Глава 31 (1/1)
*****
Нет сил поднять глаза.Стоять, парализовано смотря внутрь себя.Пальцы на ногах леденеют… Руки не двигаются…Взгляд из зеркала.Кровь колючими сгустками ударяет в сердце… Из сердца…Один в чертовой темноте.Искаженные воспаленным сознанием видения – кривые отражения, мерцающая, мигающая реальность обрывается, уходит… Застывает…Нервная дрожь, безумный стук… из груди…Что-то подступает угрожающе неслышно, мерзко скользит, сковывая обжигающим холодом…— А, так тебе страшно!.. Страшно-о-о-о-о… Страшно…Голос раздается откуда-то… черт разберет откуда…Отражается от стен…Отовсюду…Быть может даже из головы…Хотя нет…Вокруг…Артур резко поднял глаза.В матовом серебре виднеется замершее во времени сумасшествие небесного цвета.Не пошевелиться…Не сбежать…Руки легли на плечи, сдавливая в железный капкан.— Аха, попался!..Вырваться…К чертям…
К чертям!?Не могу?Хенрик обнажил зубы в широкой усмешке.Пот медленно скатился по виску.*****— Коротышка? – в дверном проеме показалась стройная мужская фигура и оглядела своего нежданного гостя с легким удивлением.— Бах! – оглушающий выстрел в упор заставил отшатнуться назад.Дания опустил голову и резко вскинул ее, его глаза шокировано расширились.На груди медленно растекалось бордовое пятно.Артур, чуть качнувшись от многодневного недоедания, холодно кивнул, закрывая за собой дверь – да, пуля прошла сквозь сердце.По губам Хенрика потекла кровь, Англия вплотную прислонил к его огнестрельной ране пистолет, почти ощущая, как рваный стук становиться все громче.— Какого хрена? – неожиданно спокойно поинтересовался Дания, его взгляд остановился на лице Артура – то было лицо рассчитавшего все до последней мелочи убийцы.Вместо ответа Англия надавил немного сильней – тот едва уловимо дернулся – и спустил курок.
В этот раз пуля пришлась в потолок, поскольку Хенрик чудом успел перехватить руку и направить ее вверх – его ладонь заметно дрожала, он пытался всеми силами не потерять сознание.?Это бесполезно. В этот раз все бесполезно… чертов викинг?— Ты собираешься объявить мне блокаду и перегородить путь к Швеции, — со странной усталостью в голосе пояснил Артур.?Зачем я ему это объясняю? Я просто теряю время?Неожиданно рука Дании дрогнула, и Англия, одним движением вырвав запястье из его пальцев, вновь выстрелил ему в сердце.Хенрик зашатался, с трудом устояв на ногах, и слегка откинул голову назад — его сотряс приступ дикого смеха.Следующий прицельный выстрел повалил его на спину, но Дания продолжал злобно хохотать, беспощадно убивая остатки английского самообладания.— Заткнись!
В какой-то момент начинает казаться, что твой страх давно прошел, хотя где-то глубоко внутри понимаешь, что все, на что ты способен – усыпить тревожные посылы мозга до поры до времени.Но вот опять это знакомое, невероятное в своем жестоком и безболезненном самоуничтожении ?А-ха-ха-ха!? — и испуганный ребенок отчаянно пытается спрятаться в закоулках подсознания от пришедшего по его душу безумия во плоти.Дания – это его персональная непроходящая фобия, которая дремлет в расшатанной, разорванной, серой душе.Навести дуло и выстрелить еще раз.Должно быть, это единственный способ прекратить это.Хенрик, вдруг резко оборвав смех, навел на него свой вполне осмысленный насмешливый взгляд.— Вообще-то я в нейтрале, Коротышка, — веки Дании на мгновения болезненно прикрылись, но он намеренно оскалился, заметив равнодушную улыбку смерти.— Это пока, — Артур немного успокоился, — Ты все равно примкнешь к Бонфуа.Хенрик закрыл глаза, пожав плечами, и вновь издал короткий смешок.— Да я и не собирался, — Англия нахмурился, пораженно опуская руку с оружием, — Путаться с этим французом… Пха! Да ну нафиг…
?Я… просчитался?..?— Глупое же у тебясейчас лицо… — Дания бодро усмехнулся, продолжая истекать кровью, — А ты, значит, дебила кусок, понапридумывал себе всякого… И…Его тело задрожало, ломаясь в судорогах.— … обстрелял… Копенгаген…Голова Хенрика глухо ударилась виском об пол.Англия выронил пистолет и безразлично посмотрел на свои руки.?Выходит… Теперь, когда он очнется, уже точно примкнет к этому блоку… ?Дания лежал без движения, его пальцы угодили в темную лужу, зловеще растекающуюся по полу и коснувшуюся носков обуви Артура.?Нет… Все верно. Просто надо его обезвредить, пока не пришел в себя?Англия перешагнул через Хенрика и направился прямиком к его флоту.*****
— Что-то ты, Англия, навсех бросаться начал…Франциск чуть укоризненно качнул головой.Как и предполагал Артур, Дания встал на сторону Франции, однако довольно противно было сознавать то, что главной причиной этому оказался именно его опрометчивый шаг.?Хотя… Таким ли неправильным он был? Хенрик может говорить все, что хочет, но я уверен, рано или поздно он все равно бы присоединился к Бонфуа. А так я ничего особенно не потерял – эта блондинистая тварь уже объявила мне войнушку, а скандинавский шизик еще долго не оправится от потери военного флота… Все же, получается, я заранее избавил себя от потенциальной занозы в заднице?— Только на тех, кто против меня, — Англия незаметно для чужих глаз положил руку на оружие.Хенрик, прижимая к ноющей ране ладонь, хмуро посмотрел на него, их взгляды пересеклись, и Дания неожиданно ухмыльнулся.— Ну, он и говорит, что на всех, — бледные губы растянулись, сверкнули ровные ряды зубов, — Ты один остался, Коротышка.— В’бще-то не с’всем.Артур с плохо скрываемым презрением посмотрел на своих противников и едва заметно улыбнулся, внутри торжествуя.Швеция неторопливо подошел ближе и, переглянувшись с ним, серьезно кивнул.Дания недовольно цокнул языком и устало вздохнул, подняв глаза кверху.Бервальд окинул своего любовника равнодушным взглядом из-под очков, поблескивающих красными лучами садящегося за горизонт солнца.Англия знал, что Швеция уже долгое время страдал от близорукости, а потому новый атрибут его внешности не вызвал у Артура никакого удивления.— О, боги, — Хенрик иронично выгнул бровь дугой, оценивающе оглядев Бервальда, — Как тебе это удается?
— Что именно? – бесцветным голосом поинтересовался тот.— Выглядеть еще большим придурком, чем обычно, — с вызовом хмыкнул Дания и, согнув руки в локтях, переместил их на свою талию, слегка сжав ладонями бока.Швеция пропустил ?комплемент? мимо ушей, а Англия, не отводя глаз от уверенного в себе до чертиков Хенрика, невольно сделал улыбку чуть шире.— Чего? – с недовольством протянул он, повернув голову к Артуру.… Обнаженный Дания, опустив веки и приоткрыв рот, прижался к стене спиной и чувственно скользнул вверх-вниз, заставляя невидимого для его глаз наблюдателя изумленно замереть.— Не…выноси…мый ублю…док… Не… — шептал Хенрик, прерывисто дыша, — …на…вижу… те…бя…Артур наклонил голову набок, усмехаясь – можно было даже не смотреть, и так ясно о ком говорит Дания, и что последует за его словами.Руки Хенрика прошлись по собственному напряженному животу, вырвав мучительный стон.Англия повел плечами – ему всегда становилось немного жутко при виде возбужденного Дании.Сквозьпрозрачную поверхность Артур, раздраженно морщась, почти ощущал, как распаленный, яростно двигающийся в такт своим движениям Хенрик пах сексом, и прекрасно понимал, с кем именно его было так мало Дании.Хенрик громко вскрикнул, резко выгнувшись, и медленно съехал вдоль стены вниз.Поджав ноги и с трудом приходя в себя, он принялся несильно бить затылком об стену.— Бл…, ну, почему когда мы трахаемся, он выглядит как… херов полубог… Черт! Такой… черт, черт, черт!..— Да так, ничего, — многозначительно отозвался Артур и перевел взгляд на Францию, позволив себе самодовольно вскинуть подборок, — И что будешь делать??Против Швеции Дания в таком состоянии точно ничего не может?Словно в ответ раздались шаги, и к ним присоединился непривычно строгий Россия.— Нежность моя, не хмурься так, — карамельный голос окутал едва заметно стиснувшего зубы Ивана, — Тебе это совсем не к лицу. ?Видимо, мозги Бонфуа окончательно заклинило – теперь так тошнотворно сладко он называет только его… Хотя, после такого…?Дания недоуменно покосился на Францию и успокаивающе положил руку на нервно подрагивающее плечо России.Англия заметил, как Иван благодарно коснулся его ладони, и немного виновато отвел глаза от смотрящего на него Артура.?Как мило. Его грызет совесть? Да. Только мне это никак не поможет… Хотя, быть может, он еще восстанет против Франции? Полагаю, сейчас он уже не будет кидаться словами о дружбе – ведь друзья не станут тебе засовывать что-то в рот, верно, Брагинский? Ха, кажется, я впервые в жизни жду не дождусь этого представления – как взорвется к чертям бунтарский дух России!?Но неожиданно Иван перестал замечать какого-либо еще. Его глаза стремительно почернели и остановились, стоило ему только глянуть на злобно прищурившегося Швецию.— Опять… ты?! – Россия свел брови, прожигая его свирепым взглядом, — Сколько я тебе уже говорил – не стой на моем пути!— Ст’ну я т’бя слуш’ть, р’сская св’нья, — невозмутимо отозвался Бервальд, но костяшки на его кулаках побелели от напряжения.— Убью… — хрипло выдохнул Иван, темнея лицом.Англия отшатнулся в сторону, ловко увернувшись, чувствуя, что в таком состоянии Россия зашибет и не заметит.А если и заметит, будет уже слишком поздно.*****Это было труднообъяснимо.Наверно…?Наверно, на Швеции лежит какое-то проклятие. Да, точно?Глупость, глупость, но с чем еще можно было связать тот факт, что Бервальд вновь уступил натиску Ивана?Ставки всегда делали на Швецию, но он проигрывал России и все тут.Иногда не сразу, нет, чаще не сразу, однако каждый раз, словно что-то мешало ему одержать победу со своим очевидным перевесом в силе и опытности.Через год они заключили мир.Англия уже по старой привычке был медиатором, хотя в этом и не было такой уж большой необходимости – итак все было ясно, как божий день.
— И чт’ же ты заб’решь у м’ня? – Бервальд был так спокоен (Артуру подумалось, даже умиротворен), что Иван, не выдержав, громко стукнул кулаком по столу.— Расталдык твою в качель да над верхушкой леса! Думаешь, и сейчас легко отделаешься? А вот хрен! Этот раз ты у меня запомнишь!С этими словами он резво подскочил с места и схватил за руку крайне растерянного Финляндию, стоявшего неподалеку от Швеции.— Тино? – опешил Бервальд.Россия уверенно кивнул и прижал к себе испуганного подростка.Нельзя было сказать, чтобы он сильно хотел остаться со своим теперь уже бывшим опекуном, но…На лице Тино явственно отразился один-единственный вопрос: ?Что меня ждет??Россия отвернулся от Швеции, всем своим видом показав, что не приемлет никаких возражений, а потому он лишил себя возможности увидеть столь редкое зрелище, коим в полной мере смог насладиться Англия.Грусть в глазах Бервальда на несколько секунд растопила вечную мерзлоту, делая его взгляд наредкость печальным и потерянным.Артур мысленно улыбался, но в душе мелькнуло до боли знакомое чувство – потеря – от которого, впрочем, он тут же отмахнулся, прогоняя его прочь.
Решив, что на этом все интересное закончилось, Англия поднялся со своего стула и, не прощаясь, направился к выходу, попутно отмечая в голове любопытную картинку. — Не бойся, — Иван с мягкой улыбкой успокаивал не на шутку взволнованного Тино, — Я совсем-совсем не страшный.
Финляндия неуверенно посмотрел ему в глаза.— И… — взгляд России странным образом изменился, и Артур навряд ли мог сказать как, но ему отчего-то хотелось верить, — Ты ведь будешь моей автономией.?Ого, неслабо?Тино удивленно захлопал ресницами, должно быть, не поверив своим ушам.— Я… буду свободен?— Почти, — чуть шире растянул губы Иван, не отводя от него глаз.Тот немного помолчал, очевидно, переваривая сказанное, и улыбнулся в ответ.Улыбка вышла робкая.— Ну, тогда… я думаю… возможно… — несмело начал Финляндия, но внезапно в его глазах появилось полудетское озорство, — Попробовать стоит.
Россия рассмеялся и потрепал его по волосам.*****Англия неслышно оседал в снег.Мысли в голове путались, он даже не мог наверняка сказать, о чем же думал в тот момент.Вокруг собирались, сгущались, сходились в одно место тонкими нитями потоки холодного воздуха, острые снежинки стеклянной крошкой резали щеки, ветер гневно свистел, отбирая последние крохи тепла.Если бы Артур не имел достаточного опыта общения с волшебными существами, то грозился бы остаться заикой до конца своих дней.В центре погодной вакханалии возвышался Россия, безмятежно улыбаясь куда-то в пустоту.На его плечах лежали большие прозрачные и вместе с тем невыносимо белые ладони, по которым никогда не проходила горячая кровь.
В небе же отчетливо виднелось лицо с устало опущенными синеватыми веками.И хотя на нем не было видно морщин, Англия был больше, чем уверен – это было лицо глубокого старика.— Малое мое дите… — проникающим в самое сердце ледяным ветром заговорил призрак, — Звал?.. Сам?.. Хотя причина мне ясна, но все же…— Хватит, — грубо обрубил Россия и сердито глянул вдаль, — Я все еще зол на тебя за ту зиму, так что не надейся, что так легко прощу.
Он замолчал ненадолго, и было слышно, как завывает вьюга.Иван тяжело вздохнул.— Но… ты прав, — немного обреченно добавил он, — Я пока забуду об этом, ведь главное, чтоб мои сыновья и дочери остались живы. И поэтому… только поэтому… Я прошу тебя… Помоги мне.Серое, полурастаявшее в свинцовом снежном небе одеяние заколыхалось – ладони со странной недоступной человеческому пониманию заботой гладили плечи, жестоко и любя забирая из теплого тела жизнь.— Морозить буду всех… И неприятелей, и кровь твою…— Я знаю… — тихо сказал Россия, прикрывая глаза, — Мне не привыкать.Артур замер, как вкопанный, когда призрак поднял свои веки.Под ними не было глазниц – только бесконечная чернота.Он нагнулся и бережно поцеловал Россию в макушку.Тот выдохнул облачко пара с еще розовых губ и вновь открыл глаза.В глубины сознания ошеломленного Англии врезалась жестокость цвета нежной фиалки.— Заморозить?.. Напрочь?.. – гулкий смех призрака дробил мозг Артура на части.— Да нет, совсем чуть-чуть, — на постепенно синеющих губах расцвела жуткая безумная улыбка, — Всего лишь… до костей.