Глава 22. Арка: Секрет Волшебства (2/2)

Я вышел из Зоны, где просмотрел свои воспоминания по Братству, и поглядел на собравшихся. Дамблдор игриво посматривал на меня, явно намекая, что Фаджа здесь не стоит воспринимать всерьёз. Фадж же раздулся и казалось сейчас лопнет, как он с такой массой и сердцем живёт? Фадж привстал, улыбнулся, чтобы меня поприветствовать.

— А! Я вспомнил этого мудака, из-за этого же уёбка, дедушка, меня к маглам отправили? Фадж побагровел и чуть на автомате не скривился, но всё же нашел в себе силы улыбнуться. Дамблдор своим видом показывал, что я всё правильно понял.

— Как его там? А, точно, мистер Фарт*! — я щёлкнул пальцами, ткнул пальцем в толстяка и проигнорировав протянутую руку, сел в кресло, которое приготовил Дамблдор для меня. Кресло стояло совсем впритык к столу Дамблдора, в то время как кресло министра было в отдалении. Явно показывая, кто и над кем сейчас будет измываться.

— Я пришёл сюда не ради ваших дурацких шуток, а чтобы вы приструнили своего мальчика, Альбус!— Гарри! — сердито качая головой и улыбаясь в бороду сказал Дамблдор. — Это министр Магии мистер Фадж, а не Фарт, что бы о нём не писали газеты. И ты правильно отметил, что он виноват в твоем несчастном детстве... после Волдеморта, конечно.— Что за фарс вы здесь устраиваете, вы оба отлично знаете, зачем я здесь! — перешёл на крик министр, вскочив со своего кресла, ещё и руками махать начал.— Да, мистер Фарт...— ФАДЖ!!! Я Фадж, ты отродье! И если ты сейчас же не прекратишь свою клоунаду, тебя ждут страшные последствия. — орал министр и тыкал в меня угрожающе пальцем. Я поглядел на свой счётчик Морали, даже добавилось пару единиц, как интересно. Вот вроде целый министр Магии — глава волшебного правительства Британии, наделенный исполнительной властью и не последний человек. А в моих глазах выглядит разодетым клоуном и не страшнее пятикурсника с гриффиндора. А пятикурсник, хочу отметить, может на тролля болотного сходить в одно рыло. Если верить леди Рейвенкло, которая сейчас ходит по кабинету.— О, мистер... — хотел я отпустить очередную шпильку.— Вы должны простить Гарри, — перебил меня Дамблдор. — У него сейчас этот его ужасный период, который наступает в жизни любого мальчика.— Ага, девочки не дают. — закивал я головой и прикрыв глаза, закинул ногу на ногу. — Вот и самоутверждаюсь по всякому. Фадж подавился всем, что хотел сказать и сейчас медленно выдувал из себя воздух.— Гарри, как это тебе, да девочки не дают? Быть не может. — не веря моим словам, развёл руки в сторону Дамблдор.— Вот так вот, спать не дают, вы только поглядите. Я достал фотографию из раздевалки своей волейбольной команды, прямо в процессе, так сказать. И всучил фотографию Фаджу, который раскраснелся ещё больше, а Дамблдор, пока тот отвлёкся, незаметно приклеил чарами к его пальцам фотографию.

— Вот, как после такого спать? — спросил я директора, упёршись плечами на его стол.— Снимите с меня эту фотографию, что вы оба себе позволяете?— Дедушка, а разве это не одна из тряпичных кукол на руку, которой ты играешься? Чего он тут орёт, словно он министр Магии?— Гарри, что ты, мальчик мой, какая политическая пешка, я же скромный директор небольшой школы волшебства... В общем, такого темпа министр Фадж выдержал ещё пару минут, потом его вырвало и он потерял сознание. Судя по показаниям Тринити у него осталось меньше тридцати процентов Морали. А что поделать? Мы с Дамблдором его на целых два ранга старше по Силе Личности, у обоих высокая Демагогия, а у Фаджа всего цэшка в Самообладании. Вот и допрыгался, его спасала мадам Помфри, а потом отправили в Мунго, нервы подлечить.

Я следом отправил главному врачу упаковку таблеток с обезболивающим зельем и намекнул, что могу поделиться секретом, если Фадж у него задержится подольше, желательно в изоляции. А то вдруг на него кто-то чихнул по дороге и он подцепил какую-то пиздецому.

Заодно поглядим насколько рынок зелий заинтересован в таблетках, а то если я будут ритуалами заряжать воду, меня могут грохнуть, как минимум попробовать. А вот таблетки — это прорыв и всё даже ?честно?. Вывалить секрет всех зелий я не смогу, секрет зарядки по подобию не буду выдавать, вообще. Так что пару видов таблеток в год обеспечат мне солидный прирост средств. Только надо рынок прощупать для начала, так что явно не сейчас, сейчас надо стабилизировать Братство и ящики Билла пустить в массовую продажу. А то дяде Мартину не терпится пустить телевещание на всю Волшебную Британию. Конечно, меня Дамблдор оставил у себя в кабинете и выдал отгул на вечерние уроки. После чего мы сели серьезно поговорить о братстве, в первую очередь о моей политической позиции и обо всей истинной подоплёки вокруг братства. А то вдруг я один из мифических спящих!

Спящие были одной из теорий заговора, которой любили пугать капиталисты своих деток. Суть такова: злобные советы похищают детей, гипнотизируют их, возвращают родителям, дети вырастают, добиваются успеха, входят в верхушку власти. А потом агент КГБ произносит кодовое слово и настоящая личность пробуждается. И такой спящий, дорвавшийся до власти, начинает шатать капиталистический мир и строить проклятущий социализм. И об этом на полном серьезе пишет западная пресса, обычная, не волшебная, волшебникам до спящих нет никакого дела. А меня потом спрашивают, почему я читаю советские газеты, там такой пурги нет, там даже про НЛО ничего не пишут, и это в эпоху бума на инопланетных визитёров.

Дамблдор очень внимательно выслушал мой план и как я пришёл к жизни такой. Я сделал упор на меркантильную составляющую, даже расчёты мистера Терренса показал. Типа полно рабочей силы, а никто правильный менеджмент не устроит из-за предрассудков. Особо не сдавал всех, кто стоит в управлении братства и как там всё организовано, сославшись, что просто профинансировал затею. Опустил ещё немного деталей, которые я не готов сообщить Дамблдору, например, про Ад, и раздачу земли там. Дедушка наверняка себе дачу захочет и пошлёт Хафлпафф строить. А вот про то, что давно и плодотворно навожу мосты с Союзом рассказал.

На удивление, Дамблдор одобрил мое начинание и мы обсудили сотрудничество его и коалиции с братством. А заодно, как расширить братство за счёт вернувшихся, грязнокровок и маггловоспитанных волшебников. Грязнокровок решили не брать, так как они опасны для себя и окружающих. А вот с магловоспитанными уже работают, я сдавал второй этаж адвокатской конторы в Хогсмиде клубу, который занимался интеграцией всех волшебников из семей маглов. Гоблины им помогали по мере сил, объясняя некоторые реалии Волшебного Мира, в первую очередь, что там нет розовых фей, исполняющих желания.

И как-то так завязался разговор, что зацепился за простое противоречие. Если я всё делаю правильно в концепции Общего Блага, то какого хуя, Дамблдор до сих пор ничего не сделал!? Ответ оказался примитивен и прост для капиталистического мира — деньги. Позволить такое себе могли только четыре семьи: Уизли, Блэки, Поттеры и МакГонагаллы. МакГонагаллы слишком консервативным, чтобы понимать выгоду создания среднего класса. Дом Блэк сейчас был не в лучшем состоянии. А клан Уизли сидел и не пердел у себя в Ирландии, делая вид, что их ничего не касается, кроме их бизнеса.— Всё равно не понимаю, Джеймс переводил на ваш Орден столько денег, что будь он жив, я бы сделал себя сиротой.— Гарри, я клянусь перед лицом Магии, что Джеймс дал мне всего тысячу, — сообщил Дамблдор опешив. — И то в кредит, и я до последнего кната всё ему вернул, пока он был жив. Флимонт однажды дал три сотни галлеонов на безвозмездной основе. И всё, я ни разу не касался денег Поттеров.— Ну куда тогда Джеймс девал такие суммы?— Куда бы он не девал, именно это послужило поводом заморозить счета Поттеров.— Почему тогда меня не заморозят?— Гарри, Гарри, — покачал Дамблдор своей бородой и отпил чая. — Какой же ты ещё юный, ты не тратишь, ты вкладываешь, судя по довольным мордам гоблинов, очень даже грамотно. Я кивнул, но всё равно мне не давало покоя разграбление сейфов и то, что кто-то смог их закрыть. А ещё непонятно было почему мне так доверяли гоблины, неужели они поверили в рекламную кампанию?

Мы опять проговорили до самого утра, так что идти спать было уже поздно, а идти завтракать рано, я пошёл туда, куда и собирался. К дому лесника.

Мистер Хагрид колол дрова, разламывая их тяжелым колуном, который в обычных руках выглядел бы, как двуручная секира.

— Доброе утро, мистер Хагрид! Нынче оно славное. Полувеликан остановился и оглянулся на меня.

— Мист... то бишь, Харри! А чо энто ты тут делаешь? Тута опасно ходить одному, вдруг кака тварь из лесу выскочить удумает?— Так я не один.— Мало! — заявил Бегемот, который вынырнул из-за спины.— Правда! — заявил Хугин, садясь мне на плечо. В это время раздался в лесу выстрел.

— Да и месье Ботте решил сходить на куропаток поохотиться. Так что я никогда один не хожу по-настоящему. — сообщил я, косясь на леди Рейвенкло, которая сейчас рассматривала огороды.— Всё одно, Харри, делать тут нечего, дрова я сам нарублю, по огороду мне барсуки помогают, в лес я со львятами хожу, лети к себе в гнёздышко.— Мне тут сказали, что вы были близким другом моим родителям, хотелось бы узнать о них, вдруг чего интересного расскажите. — стал я ходить вокруг великана и пытаться заглянуть в его тёмные глазки-бусинки.— Брыхня, Харви, откуда мне-то их знать.— Я про Лили Эванс и Джеймс Поттера, а не Дженнингсах.— Дыг, и я о них же, Лили работала с зельями для Ордена, а Джеймс в основном разведка и диверсии. Я же больше с Грюмом на передовой, аль какая тварь встретится.— Может историй у вас полно и хоть что-то расскажете. Вы не подумайте, я с гостинцами пришёл, чая принёс, вы же слышали какой он замечательный у меня? — я достал из кармана мешочек с чаем и улыбнулся.— Хари, у меня полно дел, с утра переделать добреча надобно, а ты со своим... Здоровяк настойчиво не хотел меня пускать, а меня это раздражало. Я продолжал улыбаться и достал из другого кармана бутылочку рома на две пинты, чёрного. Хагрид жадно поглядел на бутылку и облизнулся.

— Согласен, чай у тебя отменный, пойдём, тяпнем. Избушка у Хагрида была просто великолепной и я понимал, чего он меня гнал, тут столько всякого было, за что можно было посадить. Я уже представил себе, как во время второй книги прибывает следак и заходит случайно в хижину Хагрида допросить, а тут такой Клондайк. Черноцвет сушится, мёртвая трава маринуется в зелье, огнеягоды, судя по запаху, в чанах стоят, на стене куча рогов редких зверей, так ещё волос единорога развешен. Волос вообще надо сдавать, а он его продаёт. Тут и без всякого незарегистрированного теневого мастиффа хватит на два срока в Азкабан. И это без вскрытия подвала, где наверняка что поинтересней есть. И могу поспорить, что у лесника по лесу есть нычки с кубышками.

Хагрид очень испуганно оглядел свою хижину и оценивающе поглядел на мою улыбочку.

— Харри, мы же с тобой друзья, да?— Если мистер Дамблдор в доле, то да.— Харри, профессор Дамблдор, ты же воспитанный орлёнок.— Профессор — это Альбус Дамблдор, а Аберфорт Дамблдор — мистер.— Ааа! — открыл широко рот Хагрид, до него начало доходить. — Так я через Аба и продаю всё, что в лесу найду. Я поглядел на огромный лук у двери и скорчив ехидную улыбку, приподняв бровь, поглядел на Хагрида.

— Ну или, что забраконьерю. — сообщил Хагрид, ставя на огонь чайник.— Правда! — заявил ворон, внимательно изучив великана. Я тем временем, пока хозяин хижины ищет посуду, выставил ром, сверток с чаем, постучал по дереву вызывая главного эльфа. Епископ явился незамедлительно.

— Организуйте сюда одного эльфа, ваше преосвященство, чтобы по зову всё лишнее убирал из хижины в хранилище и обратно потом выставлял. — я указал на Хагрида кивком. — Этот молодой человек будет звать и всё покажет. И ничего не присваивайте для меня, ясно? Я погрозил кулаком ушастому, а то они вечно норовят найти вещи, которые я ?потерял?, один раз даже женские колготки нашли для меня. Я их сжёг, даже не спрашивая чьи, а то если окажутся от Пэнси, можно будет переезжать в иной мир.

— Будет исполнено, милорд! — епископ, или кто там он у них, поклонился и с хлопком исчез.— Спасибо, Гарри. — оценил жест Хагрид и стал выставлять посуду на стол.— Не стоит, профессор, мы же с вами друзья.— Харри, да какой я профессор, да и мистер из меня никакой. Зови, как и все, Хагридом! Я налил в кружку рома не жалея, насыпал в заварник чая и осмотрел хижину ещё раз.

— Слушайте, Хагрид, а у вас здесь что, МИ5 прослушку поставила?— Нет, тут и электричества нет.— Ложь! — заявил Мунин.— Есть здесь дизельный генератор, мне иногда надо, радио послушать, стиралку запустить. Но прослушки нет.— Правда.— Может Министерство за вами ритуалом каким следит?— Нет, не знаю чего такого.— Так может, этот ваш, — я ткнул в зверушку волшебную пальцем. — Агент КГБ в своей тотемной форме? Мастифф заскулил и пошёл к своему хозяину.

— Нет, обычная псина...— Ло-о-о-жь...— Ладно, волшебная собачка, я её вот такой подобрал, вырастил.— Правда.— Тогда профессор, какого блядского Шуб-Ниггурата, вы тут цирк устраиваете? Профессор вздохнул, присел на свою табуретку, которая выглядела, как газетный столик. Опрокинул в себя пинту рома и вздохнул, после чего начал говорить без своего акцента.

— Понимаешь Гарри, я полувеликан, ты же знаешь откуда мы берёмся?— Да, знаю, не завидная судьба, особенно, когда Магия без спроса делает.— Откуда?— Так у меня декан на одну восьмую гоблин, он и рассказал.— Ну, Филиус не хотел, а я добровольно пожелал, чтобы Тома убить. — сообщил великан, отводя взгляд и доливая рома в чай.— Это из-за Миртл?— Откуда знаешь? — удивился химеролог.— Я с ней общаюсь, сказки читаю, вот и узнал всю подноготную.— Так чего ты мне мозг ебешь, наверняка, всё про меня знаешь. Или тебе нравится всё это, мне вот нет, я простой, говори прямо зачем пришёл. — обиделся великан, допивая пинту рому, я достал вторую бутылку, и великан сменил гнев на милость.— Мне не понятно, вы получили мастера в химерологии, будучи полувеликаном. Об этом знают, почти все, но всё равно играете дурачка. Зачем?— Гарри, великаны обладают высоким болевым порогом, физически выносливы и сильны, нас не берёт прямое воздействие волшебством, невозможно проклясть. В меня восемь раз авада попадала и не брала. Представь, кем бы меня видели волшебники, будь я ещё и умным. Вот и приходится дурака валять.— Я не понимаю, и это работает? Потому что я читал советские журналы по химерологии, где я про вас и узнал.— Советы к нам лучше относятся, профессор Дамблдор говорит, что и у нас будет так же, когда Общее Благо построим. Поэтому там и издаюсь. Надо было под псевдонимом, но что-то не подумал.— Понятно, лучше тупой неубиваемый полувеликан, который на цепи у Дамблдора за зверушку, чем умный профессор химерологии у себя на уме. Хагрид посидел, посопел, допил рома, кинул на меня косой взгляд и сказал:— Так зачем ты пришёл, я не верю, что ты Лили и Джеймсом интересуешься.— Мне нужны ваши журналы исследований в химерологии. Бедный полувеликан аж подавился чаем.

— Нужно что? Я выставил флакон с кровью одного из жителей Ада, который не попадался на Земле.

— У меня есть существа, способные к спонтанной гибридизации, вроде это так называется. А вы ближайший химеролог, который может мне помочь и будет об этом молчать. К тому же, если мы будем работать вместе, я мог бы спонсировать некоторые ваши исследования. — я обвёл взглядом хижину. — Вы же это всё не на выпивку собираете? Жадность, честь, достоинство, исследовательский азарт боролись в Хагриде и может он бы и не согласился, но я настойчиво душил его совесть и подливал рома. В итоге был вскрыт погреб, из которого достал Хагрид приличный сейф, где хранил журналы. Что же, теперь у меня есть проводник в эту сложную и странную науку химерологию.

*** Суббота была уже пасмурной, так ещё обещали дождь после обеда. Но это не мешало детям бежать в Хогсмид, где они могут побыть маленькими чудовищами, которыми являются на самом деле, без присмотра взрослых. Ну, они так думали, что взрослые за ними не присматривают.

Раиса Зарянова стояла, как дура, на небольшой площадке, вымощенной булыжником, с одиноким фонарём. И ждала, что появится наглый первокурсник, у которого была очень странная манера боя, и который смог её вымотать и уложить, а теперь она вынуждена идти с ним на свидание. Конечно, Раиса понимала, что список готовых её убить, чтобы оказаться на её месте слишком велик, и она должна быть счастлива, что Гарри Поттер уволок её на свидание. Но если честно, то она боялась, боялась, что не справится, что разочарует, что не понравится, что будет себя вести по-дурацки.

В жизни Раиса ходила лишь на пять свиданий, один раз со старшим братом, два раза с папой, поэтому они, наверное, не считаются. В Хогвартсе на третьем курсе, её пригласил семикурсник, который напился, пытался напоить её, а потом грязно приставал и склонял ко всякому. На четвёртом её позвал на бал один пятикурсник, который, как оказалось, проиграл в фанты и тоже можно было не считать свиданием. А после, она не была хоть кому-то интересна.

Так что Раиса нервничала и переживала, так как от Поттера можно было ожидать чего угодно, а предсказать его планы и мотивы было невозможно. Поэтому...— Доброго денёчка, моя прекрасная леди! — услышала Раиса голос с боку и обернувшись, уткнулась в букет цветов. Это были летние белые ромашки, которые были живыми и свежими.— Как, вы... Раиса осеклась, рассматривая своего спутника, кроссовки, джинсы, кожаная куртка, под ней худи* с фениксом, расправляющим крылья. На лице Гарри была озорная улыбка, стильные черепаховые очки и кепка с эмблемой советского авиаклуба. Вид её кавалера заставил покраснеть Раису, так как она совсем не подходила к нему. Она была одета в шляпку, пальто сиреневой раскраски, в ботинки с низким каблуком и шнуровкой до колена. Под всем этим было глухое платье до средины икр, поверх которого был надет белый джемпер с широким воротником. Хоть это было слабо заметно, но Раиса поддела колготки с начёсом. А мысль о спортивном белье заставила покраснеть уши. Хотя Раиса надеялась, что до него не дойдёт, но это ведь Поттер. Желая произвести впечатление, Раиса надела брошь с розочкой и дорогие фамильные серёжки, которые хранила у себя со своего первого и последнего рождественского бала. Ещё Раиса уговорила вредную Саманту Лютер, которая считалась самой искушенной в романтике девочкой на Рейвенкло, сделать ей макияж. И увидев Гарри Рая почувствовала себя ещё большей дурой, настолько, что ей захотелось расплакаться.

— Нет, так не пойдёт. — заявил Гарри, придирчиво осмотрев Раю с букетом. По мановению палочки Гарри, позади Раи появилась табуретка.

— Присаживайся. Рая присела, так как была совершенно растеряна. Гарри извлёк из ниоткуда какую-то сумочку и открыв её, обнажил целый косметический арсенал с множеством кисточек. И первым делом извлёк платок и смочив какой-то жидкостью, начал смывать художества.

Рае хотелось провалиться сквозь землю. Три парочки со старших курсов Хафлпафф остановились и начали следить за работой Гарри. Стерев макияж, Гарри увлажнил кожу Раи кремом и начал наносить новый, менее кричащий, и более легкий, подчёркивающий.

— Так гораздо лучше.— Гарри, откуда у тебя косметичка?

— Вокруг меня бегает очень много девочек, и если они хотят дальше бегать, то им надо соответствовать мне. Так что немного нахватался у своего мастера Пуаля.— Понятно. — сказал Рай вставая с табуретки, но была усажена пальчиком Гарри обратно.— Это ещё не всё, эти серёжки тебе не подходят, может они хорошо смотрелись на твоей двоюродной тётушке, но не на тебе. Вот, небольшой подарок от меня за то, что тебя вытащил сюда. Гарри открыл небольшую коробочку и достал оттуда простые бронзовые серёжки с оранжевым камнем в них. После чего поменял их с серёжками Раи. Следом достал зеркальце и показал Рае её отражение. Рая открыла широко глаза, не узнавая элегантную девушку с ромашками в руках.

— Так намного лучше. — сказал Гарри, захлопывая косметичку и беря Раису за руку, подымая с табуретки. Раиса разрешила Гарри взять её под локоть и он повёл показывать Хогсмид, хотя сам он был здесь впервые и это Рая должна была вести экскурсию. Больше всего её удивляло, что профессора, которые встретились по дороге, просто кивали Гарри в знак приветствия, словно нет ничего особенного, что он здесь находится.

Даже профессор Вайс, который пересёкся с Гарри, как ни в чём не бывало обсудил с ним какую-то квантовую запутанность. Раиса хоть и была на Рейвенкло, но её интересовали другие области волшебства, нежели высшая трансфигурация. А Гарри очень уверенно и с пониманием обсуждал квантовый объём при нулевой массе и бесконечно условной плотности. В итоге они остановились у входа в паб ?Кабанья Голова?.

— Поттер, вы собираетесь даму пригласить сюда? — опешила Рая.— Отличное, тихое, спокойное место, с прекрасным баром и великолепной кухней, ещё и кабинки дают для парочек. Не успела Рая возразить, как Поттер толкнул двумя руками дверь и створки распахнулись с треском, после чего ввалился в паб.

— Вечер в хату, бродяги! Есть чо? На приветствие героя Британия бродяги среагировали по-разному. Один выпрыгнул в окно, несмотря на стекло и раму, трое аппарировали на месте, ещё двое воспользовались порталом, один скрылся под столом, ещё один притворился в стельку пьяным, развалившись на столе. Остальные прятали взгляд за шляпами и капюшонами.— О, Юстас, есть носик попудрить? — спросил Гарри, обращаясь к странному мужчине в капюшоне, делая характерный жест пальцами. Мужчина вздрогнул и заулыбался гнилыми зубами.

— Что вы, мистер Поттер, продавать такое ученикам Хогвартса, как я мог, я чист.— Ложь! — крикнул чёрный ворон, что сидел на чучеле оленя. Юстас задергался и схватившись за кольцо, ушёл порталом. Раиса была умной девочкой и четко поняла, зачем сюда ходит Гарри и как к нему относятся местные. Появился рыжий прямоходящий кот Гарри и потыкал оставшуюся парочку, спросив что-то на французском. Те встали и быстро убежали прочь.

Так в пабе осталось одно выбитое окно, одно лежащие под столом тело, и ещё одно на столе.

— Да, мистер Дамблдор, я так понимаю, теперь я должен за них оплатить счёт?— Нет, Гарри, — заявил бородатый бармен в кожаном переднике. — В моем заведении деньги берут вперёд.— Вот и славно, — сказал Гарри, присаживаясь за стойку. — Надеюсь за окно я не должен.— Гарри, мы же волшебники. — заявил бармен и палочкой починил окно. — Ал в курсе, что ты здесь?— А ему надо это знать?— Тоже так думаю, заказывать что-то будешь? Гарри прошёлся по меню и закал обильный обед, не то, чтобы Раиса любила покушать, но как спортсменка ела очень много, чтобы поддерживать форму. Да и Гарри не отставал.

— Да, ещё бутылочку ?Бейлиз? для дамы и отдельную комнату для нас. — завершил заказ Гарри, доставая бумажник. — Сколько с меня?— Запишу на твой счёт. Кстати, пока не забыл. — бармен сходил в заднюю комнату и вынес пенал, который бросил на стойку, пенал звякнул. — Твоя доля.— За что? — спросил Гарри, после того, как спрятал пенал.— Помнишь ты тут паучков оставил?— Я их всех забрал.— А паутину оставил, я её аккуратно собрал, и продал.— Интересно, я к вам тогда зайду, обсудим, что ещё и в каких объемах можно продать.— Заходи, в любое время, весточку только пошли.— Тогда на следующей неделе на шашлыки соберёмся, с меня мясо, с вас выпивка, как вам такое мистер Дамблдор?— Договорились, номер двадцать пять. — сказал Аберфорт Дамблдор, кладя ключи на стойку перед Гарри. Гарри галантно взял под ручку Раису и отвёл на второй этаж, где открыл номер. Всё оставшееся свидание прошло, как в тумане, так как всё о чем могла думать Раиса была большая двухспальная кровать, которая занимала большую часть комнаты.

Раиса стояла возле двери в клуб ?Ювелирного Искусства? и думала о большой кровати в пабе ?Кабанья Голова?. Больше всего Раиса думала, как понимать то, что Гарри не завалил Раису на кровать. Как свой провал или свой успех, может она была настолько скучной и неинтересной, что Гарри будучи благородным просто завершил скучное свидание. А может она была слишком тяжелой, чтобы он кинул её на кровать в порыве страсти? А может она должна была проявить инициативу, но в голову ничего не приходило, кроме как взять голову Гарри в захват и сказать: ?Пошли поебёмся!?.

Раиса покраснела и закрыла лицо руками, из такого состояния её вывел голос профессора Шлойме.

— Мисс Зарянова, не ожидал вас здесь увидеть, какими судьбами?— Профессор Шлоймах...— Просто Шлойме.— Профессор, у меня здесь есть одни серёжки, не могли бы мне сказать, сколько они стоят? Профессор впустил ученицу шестого курса Рейвенкло в кабинет-мастерскую и провёл к своему столу.

— Мисс Зарянова, я профессор трансфигурации и ритуалистики, а не ломбард.— Простите меня, я не так выразилась, мне их подарил Гарри, Гарри Поттер. Профессор взял коробочку, открыл её и достав монокль, начал рассматривать серёжку.

— И вы решили узнать в сколько Гарри вас ценит?— Нет, просто...— Я шучу, мисс Зарянова, вы боитесь, что он потратился на вас очень сильно и вы не сможете с ним расплатиться. Раисе оставалось лишь кивнуть. Профессор взял пинцетом аккуратно серёжку и стал рассматривать на свету.

— Могу вас поздравить, учитывая тип бронзы и самоцветный кальцит, в ломбарде получите не больше двадцати фунтов, а сами материалы стоят не больше двухсот. — сообщил профессор, вручая коробочку Раисе. Раиса заулыбалась и стала убирать коробочку в мантию.— Хотя, если вы выставите их на волшебный аукцион стартовая сумма будет около пяти тысяч и вполне возможно дойдёт до пятидесяти.— Фунтов?— Галлеонов, — сказал профессор приподнимая обе брови.— Я не понимаю.— Никто не понимает, мисс Зарянова, но таков он — Гарри Поттер! Никто вам не назовёт истинную стоимость вашего подарка, так как невозможно оценить страсть и любовь в презренном металле. Гарри вложил свою душу и чувства в серьги, создав вещь невероятной простоты и красоты, которая подойдёт вам и только вам.— Но, как мне поступить...— Нет-нет! — перебил профессор, подняв ладонь. — Не смейте меня вмешивать в ваши любовные игры! Я дал вам свою профессиональную оценку, Гарри Поттер создает вещи, которые могут оценить только мастера, но которые не поймёт далекий от мастерства человек. Он всегда создаёт индивидуальные, штучные вещи и всегда вкладывает в них страсть. Сделал он специально для вас, да. Хотел он этим что-то сказать, идите с этим к профессор Трелони.— Трелони?— Профессор Сивилла Трелони, мисс Зарянова. Да, идите к ней, у неё какой-то тотализатор на лучшую девочку, которая в итоге останется с Поттером, и кажется, вы там не на последнем месте. На негнущихся ногах, с перекошенным лицом, в ещё большем смятении, чем до этого, Раиса отправилась погулять по замку. Теперь она на себе поняла, что значит ?С тобой случился Поттер?.