Глава 24 (1/1)

*****Хлопья мягко оседали на скованную в тихой дреме землю.

— Снег!Бельгия восторженно вскинула руки, срывая с них перчатки, сжимая в тонких пальцах резные снежинки.Голландия, краем глаза скользнув по беззлобно смеющемуся над ней России, поднял голову кверху, к тяжелым облакам, скрывающим яркие солнечные блики, чувствуя короткое холодное прикосновение на лице, превращающееся в стекающие по щекам капли. Он нагнулся и, подхватив пригоршню снега, принялся скатывать из нее аккуратный шарик.— Как дети малые, — с умилением произнес Ваня и, словив на себе два недоуменных взгляда, рассмеялся, — Снег как снег.— Ну кому как, — протянула Лив, хитро прищурив глаза, — Кто-то вот и на солнце в октябре рот открывает.Россия хохотнул, ловко увернулся от прицельно летящего в него снежка и с легким укором качнул головой в сторону Холла, но заметив, как Бельгия с хитрым видом тоже принялась сжимать в руках ледяной пух, побежал вперед, прыгая по сугробам.— Двое на одного! – задорно выкрикнул он и, отдалившись от них на приличное расстояние, начал с завидной быстротой окружать себя вылепленными снежками, предназначенными не иначе, как для реванша.*****Жар затопил все тело, словно налитое свинцом, и волнами укрывал то неподъемную голову, то раскаленные ноги.Горло изнутри разрывали заостренные иглы, отдающие колючей болью где-то в ребрах.Голландия захрипел, ощущая приятную прохладу чьего-то осторожного прикосновения ко лбу, беспокойно заворочался по влажной подушке и с огромным трудом разлепил веки.— Говорил же – одевайся теплее, — прошептал Россия и провел ладонью по его пылающему лицу.— Думаешь, он вообще слушает то, что ему говорят? – немного раздраженно отозвалась Бельгия, — Ну и как?— Будто к огню прикасаюсь, — вздохнул Ваня, — Эх, Холл, Холл…Последняя фраза отчего-то окончательно добила итак злившегося на свою глупость Голландию, и он уже хотел было ответить, что не нуждается в подобной опеке, но вышло только неразборчивое сипение, спазмом скрутившее воспаленную гортань.— Нет, ты посмотри, он еще и возмущаться вздумал! – всплеснула руками Лив.— Может, он просто просит пить, — не согласился Россия, внимательно вглядываясь ему вглаза.— Ага, — кивнула головой Бельгия, — При этом у всех, кто что-то просит всегда такое выражение лица: ?Отвалите от меня?.

Ваня, сидящий рядом с Холлом, поднял глаза на ехидно прищурившуюся Лив и, коснувшись ее ладони, улыбнулся уголками губ.— Не переживай. Мы его быстро на ноги поднимем, — уверенно пообещал Россия, безошибочно угадывая тщательно скрываемую тревогу за брата. Бельгия недоверчиво хмыкнула, но руку убирать не стала.— Ну и где мы в такой глуши лекарства раздобудем?Они уже почти неделю жили в небольшом деревенском домике России, который, по его собственным словам, каждую зиму отдыхал здесь от городской суеты.

— Кто ж лекарствами лечится? – искренне удивился Ваня, невинно хлопая ресницами.Лив потрясенно посмотрела на него, а Холл слабо застонал.?Как же тупо сдохнуть от обычной простуды?— Э… — Бельгия не нашлась, что ответить, и так и села на стоящую рядом с кроватью табуретку.— Надо это делать проверенными дедовскими методами, — видя ее растерянность, пояснил Россия и решительно встал, — А ты мне поможешь.?Боже… Нет… Только не эти ?проверенные методы?…?— Так, достать из погреба малину и мед, — принялся продумывать план действий Ваня, — Компресс сделать… Так, нет, парить ноги нельзя... С такой-то температурой… Ага!С этими словами он вышел в другую комнату.— Держись, — сочувственно глянула на него Бельгия.Голландия издал протестующий хрип, когда на пороге появился Россия, очевидно, загоревшийся идеей поскорее увидеть Холла здоровым и полным сил, со стаканом в руках.

— Это что? – ткнула пальцем в прозрачную жидкость Лив.— Водка, — улыбнулся Ваня, — Средство номер один от всего.— И от здоровья тоже, — хмуро добавила Бельгия, — Есть что-то еще?— Конечно. Вот сейчас он это выпьет – тут совсем чуть-чуть – и я ему сделаю компресс, а ты пока — чай с малиной, а потом мелко нарежем редьку и…Холл перестал слушать, полагая, что его психика будет целее, если он до определенной поры не будет знать, что его ожидает.

Лив, обреченно вздохнув, отправилась выполнять поручения России, понимая, что спорить с ним более чем бесполезно.Ваня с водкой остались наедине с напрягшемся Голландией.— Вот, выпей, — Россия поднял его, помогая сесть, и протянул стакан.Холл отрицательно мотнул головой.?Еще чего. Мало того, что я слюну еле-еле глотаю, тут еще это… И потом пить днем и натощак – мог бы выбрать для меня и какую-нибудь менее изощренную смерть…?— Не веди себя, как маленький, — теплота в голосе все же выдавала добрые намерения Вани, но способ их выражения оставлял желать лучшего.

Голландия нахмурился сильней и еще раз качнул головой.Россия устало вздохнул.— Если ты хочешь поправиться, ты должен слушаться меня. Я годами проверял это на себе, и пусть это может оказаться несколько неприятно, зато оно действительно эффективно.Ваня говорил с плохо скрываемой грустью в голосе, и Холл невольно протянул ладонь.?Его-то никто не упрашивал?Раскаленная струя, невозможно выжигая горло, рухнула в желудок. Голландия сильно закашлялся, выворачивая легкие наизнанку, ощущая, как потемнело в глазах, а из ослабевших пальцев едва не выпал стакан.— Ну, ничего, ничего, — Ваня успокаивающе похлопал его плечу, — Зато сейчас все внутри продерет.— К чертям… — к немалому своему удивлению Холл действительно обнаружил, что снова мог говорить, хотя и не без труда, — … еще раз… Я тебя… послушал…— Зато больше не выйдешь в мороз на улицу без шапки, — улыбнулся Россия.*****

Холл проснулся посреди ночи.Его сердце беспокойно стучало, еще не отойдя от какого-то маловразумительного кошмара.Он стянул с шеи компресс.Это было дико странно, но все эти непонятные полусадистские процедуры прекрасно подействовали. По крайней мере, горло болело значительно меньше, да и встать на ноги уже не казалось чем-то таким запредельным.Он, держась за стену, медленно прошел к той комнате, откуда горел, дрожа на стене, одинокий свет от пламени свечи.На стуле сидела улыбающаяся Бельгия, а стоящий позади Россия ловко заплетал ее непослушные волосы.— А какие ты еще заготовки на зиму делаешь? – полюбопытствовала Лив, слегка отдернув складки нежно-голубого платья.— Я-то? – с негромким смехом переспросил Ваня, — Ну, капусту еще мочу, репу заготавливаю, рыбу засаливаю, грибы высушиваю, варенья варю…— Из малины, — уверенно кивнула Бельгия, словно что-то подтверждая для себя.— Да не только. Из других лесных ягод тоже, — он доплел косу и перекинул ее через плечо, — Хочешь еще молока?— Ммм, только такого же теплого и с медом, — поднявшаяся Бельгия повернулась лицом к России, поставила колено на стул и привычным для Холла жестом положила руки на плечи смущенно улыбнувшегося Вани. Потом изучающе оглядела его лицо и убрала вьющуюся прядь ему за ухо.— Знаешь, а мне нравятся хозяйственные и рукастые парни, — лукаво стрельнула глазами Лив.Голландия отлично знал, что для нее это был лишь легкий флирт, который требовала от нее ее женская натура. Безусловно, она могла испытывать к России определенную симпатию, но подобные слова с ее стороны не имели того смысла, какой могли увидеть другие. Она даже могла спокойно подарить свой поцелуй, но на следующий день делать вид, что ничего не произошло.?Наверно, поэтому этот полудурок Франция к ней и приклеился. Размечтался? Холл слегка усмехнулся, наблюдая, как зарумянился Ваня, когда она коснулась губами его щеки, с интересом, как и сама Лив, ожидая его реакции.Ваня сориентировался неожиданно легко.— А я люблю общительных и открытых девушек, — Россия тоже запечатлел самый невинный поцелуй, таким образом сводя все это к не обязывающему обмену комплементами, — Надо молоко подогреть.*****— Тебе ж нельзя со мной пересекаться. Так какого хрена ты тут забыл?Америка, сжимая зубами явную самокрутку, спокойно перешагнул порог его дома.— А захотелось.?В принципе могу выпереть его за дверь, но… нафига??— О, я так тронут, — хмыкнул Холл, — Ради того, чтобы просто встретиться со мной ты наплевал на запрет и приперся в ненавистную Европу. Да-да… Ладно, че надо от меня?Альфред насмешливо посмотрел на него.— Понятно, прелюдии, вроде ?Как дела??, не для тебя. Ладно, тогда трахнемся по-быстрому и разбежимся.— И что мешало с подобным подкатить к Англии? — лицо Голландии не изменилось, хотя внутри он был в настоящем ауте, — Или он уже забыл, как это делается?Америка вытащил изо рта сигарету и впился ему в губы, выдыхая дым, казалось, прямиком в его легкие. Холл, выдыхая через нос, окутывая их лица в тонкую серую вуаль, невольно ответил на его поцелуй, на вкус такой же едкий, как и этот дым.— Просто это не твое дело, — ответил Америка, когда Голландия раздраженно оттолкнул его от себя. Альфред снова затянулся, и пепел с кончика сигареты, мигнув, упал прямо на пол. Его отрешенный вид говорил, что он опустошен.?Вот смотрю на него, и мне плевать. Плевать, и все. Впрочем… С другой стороны, Артур явно не будет в восторге от того, что первым у Америки будет не он?

— Раздевайся, — безразлично бросил Голландия, расстегивая рубашку.

Альфред сделав еще один выдох, запрокинул голову и, удерживая самокрутку двумя пальцами, сдернул другой рукой с себя жилетку.Холл притянул его к себе, и Америка, выкинув в угол дымящийся окурок, не раздумывая, залез ладонями к нему в штаны.— Охренел? – почти спокойно спросил Холл, ощущая, как тот довольно возбуждающе елозит по самому интимному, — Разве я разрешал тебе распускать свои руки и лезть туда?— Вау… — совсем неожиданно Америка покраснел, но не остановился, — Я и не думал, что… он… у тебя…

Голландия с усмешкой посмотрел на Альфреда и, убрав его руки, уложил на пол.— А думать все же надо, хотя бы изредка, — Холл, откровенно забавляясь, принялся опытными руками исследовать тело Америки, уже стонущего нетерпеливо и требовательно.