Глава 7. "Я вернусь, обещаю" (1/1)

Войдя в квартиру, я громко стукнула дверью.—?Не ломай дверь! Входи нормально!—?Здравствуй, мамочка! —?Съязвила я, быстро разулась и прошла к себе в комнату.Когда я вошла, то увидела на своей кровати чемодан, в котором лежала половина моего гардероба. Вслед за мной в комнату вошла мать.—?Я тут тебе собрала вещи, ты посмотри, какие ты не хочешь брать, но тёплые вещи возьми обязательно.—?Спасибо, мамуль! —?я обняла женщину и не смогла удержаться, чтобы не заплакать на её плече. —?Я так не хочу уезжать от тебя!—?Да что ты, Анюта, цветочек мой, ты же едешь не на всю жизнь туда! Будешь приезжать на каникулы, тем более, я буду звонить тебе.—?Мам, давай лучше я буду тебе звонить, а лучше писать, а?—?Хорошо, давай так, только не плачь, солнышко, а то я тоже заплачу!—?Да.- Тихо сказала я, продолжая обнимать маму. Всхлипнув, я ещё сильнее прижалась к ней. —?Мам, я люблю тебя, мамочка!—?А я тебя люблю, Анечка! Переставай плакать, я приготовила ужин, пойдём: посидим, поедим, поболтаем.—?Хорошо. —?Я отпустила маму. —?Тогда, я сейчас переоденусь и приду.—?А я пойду накрывать на стол. —?Мама вышла из комнаты.Так сильно я никогда не чувствовала нашу с ней связь, как сегодня. Когда я от неё уезжаю. Может, навсегда. На кого я её оставлю?Я села за рабочий стол, стоящий напротив окна и смотрела на письмо, которое оставила с того утра, как его нашла, на стопке тетрадей.—?Вот чёрт! А если б мама прочитала?! Сжечь надо. Сжечь и не подавать виду! —?Я быстро схватила маленький конверт и спрятала в передний карман чемодана. —?Как будет возможность.Переодевшись, я вышла в гостиную. Двери, разделяющей кухню и гостиную, не было, поэтому по квартире разносился приятный запах свежеприготовленного борща и чего-то жареного. Я прошла на кухню и села за накрытый к ужину стол.—?Отлично, суп горяченький, тебе сколько налить? —?Матушка крутилась возле плиты.—?Давай один половник. Я хочу всего попробовать.—?Ты моя сладкая! Я как раз в Крыму научилась готовить мясо прожарки медиум, а ты оценишь?— получилось или нет.—?Ага. —?Мама поставила передо мной тарелку ароматного борща. Сейчас для меня он пах в тысячу раз вкуснее и сам он был вкуснее. Ведь это, скорее всего, последний мамин борщ, который я ем. Да и после недели на простом бульоне с гренками?— это пища богов! Запустив ложку в тарелку, я с радостью зачерпнула гущу и быстро её поглотила. Не успела мама сесть за своё место, как моя тарелка опустела. —?Вкуснятина!—?Ну ты даешь! Ты что, ничего не ела за неделю? Я же тебе наварила всего!—?Ну я съела щи и гречку еще в начале недели. А так, готовить лень было. Вот я и… —?Я замялась. Не умею я врать. —?Мам, а я сегодня с мальчиком познакомилась.—?Да? А он старше тебя? Брюнет? Мускулистый или так, на любителя?—?Мама! —?Возмутилась я. —?Давай не так сразу?—?Ну ладно-ладно. И спросить ничего нельзя. —?Буркнула женщина, опустив взгляд на тарелку. Мне даже стало стыдно за свою резкость.—?Извини, пожалуйста. Он чуть старше. Лицо красивое, даже очень. Знаешь, глаза такие,?— Я пыталась подобрать подходящее слово. —?Как будто два оливина! Такие веселые глаза, я даже не могла взгляд отвести. Он меня на лодке катал, представляешь? А ещё,?— Тут я замолчала. —?Он пригласил меня в Пушкинский, только я отказала.—?Ну и правильно сделала! Нельзя сразу соглашаться на все предложения парней! А то так и до постели на первом свидании дойдёт!-Мам! Я. Ты. Ты что говоришь?! Я же не девка с трассы! —?У меня чуть не отпала челюсть от такого поворота.—?Вот и не веди себя как девка с трассы! А то подумает парень, что ты легкодоступная.—?А я и не веду. —?Я не решилась говорить матери об обмене телефонами, а то подумает еще, что он маньяк- педофил, который будет звонить по ночам.—?Так,?— Мама, опустошив свою тарелку, схватила мою, встала и прошла к плите. —?Мясо не жирное, ты вроде такое любишь. Мне сказали, что такое мясо хорошо с гранатовым соусом, я его еще там купила, в Ялте. Он на створке в холодильнике, хочешь?—?Я сама достану.Покончив с мясом, которое маме действительно удалось, я поблагодарила её.—?Спасибо. Мам, а из школы дело мне когда забирать?—?А его не надо забирать, мне звонили уже, все документы передали твоему куратору.—?Кому? —?Я опешила.—?Гансу, он, ведь, будет твоим куратором. Только не говори, что ты не знала.—?Аааа,?— Протянула я. Ну да, кому же еще? —?Да, я забыла, прости.—?Иди, собирай вещи, а я помою посуду.—?Спасибо. —?Я подошла и поцеловала маму в щеку. Та заметно удивилась.—?Да не за что.- Медленно протянула мать.Чтобы женщина не задавала много вопросов, я быстро ускользнула в комнату. Хотелось плакать. Да так хотелось, что ничего не оставалось, как подойти к своему любимому эркеру и тихо захлюпать.Страх обуял меня, я вновь осознала, что это всё не сон, не сказка. Я добровольно отказываюсь от всего, что мне предлагали в этой жизни. Именно сейчас я поняла, что отказываюсь от этого навсегда. И ничего не смогу вернуть. Странно, но когда Граф стоял рядом, я забывала о привязанности к дому и не думала о том, что это все правда, тяжелая правда. Что я отказываюсь от семьи, от друзей, от Москвы и от солнечного света. Рядом с ним я была словно другая. Словно моё подсознание вырывалось наружу, а сама я смотрела на всё как на спектакль в театре, думая, что на утро проснусь и забуду о прожитом, как о страшном сне. Но это не спектакль, это реальная жизнь, и я серьёзно ответила ?да?! И теперь дороги назад нет. Теперь остается плыть по течению. Ведь меня уже дважды спрашивали, хочу ли я?Странный какой-то Бал. И Граф странный. Если ему необходима кровь, так что же он сразу меня не загрыз? А зачем тогда он следил за мной с детства? Маньяк какой-то: наблюдал за жертвой с её рождения! Но он смотрел на меня, так надеясь на понимание, а может, на сострадание? Разве так на жертву смотрят? Пусть его холодный взгляд не выдавал ни одной его эмоции, пусть говорят, что у вампиров нет души, но я увидела, я разглядела в этой пустоте проблески чего-то светлого, не свойственного бездушным чудовищам.Тут на кровати завибрировал телефон, а на экране высветился неизвестный номер.—?Сашка! —?Я ответила на звонок. —?Здравствуй!—?Привет, принцесска! Как ты? Ты нормально доехала?—?Да, спасибо, а ты? Ты успел?—?Куда успел? —?В трубке замолчали. —?Аааа, да, успел.—?А куда ты спешил, если не секрет?—?Да я с отцом договорился встретиться и только к вечеру вспомнил об этом.—?Понятно. —?Опять воцарилось молчание. —?А чем ты сейчас занят?—?Я, не поверишь, стихи пишу.—?Правда что ли? А чего же отвлёкся на звонок?—?Да вот, муза пришла, и стал листки чернить. Но что-то я ей надоел, и она сбежала. Я гнался за ней, гнался, но она испарилась, и всё. И тут я вспомнил о тебе, может, ты побудешь сегодня моей музой? У тебя ведь хорошо получается стихи писать.—?Ну,?— Я улыбнулась. —?Давай попробуем.—?Давай. Вот послушай, как тебе? —?В трубке послышалось шуршание бумаги. Когда всё стихло, Саша вновь заговорил, его голос звучал тихо и приятно-мягко.?—Она таинственна и сладостно-чиста,Как будто лебедем когда-то рождена?—Шла по земле, а наяву плыла.И тонким миром внутренним слыла.Когда увидел её в первый раз,То в сердце что-то ёкнуло тот час.Небесный ангел шёл навстречу мне?—Таких красот не видел и во сне.С ней не сравнится ни одна богиня!Своё забыл при ней я имя!И шёлк волос и царственная стать. Тут стих резко оборвался.—?А вот дальше я не могу придумать! Помоги закончить?Я так заслушалась, что не сразу поняла, что ко мне обратились.—?А?—?Я говорю: помоги мне закончить стих?—?Так. И шелк волос и царственная стать,?— Повторила я последнюю строчку.—?И нежной кожи розовая гладь.Все в ней прекрасно, руки, плечи и уста.Но вот душа её пуста,Задором яркой жизни не полна.Тут Саша подхватил.—?На помощь ей приду тогдаИ мир украшу лентами добра.Лишь для нее, неё однойЯ в Ад иль Рай ступлю ногой,Чтоб на лице её улыбка расцвелаКогда увидела цветы мои она. —?Наступило молчание. Но, спустя миг, Саша продолжил говорить в трубку. —?А у нас классный дуэт вышел, принцесска! Всегда хотел написать хоть один любовный стих. И вот, благодаря тебе, появилось желание написать. Спасибо!—?Да не за что.Весь оставшийся вечер мы проболтали с Сашей о всём, чём только можно. На часах уже было 23.45, когда Саша пожелал мне спокойной ночи.—?Ань, не грусти, завтра поедешь в аэропорт, взлетишь в самолёте, и мы будем внизу такие мааааленькие для тебя.—?Саш, давай тогда переписываться?—?Хорошо, давай.—?Только я буду писать печатные письма, ты не поймешь, просто мне так будет проще. —?Знал бы он, что и это будет для меня непросто.—?Ну,?— Саша, видимо, недоумевал. —?Хорошо, запиши тогда почтовый адрес.Саша продиктовал мне цифры, и я быстро записала их на листе бумаги.—?Тогда я, как приеду туда, напишу письмо, и ты узнаешь обратный адрес.—?А теперь ложись спать, у тебя завтра тяжёлый денек будет.—?Спокойной ночи!—?Сладких снов, принцесска! —?В телефонной трубке раздались гудки.Поставив телефон на зарядку, я вышла в гостиную. Мама лежала на диване, прикрытая пледом и мирно спала. Не решившись её будить, я юркнула обратно в комнату и легла под одеяло.Впервые за последние дни меня не тревожили мысли, и я быстро уснула.***—?Мааам, а где мои сапоги коричневые? —?Я сидела в коридоре и перебирала полку в шкафу, где стояла вся осенняя обувь.—?Ань, они же прохудились, я их убрала на верхнюю полку! Ты что, хочешь их с собой взять? —?Мама кричала из гостиной.—?И ничего они не прохудились! Ну, набойка стёрлась немного, им еще жить да жить!—?Ань, у тебя есть хорошие черные сапожки, я их тебе из Швейцарии привезла.—?А я те хочу взять, я их люблю! Они очень удобные! –Я полезла на верхнюю полку, где стояла большая коробка с обувкой. Смачно чихнув от пыли, я достала из коробки сапоги и опустилась на пол. —?Мои хорошие! Ни за что вас не выкину!В коридор вошла мама.—?Ань, ты едешь в Европу! В Германию, Ань! И хочешь там ходить в такой кошмаре? —?Мама указала на сапоги.—?Да, хочу! Они мои любимые! Вот приеду, куплю там хорошие, на них похожие, а пока буду в этих ходить! Всё, я их беру!—?Ладно, но выкинешь их, как только нормальные купишь.—?Да, да, да! Мам, который час?—?Шесть?— сорок пять. Давай быстрее закидывай их в чемодан и одевайся. Такси приедет в восемь.—?Тебе звонили? —?Но мама уже не услышала вопроса и ушла обратно в гостиную. Странно как-то, она всё знает, но не говорит, откуда. Мало того, что она весь день ходила и напоминала, чтобы я не брала учебники и книги (которые я всё-таки запихнула), так еще говорила про такси, которое должно приехать вечером. А я ни слухом, ни духом!Быстро скинув все оставшиеся вещи, я переоделась в дорожные джинсы и майку и присела за рабочий стол.—?Прощай, вряд ли я уже за тебя сяду.—?Аня, выползай в коридор! —?Раздался голос матери за дверью.—?Иду. —?Я томно вздохнула и встала.Взяв чемодан и отнеся его к двери, я села на него. Мама присела рядом на скамейку для переодеваний.—?Ну, что ж. Вот ты и едешь. Не забывай звонить мне, Анют. Я же скучать буду! -Я встала с чемодана и обняла плачущую маму.—?Мамуль, ну не плачь, я обещаю: я вернусь, и мы обязательно сходим с тобой куда-то, отметим моё возвращение и заживем нашей с тобой привычной жизнью! Только не плачь, мамуль!—?Хорошо, не буду. Только не забывай обо мне, Анют.В дверь позвонили. Мама открыла дверь, за ней стоял мужичок невысокого роста, одетый так, как представляют все в голове таксистов: кожаная коричневая куртка, светлая мятая рубашка, на голове менингитка черного цвета.—?Я к восьми должен был приехать, но пораньше освободился. Я могу брать вещи и нести в машину?—?Да, забирайте. —?Я указала на чемодан.Закрыв дверь, мы спустились вниз к машине. Седан среднего класса, а что еще нужно для одной меня?—?Ну вот и всё. Я поехала. —?Обняв маму еще раз, я прошептала ей на ухо. —?Я вернусь, ты глазом моргнуть не успеешь. Обещаю.Мама не смогла сдержать слёз, пока я садилась в автомобиль. Только мы тронулись, я посмотрела в заднее стекло на удаляющийся силуэт матери. Та махала рукой мне вслед и плакала. От этой грустной картины на моих глазах тоже проступили слёзы. Тяжело было говорить маме слова, в которые сама с трудом верила, но я понимала, что обратного пути нет, и остаётся только утереть слёзы и ехать навстречу новой жизни.—?В аэропорт? —?Удостоверился водитель.—?В аэропорт. —?Со вздохом повторила я.