12. Странная история Джека и мистера Хайда (1/1)

Эта немая сцена между Анжелиной, Лисом и Эриком так бы и продолжалась, если бы последний не заговорил: —?Ну что ж, раз выдался такой случай, позвольте вас познакомить. Это мой… ?Коллега, знакомый, приятель, подельник, напарник, отец… Стоп, отец???— за одно мгновение пронеслись варианты в мыслях, но Лис мигом подхватил: —?Друг. —?Ах так, уже друг,?— со странной интонацией произнёс Эрик и улыбнулся Анжелине. —?Просто у нас сугубо деловые отношения. Не думал, что мы уже настолько сдружились. —?Позвольте представиться, Рауль Чалмерс,?— сказал Лис и подхватил руку Анжелины для галантного поцелуя. О’Грейди в этот момент растерял свою улыбчивость и впился в них взглядом, замерев в растерянности. —?Очень приятно, Анжелина,?— сказала она сладким тоном, от которого Эрика ещё больше пробрало, и даже с каким-то игривым удовольствием поймала его взгляд. —?Вот… мистер Чалмерс, старый чёрт, а мне даже своё имя по-человечески не назвал. —?Он усмехнулся с видом человека, скрывающего что-то за своей усмешкой. —?И какой идиот представляется Чёрным Лисом? —?А какой идиот называет себя Муравьём? —?с язвительной улыбкой?подмигнул тот. —?Лучше у Хэнка Пима спроси. Это мой официальный позывной, не я придумал, — раздражённо выпалил Эрик. —?Эрик, мой хороший, почему твои друзья залезают ко мне в квартиру через окна? —?осадила его Анжелина, мило улыбаясь. —?Уж какие есть… Просто Лис, то есть… Рауль большой оригинал, решил срезать путь. Дело в том,?— вдохновенно сказал он, найдясь наконец,?— что он специалист по охранным системам и сразу сообразил, что через дверь пройти будет затруднительно. Думаю, про случай с ограблением он узнал из новостей, очевидно, что ты с тех пор приняла необходимые меры для своей безопасности. —?Анжелина почему-то кивнула. —?А наше дело невероятно срочное, поэтому пришлось провернуть всё таким странным образом. —?Я просто не хотел беспокоить вас своим визитом,?— убедительно сказал Лис, всё это время косившийся в сторону Эрика. —?Мой друг мне кое-что задолжал. —?Он пихнул его локтем в бок. —?Да, задолжал,?— снова улыбнулся Эрик, однако в выражении глаз читалось: ?Ну ты и скотина?. —?Дело ведь срочное… Он взял свою сумку с вещами и поставил её на журнальный столик, а затем вытащил костюм. Покопавшись в карманах, он щёлкнул чем-то на поясе и достал оттуда маленький серебристый диск с красной сердцевиной. Его лицо приняло горестное выражение, и Эрик вложил этот диск в руку Лиса со словами: —?От сердца отрываю. Береги его, прошу. Рауль пригладил усы, украдкой улыбаясь, поблагодарил его, попрощался с Анжелиной и направился к окну. —?Может, лучше через дверь? —?усмехнулась она, поставив руки на пояс. —?Да… тоже можно,?— слегка замешкавшись, ответил Лис и снова сказал, пятясь к выходу:?— Всего хорошего. Было приятно познакомиться. Милая у вас квартирка… —?Я провожу,?— вызвался Эрик. —?Идите,?— кивнула Анжелина. На её лицо легла тень подозрения, чего он и опасался, поэтому принялся выдумывать причину появления Лиса, которая звучала бы понатуральнее. —?Ну ты драму развёл, артист,?— усмехнулся Рауль уже возле двери и шепнул:?— Хотя насчёт двери ты угадал: в системе её умного дома есть новая программа, которая автоматически сама впускает знакомых, если только этим не займётся хозяин, и сообщает ему о всех подозрительных визитах. Тебя, видимо, уже внесли в базу. Уж поверь, с этой штукой мне пришлось достаточно повозиться в прошлый раз. —?Иди уже,?— раздражённо прошипел Эрик. —?Если б не она, придушил бы тебя на месте. Теперь уже ты мне должен, понял? Дважды! —?Да не вопрос. Бывай! —?Кто этот Рауль? —?в лоб спросила Анжелина, как только Эрик вернулся в гостиную и едва не столкнулся с ней в дверях. Он нервно сглотнул и отвёл глаза. —?Я думаю, ты вряд ли хочешь это знать,?— тихо сказал он. Но Анжелина внезапно обрела твёрдость и злобно отчеканила: —?Живо признавайся, что это за тип! На лице Эрика отобразился испуг, и он ошарашенно посмотрел на неё. —?Хорошо, я всё скажу. Давай лучше присядем. —?Валяй! —?недовольно бросила она, садясь на диван. —?В общем, это весьма неприятная ситуация, и я надеялся, что пока обойдётся без таких внезапных разоблачений, но… Раз ты так настаиваешь,?— сказал Эрик, настороженно подняв взгляд, и вздохнул. —?Лис?— мой собутыльник. Там мутная история произошла, поэтому я не хотел сразу говорить. Анжелина усмехнулась и испытующе посмотрела на него, спросив: —?И что же такого ты ему задолжал? —?Квантовый дифракционный преобразователь барионов*, дорогая штуковина,?— вполне спокойно ответил он, почувствовав какое-то облегчение. —?Я оттягивал момент, как мог, но всё равно Лис припёрся без приглашения. Коллектора из себя изображает. Хотя это я сам ему обещал… М-да. Он просто развёл меня по пьяни с этим преобразователем, а теперь мой костюм все по запчастям разбирают! Докатился! —?раздосадованно воскликнул он, что даже изображать не пришлось?— положение и впрямь дурацкое. Немного помолчав, Анжелина всё же решила сменить гнев на милость. Хотя этот Рауль Чалмерс казался скользким типом, Эрик её вполне убедил в том, что влип сам и не желал визита такого ?друга?. —?Он меня везде найдёт,?— на всякий случай сказал О’Грейди, подкрепив замечание усталым вздохом. —?Даже не знаю, чутьё у него на меня, что ли? Он сперва осторожно взял Анжелину за руку и крепко стиснул её тонкие пальцы. —?Извини, что продолжил знакомство этим мелочным разочарованием, но ты сама настояла. Я хотел сделать это романтичной тайной, а вышло всё слишком прозаично. —?Уж лучше такая проза жизни, чем всякие сомнительные интрижки у меня под носом сразу после покушения на мою жизнь и моё имущество,?— уверенно, с ещё не угаснувшей ноткой озлобленности ответила она и выдернула руку из ладони Эрика. ?И снова можешь не благодарить, что практически всё это осталось у тебя,?— про себя сказал он с некоторым сожалением. —?Хотя ты и так не будешь этого делать?. К счастью, едва налаженный контакт не разорвался на следующий же день. Эрик быстро утомился, но всё же, бездумно валяясь на диване и пытаясь игнорировать проснувшееся гудение в голове, он направлял свои мысли на разрешение одного важного вопроса, который возник сразу после встречи с Пупером. Как будто сама собой сформулировалась идея насчёт того самого телепата?— Хайда, ведь к нему сводились многие ниточки дела, за которое так не хотелось браться. Он же сам прямым текстом тогда сказал, что апокалипсис случился из-за него, так почему же наконец не подумать об этом? Эрик обвинил себя в недогадливости?— всё же на поверхности, стоило лишь притормозить и поразмыслить чуть дольше одной секунды! Зачем дурацкие планы со звездолётами и побегами на другие планеты? Зачем попытка отвлечься на Лиса и его драгоценности? Зачем усложнять себе жизнь? Зачем всё время избегать ответственности и забрасывать из-за этого какие-то заоблачные планы, если в них нет ничего заоблачного? Нужно просто избавиться от Хайда в прошлом. Как в ?Терминаторе?. И ведь даже Томпсон его вспоминал! —?Гениально! —?язвительно сказал Эрик сам себе и накрыл голову подушкой. —?Какой же я дурак! Хайд, хоть и косвенно, но всё же виноват в уничтожении мира. Он же намекает на выход, который можно найти в прошлом. Он же даёт дурацкие советы по поиску истинокса. Он же говорит, что тому нужен телепат?— зачем? Он точно имеет свой план. Эрик вздохнул и резко сел. Всё ведь так просто! У него самого тоже должен быть план, как лёгким движением руки пресечь череду событий, которая приведёт к катастрофе. Главное, что время на это ещё есть, остался сущий пустяк?— сделать это. ?Ладно,?— подумал он, включая спутник и открывая окно диалога с Томпсоном,?— это какая-то ерунда, я с ней быстро разделаюсь. И без всяких истиноксов. А, собственно, с чего началась эта история?? ?Агент Томпсон, разрешите произвести запрос на получение информации из архива. Необходимы все сведения о сыворотке GH-325, какими может располагать агент данного уровня допуска. Вы?— оплот нашей вселенной. О’Грейди?.*** На базе ?Гидры? выдался спокойный день. Очередное удивительное событие в бесконечной череде таких чудес. Однако раньше подобные спокойные деньки были настоящей редкостью: можно было бы посчитать праздником те пару-тройку дней подряд, когда на них не нападали ни маститые команды могучих героев, ни супергерои-одиночки, наводящие порядок в малых масштабах или жаждущие мести, ни отряды безликих агентов каких-нибудь тайных организаций, в особенности ЩИТа. В такие периоды ?Гидру? всегда выручала живучесть, увековеченная в их знаменитом лозунге: ?Отрубишь одну голову?— на её месте вырастут две?. А сейчас, в этом мире, где некому было рубить эти мифические головы, не все сразу привыкли к настораживающей тишине. Планы ?Гидры? постепенно приводились в исполнение, и даже ЩИТ, увязавшийся за ними, но прибывший в этот мир гораздо позже, даже не торопился в гости с каким-нибудь штурмом. И всегда находился человек, не считавший спокойные дни такими уж спокойными, в основном по личным причинам. Этим человеком был Джек Остин. К слову, его волновали далеко не стремления родной организации к мировому порядку или такому же по масштабу хаосу, а собственная жизнь и собственная душа, потерявшая все эти идеалы после смерти. Однажды Джек и правда едва не лишился жизни. Это было во время одного из штурмов их базы в Коннектикуте, в своём мире, когда его тяжело ранили. Он был бы тогда даже рад умереть за ?Гидру?, но уцелевшее начальство в лице Теодора Джейкобса решило, что агент Остин нужнее ей именно живым. И с тех пор?— вечная слава сыворотке GH-325. И да будет она проклята… Джек понимал, что на кого попало такие вещи не разбазаривают, но в момент его клинической смерти в нём что-то как будто сломалось. Ещё бы?— вернуться с того света, да чтобы это на нём никак не отразилось! Он потерял доверие ко многому, потерял интерес к деятельности ?Гидры?, уже не рвался в бой, а просто выполнял свою работу. Хотя, несмотря на всё это, выполнял на совесть. Зато рвался кое-кто другой. Он понимал, что нужен Джейкобсу исключительно как хороший работник, знающий своё дело, и всегда давал то, что от него требуют. Стал молчалив и безынициативен, словно пытался всем доказать, что воскрешали его зря?— его место мог занять любой. А нормальные доверительные отношения он уже не мог установить ни с кем. Ни с кем, кроме одного человека, которого и человеком можно назвать лишь с большой натяжкой. Это было некое существо, невероятно похожее на человека, но зачастую ставящее себя много выше его. Он?— а это было именно он?— появился почти сразу после мнимой смерти Джека. Его появление, как и вся сущность, было окутано завесой тайны, он будто сохранял интригу, наслаждаясь метаниями и бессмысленными догадками Джека. Тот сомневался во всём и с каждым днём только больше укреплялся в своих сомнениях: он был спасителем и демоном-искусителем, отдельным существом и одновременно частью его сознания, он мог менять свой облик, но всегда придерживался одного образа. Доверие к нему было скорее вынужденным, потому что Джек понимал, что никуда от него не денется и скрывать что-то бессмысленно. Часто представлял, что Хайд?— именно так он назвал его?— это новая часть его же сознания, порождённая смертью и воскрешением, но легче от этого не становилось. Агент Остин бросил усталый взгляд на ряд мониторов, на которых отображался процесс сканирования баз данных и поиска нужных людей, который подчиняется специально составленному им же алгоритму. Всё шло довольно медленно, но и торопиться пока было некуда. Внезапно он почувствовал Хайда?— без причины закружилась голова. Такое часто случалось, когда тот некоторое время молчал и вообще не напоминал о себе, а потом внезапно пробуждался. И сразу за небольшим головокружением послышался голос, похожий на голос самого Джека: —?Вижу, скоро всё будет готово. Спустя секунду в его поле зрения начал сгущаться воздух, в синеватом свечении постепенно проявился силуэт, и Хайд явил себя воочию. Выглядел появившийся призрак точно так же, как сам Джек: крепкая, несколько приземистая фигура, круглое лицо с прямым носом и заметной вертикальной морщинкой между бровями, зачёсанные кверху, короткие светлые волосы. И только одно отличало двойника от оригинала?— глаза неестественно синего цвета, яркие и холодные, с вечным ехидным прищуром. Сам же Джек имел глаза невыразительного орехового цвета, их взгляд почти угас, и одной из немногих вещей, которые его оживляли, были безумства Хайда, за которыми он не мог следить без тайного интереса. —?Этот этап и правда скоро завершится. Но это же не весь наш план,?— спокойно сказал Остин, оправившись от резкого появления товарища. Хайд недовольно нахмурился. —?С каких это пор мой план ты называешь нашим? —?Он прищурил один глаз и внимательно взглянул на Джека. —?Я не ты, я даже не часть тебя. И перестань уже тешить себя мыслью о том, что я тебе не чужак именно поэтому. ?Прицепился. Такая мелочь!??— подумал Джек. Но все его мысли были как на ладони для Хайда, для этого пронырливого чертёнка, от которого не могли утаиться даже самые сокровенные тайны его разума. —?Ты же сам знаешь, что это совсем не мелочь, особенно для тебя. Джек будто хотел что-то сказать, но передумал, задушил даже мысль в себе, чтобы она не была услышана. —?Твой план,?— после небольшой паузы сказал он. —?Он сильно отличается от нашей ?Омеги?? —?Кардинально! —?хищно улыбнулся Хайд и указал на нашивку ?Гидры?, которая была на рукаве его призрачной униформы. —?Вам нужен тотальный контроль, обрести который помогут нелюди из нашего мира, оказавшиеся здесь. А мне кое-что совсем другое. Противоположное контролю. Однако методы его достижения у нас ой как похожи. Он загадочно помолчал и облетел вокруг Джека, глядя на мониторы. —?Ты сейчас думаешь, что неплохо было бы узнать о нём,?— продолжил он. —?А я думаю, что судьба должна учить человека одной простой вещи: не стоит заранее рассказывать о своих намерениях, если они могут кому-то не понравиться. Ведь тогда их запросто смогут?— вот сюрприз! —?разрушить. Как-то подавленно замолчав, Джек вздохнул. Много несправедливого виделось ему в том, что Хайд может запросто читать его мысли, при этом искусно скрывая ото всех свои собственные. Причём сокрытие он выносил напоказ, будто нарочно дразнил его. Возможно, во всём этом есть единственный плюс: не приходится озвучивать свои мысли, чтобы быть понятым, собеседник и так в курсе всего. —?Ха, несправедливо! —?усмехнулся Хайд. —?Дружок, ты забываешь, что мы с тобой априори не равны и не можем быть таковыми. Ты назвал меня Хайдом, наивно полагая, что я часть тебя. Возможно, даже самая худшая твоя сторона. В этом есть маленькая надежда на то, что себя-то можно хоть как-нибудь обуздать, спрятать, заткнуть. Но помни о том, что доктор Джекил плохо кончил, хотя его мистер Хайд был как раз сгустком пороков его же личности. Ты не доктор Джекил. Я не мистер Хайд. Всё намного запущеннее. —?Он снова прервался и не думал заканчивать мысль, оставляя Джека в томительном ожидании. ?Хватит строить бессмысленную интригу! —?услышал он в мыслях Остина. —?Как же ты мне надоел. Всё время пытаешься внушить мне свою таинственность, отговариваешь меня от моих же убеждений. Говоришь, что не имеешь ко мне никакого отношения…? —?Так перестань прятаться под моим лицом! —?внезапно воскликнул он. Хайд замер на мгновение, наслаждаясь его отчаянием, а затем вдохновенно прошептал: ?Вот оно!? —?Что тебе от меня нужно? —?прошептал Джек. Он в ответ лишь тихо засмеялся. А после продолжительной паузы всё же сказал: —?Мне нужно больше информации о том истиноксе. Можно ли на него выйти через каких-нибудь наших подопечных? —?Я поищу. Позже,?— буркнул Джек. ?А зачем это?— можно тебя даже не спрашивать?,?— продолжил он мысленно. Хайд кивнул.*** —?Директор Джейкобс, список ?Альфа? составлен,?— доложил Остин, войдя в комнату центра управления. Его взгляд наткнулся на статную фигуру Теодора Джейкобса, который стоял возле длинного стола и задумчиво смотрел на огромный экран напротив входа?— на нём высвечивалась неизменная эмблема ?Гидры? зловещего кровавого цвета. Услышав Джека, Тед обернулся и коротко кивнул. —?Отлично мы устроились?— список ?Альфа?, операция под кодовым названием ?Омега?,?— подал голос Хайд. —?Как будто у кого-то воображения совсем нет. Или перед вами стоит цель собрать греческий алфавит? ?Помолчи?,?— мысленно отчеканил Джек, чтобы не выдать себя перед директором. —?А если я не хочу? —?усмехнулся он и появился снова в виде синеглазого призрака-двойника. —?Отлично,?— сказал Тед, пригладив рукой зачёсанные назад каштановые волосы, и по-простому развёл руками, будто придавая обстановке дух неофициальности. —?И сколько их вышло? —?Тысяча сто пятьдесят восемь. Джейкобс проследил за его взглядом, который странно перемещался по залу и словно выслеживал видимую только ему цель. —?Что ж, их оказалось гораздо больше, чем бесследно исчезнувших людей из нашего мира. Ты сразу учитывал всех кровных родственников и потомков попаданцев, верно? Столько времени уже прошло здесь, подумать только… —?Так точно, сэр,?— на автомате отвечал Джек. Заметив, что директор приглядывается к нему, он опустил взгляд и постарался не обращать на Хайда внимание. Джейкобс после его слов будто потерял нить разговора?— такое часто теперь случалось при беседе с Остином. Одна ничего не значащая фраза, пара секунд тягостного молчания, и продолжать больше не хотелось даже несмотря на то, что можно было бы ещё многое выяснить. —?И что же ты замолк? —?ехидно протянул Хайд. —?Ты же просил об этом только меня, а сам, между прочим, явился к начальству с отчётом. Или тебе помочь? ?Обойдусь без твоей помощи?. Джек заложил руки за спину и замер, ожидая нового вопроса, но директор с этим не торопился и тоже ждал, когда тот заговорит сам. —?А если рассматривать немного с другой точки зрения, то это не такое уж большое число,?— не выдержал Тед. —?Вероятность обращения в нелюдей и без того низкая, ну, а в этом мире гены разбавились ещё больше, значит, меньше людей сможет получить способности. Возможно, стоит подумать над тем, как очистить кристаллы терригена, чтобы простые люди, не имеющие гена крии, остались в живых. ?Гидра? в любом случае сможет ими распорядиться. Джек кивнул, хмурясь на ехидно улыбающегося Хайда. Судя по всему, тот надумал оживить обстановку своим способом. Его полупрозрачная фигура приблизилась к Джейкобсу, а призрачная рука легла на плечо. —?Остин… —?вдруг сказал он, почувствовав холодок. В его голосе было что-то похожее на сожаление. —?Что с тобой стало? Ты же раньше был мне совсем как друг. Я хотел сохранить тебе жизнь! А теперь… —?Я так и знал, что он это скажет,?— усмехнулся Хайд. ?Ты его заставил! —?Снова Джек не стал озвучивать свои мысли. —?И зачем?? —?Ты думаешь, это забавная игра в чревовещателя? Тед, замерев на месте, продолжил: —?Я теперь вижу, что ты не ценишь подаренной тебе жизни. Мне было наплевать на то, что та сыворотка?— настоящий раритет, что она могла предназначаться кому-то более важному, чем ты! И чем ты за это платишь? Ты больше не предан ?Гидре??! Ты не веришь в наш потенциал? Что? В чём причина? —?распалился Джейкобс. —?Причина во мне, сэр,?— опустив голову, сказал Остин. Хотя был уверен в том, что разговаривает с Хайдом. Тот улыбнулся в своей издевательской манере: —?Джейкобс озвучил, что он на самом деле думает. Я лишь немного помог ему добраться до правды и ничего не стесняться. —?Тебе это с рук не сойдёт,?— озлобленно пробормотал Джек, спеша в серверную. Призрак Хайда следовал за ним. —?Он всё равно ничего не заметил. Знаешь, чужой разум?— такая тонкая штука, но я мастер своего дела. А тебе было неприятно это слышать, признай. ?Просто ужасно?. —?Бинго! Он остановился, как вкопанный, и впился взглядом в наглые синие глаза Хайда. —?Может, перестанешь меня уже изводить? —?прошипел он и стиснул зубы. —?Ха-ха! Наконец-то! А я уже начал думать, что тебя уже ничем не проймёшь! —?обрадованно воскликнул Хайд, но Джек не разделил его радости. —?Я же тебя спас. —?Спасибо,?— буркнул он и пошёл дальше, встретившись взглядом с двумя агентами. —?Без сарказма. Больше почтения ко мне! Хоть использовать сыворотку приказал Джейкобс, но знаешь ли, она состоит из моей крови и плоти. —?Хайд с большим удовольствием поймал живое удивление на лице Остина. —?Поэтому ты вынужден уживаться ещё и с моим разумом, который мне больше некуда пристроить. Иначе бы не было воскрешающей сыворотки. М-да… Я не об этом. Я спасаю тебя сейчас, даю тебе жизнь уже по-другому. Придя в себя после операции, ты всё равно остался безжизненной амёбой. Тебе было безразлично, что происходит с тобой и вокруг тебя, даже меня ты встретил неподобающе. —?Он укоряюще поцокал языком и наигранно нахмурился. —?А теперь я тебя расшевелил. Эмоциональные потрясения?— чем не способ выйти из состояния протухшего желе? ?Мне не нравятся твои способы?. —?Ой, простите! Негативные эмоции?— тоже эмоции, и я тебя наконец выбесил. Но не я виноват, что в жизни агента какой-то зловещей организации так мало позитива и так много скуки. ?А по-моему, как раз ты. Зачем меня вечно угнетать, если можно подбодрить?? —?А зачем подбодрять, если можно угнетать? —?хитро улыбнулся Хайд. —?Это тебя закаляет. —?Ты просто играешь на моих нервах! ?А может и сломить,?— голос Хайда теперь зазвучал в мыслях, более въедливо, более нахально. —?Ты не знаешь всей прелести игры на нервах. Это даже лучше, чем скрипка?— можно вызывать ярчайшие чувства у людей и без инструмента. Признаюсь, ты был настолько унылым и апатичным, что я начал думать?— проклятье, да он умер окончательно! Но пока ты способен хоть что-то чувствовать, пока в тебе шевелится самая вялая эмоция, ты будешь жить. Так что никуда ты от меня теперь не денешься?. Хайд замолчал. Он долгое время истязал Джека, много воды утекло с поры их соединения. Но напоминания о сыворотке порой задевали его самого. Он задумывался о своей прежней жизни, которая была упущена навсегда, о том, что единственная попытка вырваться из плена обстоятельств и всяких жалких личностей привела его в другой плен. Это плен бессмертия, плен вечного скитания и наиболее унизительный плен чужого тела. Джек Остин был не единственным?— многие секретные агенты, которых возвращали к жизни посредством сыворотки, подвергались его соседству, которое протекало по-разному. Но когда-то этому должен был прийти конец. ?Хранилище уничтожено**,?— думал Хайд, отдыхая в закоулках чужого разума и позволив Джеку заняться своими делами,?— остатки моего тела и огромные дозы полученной сыворотки тоже. Спасибо Филу Колсону… Но в руках ?Гидры? осталась последняя, и я надеюсь, что она либо сгинет, либо попадёт в руки отличного человека. На нём-то я и отыграюсь?. Вопрос будущего последней ампулы с сывороткой пока волновал его больше всего остального. Решать его самостоятельно не хотелось, хотя Хайд мог с лёгкостью от неё избавиться или же отдать её нужному человеку?— вопрос только в том, какой вариант обернётся большей выгодой для него. И помочь с этой проблемой должен был истинокс.*** Распластавшись на кровати своей отсутствующей хозяйки, Пупер лениво мял в лапе фантик от последней конфеты, которой его угостил Эрик. Яркий луч заходящего солнца попал ему в глаз, и он неохотно заслонился лежащей рядом подушкой. —?Поля! У нас осталось хоть чуть-чуть сладенького? —?простонал истинокс. Через несколько секунд, скрипя деталями, в дверном проёме нарисовался робот и недовольно изрёк: —?Ты же сам всё слопал на второй день. —?Так в чём проблема в магазин смотаться или заказать доставку? —?воскликнул Пупер. —?Я так не могу уже! —?Я пирожки почти каждый день пеку. Что тебя не устраивает? —?Да твоим пирожкам место на помойке! И что это вообще такое?— покушение на великого меня?! —?разбушевался Пупер, вскочив на спинку кресла. —?Как только Алиска улетела на свою Пенелопу, ты начал меня всякой отравой пичкать. Поля обиделся и схватился за пылесос. —?Ах так, глупое животное! Да я почти неделю тебе угождаю, готовлю для тебя одного, пока дома никого нет. —?Он подкатил к истиноксу и нахмурился, угрожающе выставив пылесос вперёд. Пупер вскрикнул и бросился улепётывать по комнате, спотыкаясь о разбросанные вещи. —?Ааа! Не трогай суперистинокса! Жестянка! Спасите! Мир ещё нуждается во мне! Поля для приличия сделал вид, что догоняет его,?— надо же припугнуть зажравшегося зверька. Но последние слова заставили его остановиться. —?Во-от! —?протянул Пупер. —?А ты ещё хочешь меня на начинку для своих пирожков пустить. Теперь я уже подумываю, что мне лучше свалить к тому, кому я действительно нужен. —?Куда это ты собрался? —?Да хотя бы к этому рыжему… Как его? К Эрику! Вот! У него хотя бы конфеты есть. И всякие подозрительные личности в голове, но он всё равно поадекватнее тебя будет. —?Не он ли тебя за уши оттрепал? —?ехидно напомнил Поля. —?Можно считать, что я забыл это досадное недоразумение. Он же быстро понял, как вести себя с настоящим оракулом,?— деловито парировал Пупер. —?И вообще, думаешь, зря он ко мне припёрся за своим будущим? Я ему нужен. А ты меня уже достал. Так что выбор очевиден! —?Ну и куда ты сейчас пойдёшь на ночь глядя? —?немного обиженно спросил Поля. —?Так и быть потерплю тебя ещё одну ночку,?— снисходительно, будто это он позволяет Поле остаться дома, сказал истинокс. —?А потом прощай до тех пор, пока Алиска не вернётся. Предательница,?— буркнул он себе под нос. —?Тоже мне, ?с животными нельзя?! То, что поездка школьная, ещё не значит, что можно меня вот так бессовестно бросать на растерзание всяким сумасшедшим домашним роботам. —?Я всё слышал. —?Я знаю! Потому что я это достаточно громко сказал! —?нетерпеливо выкрикнул Пупер и швырнул в уезжающего Полю плюшевым медвежонком. —?Ни от кого не добьёшься ни тепла, ни ласки,?— ворчал Пуперок, от бессонницы лазая под кроватью в надежде найти хоть какую-то завалявшуюся вкусняшку. —?И голодом морят, как назло. Эх. Он вылез, отряхнулся от пыли и пару раз чихнул. В комнате темно, только сквозь тучи пробивается тусклый лунный свет. Пуперу захотелось повыть даже на такую луну, но он сразу отбросил эту идею. Он же цивилизованный истинокс. ?Так, первый раз кому-то действительно нужно предсказание от меня. Алиска с сочинениями не в счёт,?— задумался он, развалившись прямо на полу и глядя в потолок. —?И ещё какой-то телепат нарисовался… Зачем он мне нужен?? Пупер вспомнил, как он однажды взялся за детективное расследование и преуспел в этом деле. Почему бы не заняться этой загадкой? Может, тогда он даже найдёт способ вернуть себе дар предсказания и хоть как-нибудь разнообразит себе жизнь, пока все его друзья, эти жалкие людишки, бросившие его на произвол судьбы, путешествуют в своё удовольствие. И как-то кстати припомнились слова про спасение мира. —?А это уже интересно,?— хитро улыбнулся темноте Пупер, почему-то сразу представив свою минуту славы. —?Ну что, величайший герой Земли, жди меня!