И все случившееся не умышленная четко организованная акция, а некое трагичное стечение обстоятельств?

— Да, допустила, хотя мне неприятно это признавать, — проворчала Тиа и снова приложилась к бутылке с водой. — Ладно, предположим, что ты прав — он мне нравится. Но это же нелогично! Он меня изнасиловал! Ты намекаешь на Стокгольмский синдром?

— Нет, на него я вообще не думал намекать, — улыбнулся Свен, откладывая планшет в сторону. — Ты не ведешь себя как жертва в данной ситуации. Ты чуть не задушила своего «насильника» за то, что он тебя пометил, дала ему отпор и морально, и физически, вызвала охрану и пресекла возможность повторного принуждения. Ты зла, а не напугана — это очень большая разница, Тиа.

— Соглашусь, — кивнула она, рассматривая Свена и обдумывая только что сказанное. — Давай уже свои аргументы, почему он мне понравился… Даже если сейчас я отнекиваюсь, я поразмышляю о них.

— Хорошо, — улыбнулся Свен, взял планшет и начал по нему водить пальцем, просматривая свои записи. — Вообще-то этот парень в своем поведении продемонстрировал многие качества, которые принято считать положительными: надел презерватив — позаботился, чтобы не доставить тебе еще больших проблем; пытался замедлиться, чтобы тебе не было больно; скорее всего, из-за гона у него это плохо получилось, но он все-таки попробовал; а вот еще — он целовал тебя в шею и ухо, стараясь доставить удовольствие; отказался от метки, чтобы не ограничивать Связью — то есть учел твое желание и сложившуюся ситуацию. Так, дальше… Ты его хотела ударить, а он тебя нежно поцеловал, как ты сама это описала.

— Мда… — задумчиво произнесла Тиа, вертя полупустую бутылку в руках. — Как я уже сказала, я обдумаю это. Хорошо. Тогда почему я тяготею ко второму варианту мести? Не хочу унижать понравившегося мне парня?

— А разве не ты утверждала, что разум дан людям, чтобы они могли контролировать свои инстинкты?

— Я.

— Так от какой мести ты получишь больше моральной сатисфакции? Неужели от физической расправы и унижения доминантного альфы?

— Блин… Ты слишком хорошо меня изучил, — усмехнулась Тиа. — Ты прав, Свен. Насилуя насильника, ты не вершишь правосудие, а становишься таким же насильником…

— Именно, — согласно кивнул Свен. — Ты слишком со многим в своей жизни разобралась, чтобы снова в это погружаться…

— Но ведь каким-то образом я это спровоцировала, раз со мной такое произошло?

— Знаешь, Тиа, многие неприятные вещи просто происходят, и не всегда их причина в нас, — профессионально ушел от прямого ответа Свен. — Ситуация действительно неоднозначная: на первый взгляд может показаться одной, а в действительности быть совершенно другой, понимаешь?

— Да уж… — пришлось согласиться Тие. — Тогда точно выберу второй вариант — это будет намного интереснее…

— В плане?

— Сегодня я получила информацию, — хищно улыбнулась Тиа. — Этот изврат закончил Бостонскую школу экономики и имеет степень МВА.

— Ничего себе... — уважительно отозвался Свен и хитро прищурился. — А ты допускаешь, что в реальной жизни он может оказаться приятным мужчиной и тебе не захочется ему мстить?

— Все может быть, но пока я хочу именно мести. Моя гордость уязвлена, хоть физически, благодаря течке, мое тело не пострадало. Кстати... Ты ведь в теме рецессивности и доминантности, правильно?

— Да, у меня племянник доминантная омега, — улыбнулся Свен. — Думаешь почему твой отец нашел именно меня?

— Ах вот оно что... Ладно, тем лучше. Вот объясни мне, раз ты в теме, как вообще так получилось, что доминантного альфу на меня потянуло? — задумчиво поделилась Тиа. — Это же, в принципе, невозможно…

— Всегда бывают исключения из правил. Всегда, Тиа, — философски ответил ей Свен и широко улыбнулся. — Ну вот сейчас ты выглядишь как человек, разложивший по полочкам и решивший, как действовать дальше.

— Ты чертовски прав, Свен, — хихикнула Тиа и посмотрела на часы, висящие на стене. — И уложилась в час и семь минут!

— Тебе бы посоревноваться, — усмехнулся психоаналитик, вставая со стула и подходя к массивному столу. — Когда тебя в следующий раз записать?

— Ещё пока не знаю, — честно ответила Тиа, поднимаясь и поправляя чёрное платье. — Давай я встречусь с этим Гриммджо Джаггерджаком и потом приду поговорить?

— Что ж, пусть будет так, — согласился Свен, откладывая ежедневник и поворачиваясь к ней. — Тогда жду от тебя звонка или сообщения.

— Свен, а можно тебя обнять? — немного замялась Тиа. — Чисто в терапевтических целях?

— Конечно, — улыбнулся Свен и раскинул руки в стороны.

Тиа обняла его за шею и почувствовала, как ее обнимают в ответ.

— Спасибо тебе, Свен! Не позволяешь мне сойти с ума в этой стране,— благодарно шепнула Тиа.

— Ты мне за это платишь, — напомнил Свен, и они оба замолчали. Через минуту Тию ободряюще похлопали по спине и мягко отодвинули. — Тебе тоже спасибо, что вносишь разнообразие и подкидываешь пищу для размышлений.

— Да ладно, — хитро улыбнулась Тиа, разжимая руки. — Значит, мы квиты, так?

— Однозначно, — широко улыбнулся ей Свен. — Однозначно.