7. Приоткрытая дверь (2/2)
Гриммджо резко толкнулся в лежащее перед ним тело, завороженно наблюдая, как загорелая задница в его руках дрогнула, словно по ней пробежала невидимая волна, и снова расслабилась. Он восхищенно рыкнул — ему хотелось еще полюбоваться на эти странные реакции, отодвинулся назад и снова толкнулся бедрами, загоняя член как можно глубже и, завороженно наблюдая, как внушительная пятая точка колыхается от его движений.
«Так горячо и сладко… Просто охуенно», — пронеслось в его затуманенном возбуждением мозгу, и он невольно задвигался быстрее.
И тут его внезапно лягнули. Гриммджо непонимающе оглянулся, и получил еще один удар пяткой по ноге.
— Решил меня изнасиловать, пока я сплю? Грёбаный изврат! — прошипела девушка и попыталась отползти от него, но не тут-то было.
Гриммджо вмиг сообразил, что его пытаются лишить удовольствия, и навалился на свою «добычу», распластывая ее по дивану и высвобождая феромоны альфы: сейчас подергается и перестанет — он же доминантный! Но девушка под ним продолжила ерзать из стороны в сторону, пытаясь скинуть его с себя и шипя, что она его убьет собственными руками, когда освободится. Гриммджо, продолжая двигать бедрами, хрипло зашептал в загорелое ушко:
— Это не изнасилование… Нет… Я просто почувствовал ваш запах в коридоре и зашёл в комнату — дверь была приоткрыта… И у меня внезапно начался гон… Я не смог устоять, простите… У вас такая крышесносная задница! Давайте мы просто получим удовольствие, а потом я уйду?
— Да пошел ты со своим предложением! В этой ситуации удовольствие получаешь только ты! — внезапно девушка на мгновение замерла, шумно дыша, а потом снова задергалась. — Не смей на мне применять свои феромоны альфы! Слезь меня по-хорошему!
— Я не могу, честно… — прохрипел Гриммджо, еще больше подавляя своим запахом: должна же она подчиниться и угомониться, наконец.
Девушка захрипела, замерла, а потом неожиданно застонала.
— Больно? — Гриммджо попытался остановиться: ему же хотелось, чтобы фигуристой было хорошо. Но особо не получилось: он смог только замедлиться, но не прекратить вдалбливаться в такую потрясающую задницу. — Простите… Я попытаюсь осторожнее…
— Урод! У меня ещё и течка от твоего запаха началась! — женское тело под ним заелозило как сумасшедшее: девушка лихорадочно пыталась скинуть его с себя.
— Так это же хорошо, — выдохнул Гримм в загорелое ушко и чмокнул мочку.
Девушка протяжно застонала, но сразу же дернула головой в сторону, не давая целовать себе уши и пытаясь дотянуться до цепи валяющейся чуть дальше на диване. Ее попытки еще больше раззадорили Гриммджо: он вжал руками плечи девушки в диван, уже позабыв, что обещал быть осторожным, и принялся, как обезумевший, вколачиваться в сопротивляющееся тело.
Девушка под ним стонала, материлась и обзывала его на все лады, а Гриммджо от расползающегося по венам обжигающего жара, вконец мутящего рассудок, рассерженных женских вскриков, сменяющихся томными стонами и давления мышц, крепко сжимающих его член глубоко внутри этого сильного тела, совершенно «съехал с катушек»…
Он даже и не понял, как опустил голову к женской шее, одуряюще пахнущей апельсинами и абсолютно не осознавая, что творит, впился зубами в загорелую шею. Только почувствовав металлический привкус крови на языке, он словно очнулся. Женский вопль сразу же резанул по барабанным перепонкам, а тело под ним резко прогнулось, и Гриммджо почувствовал, что падает.
Больно приложившись затылком об пол, он зашипел от боли, а в следующий момент на него приземлилась разъяренная девушка, которая схватила его двумя руками за шею и принялась душить.
— Не надо, — хрипел Гриммджо, стараясь спихнуть эту фурию с себя, но она оказалась чудовищно сильной. — Я не хотел так с вами поступать! Просто гон начался! Простите!
— Грёбаный ублюдок! Надо было красную кнопку нажать, а не на меня бросаться! — ругнулась Тиа, понимая, что голубоволосый может говорить правду. А вдруг новичок в клубе? — Ты мне метку поставил! Зачем?!
— Не сдержался… Вы так одуряюще пахнете моими любимыми апельсинами… — тихо признался Гриммджо снова протягивая руки к этой невообразимой девушке, чтобы продолжить начатое.
— Не трогай меня! — прошипела она, слезая с него и пытаясь встать на ноги. — Так, я сейчас же вызываю охрану! Пусть тебя выпрут из клуба за нарушение правил! Похотливый изврат!
— Не делайте этого, прошу… — сипло выдохнул Гримм, потирая шею. — Давайте все решим мирно между собой… Просто продолжим, пока у нас обоих не закончится, а там уже подумаем как быть дальше?
От концентрированного запаха корицы и апельсинов в комнате Тию саму тянуло вернуться и продолжить начатое. Ее омежья суть, получившая столько удовольствия от толстого длинного члена, которым ту ещё минуту назад грубо и жёстко трахал лежащий на полу парень, шепча в ухо охрипшим голосом невнятные объяснения и извинения, требовала вернуться, но Тиа не считала это хорошей идеей — так с собой обращаться она не позволит!
— Нет! Никаких продолжить! Я должна нажать на красную кнопку! — Тиа потрясла головой, пытаясь отогнать от себя бессвязные мысли о жарком сексе с этим голубоволосым, чертыхнулась и поползла на четвереньках к двери: около нее и находилась красная кнопка.
Гриммджо, поняв, что договориться по-хорошему не получится, решил остановить эту дамочку, готовую его сдать охране, лишить возможности встретиться с Лисичкой и помочь другу.
«Я не могу допустить, чтобы меня выперли! Уля же должен найти свою будущую невесту! Надо как-то ее убедить не говорить охране обо всем!»
Он резко сел и поморщился: перед глазами заплясали разноцветные круги. Гриммджо тряхнул головой и решил последовать примеру девушки: встал на четвереньки и пополз за той следом. Маячавшая впереди задница еле прикрываемая юбкой, никак не добавляла ему ясности ума и путала все мысли, но он упорно продолжал работать коленями.
— Послушай! Ладно, давай не будем заниматься сексом! Только охране ничего не говори!
— Ты меня изнасиловал и пометил, а я должна молчать?! — рявкнула на него девушка в ответ. Похоже, она была совсем не рада его желанию сделать ей приятно.
— Ну ведь от метки можно избавиться, разве нет? — вкрадчиво поинтересовался Гриммджо, нагоняя беглянку и хватая ее за ногу. — И хотел, чтобы было хорошо… но сорвался, извини.
— Да пошел ты! — девушка перевернулась на спину и сильно лягнула его руку второй ногой. Гриммджо от неожиданности разжал пальцы, отпуская загорелую ногу.
— Ну прости меня, а? — снова попытался разжалобить эту разъяренную фурию Гриммджо, подползая к ней ближе, но девушка уже успела перевернуться обратно и дотянуться до проклятой красной кнопки, по которой со всей силы шандарахнула ладонью.
Гриммджо рванулся вперёд, схватил ее за талию и опрокинулся вместе с ней на пол и снова задействуя феромоны: она должна его выслушать или все пропало! В комнате тут же сильно запахло корицей, девушка на какой-то момент обмякла в его руках шумно дыша. Он воспользовался этой заминкой и повернул ее лицом к себе и крепко обнял.
— Послушай, я был не прав! Но давай решим этот вопрос мирно? — зашептал он в загорелое ушко, чувствуя как она дрожит всем телом. — Я не буду посягать на звание твоего партнёра. Мне самому эта Связь не нужна, понимаешь?
— Да, кто тебе поверит! Это ты сейчас так говоришь! — прошипела девушка, снова начиная вырываться. — А потом ты изменишь свое мнение, и мы будем связаны! Не бывать этому!
Она попыталась ударить его лбом в лоб и Гриммджо непроизвольно отодвинулся, назад, а рукой машинально схватился за кожаный берет, не позволяя ей этого сделать. Девушку этот маневр совсем не остановил: она резко дернула головой назад пытаясь высвободиться, но Гриммджо держал крепко и у нее ничего не получилось.
Только он решил, что эта фурия успокоилась и отказалась от своей идеи разбить ему лоб, как девушка резко дёрнула головой вперед, и чуть не реализовала задуманное, если бы он вовремя не отклонился назад. Гриммджо удивленно посмотрел на кожаный берет в своей руке, а потом перевел взгляд на чёрную маску, открывающую только губы и подбородок, обрамленную волосами цвета спелой пшеницы.
«Мне кажется, она очень красивая… — заторможено подумал он, рассматривая зелёные глаза с пушистыми желтыми ресницами, в разрезах маски, аккуратный подбородок и пухлые губы, накрашенные красной помадой, но тут услышал писк дверного замка и громкий возглас девушки охране, что они здесь. — Может поцеловать ее, чтобы не сдала?»
Как ни парадоксально, но эта мысль была не лишена смысла: все омеги, с которыми он спал, отмечали, что он хорошо целуется. Может и на этой фигуристой сработает и она сменит гнев на милость?
«Была, не была!» — решился Гриммджо, притягивая к себе эту необычную девушку и ласково чмокая ее в губы.