I/вводная (1/1)

– Приколы эти ваши меня утомили, если честно. Сто раз говорил, Руст, а тебе что в лоб, что по лбу. – Макар постучал сам себе по голове гигантским кулаком. – Нехуй было с ней начинать мутить. – Давайте не будем столь категоричны в суждениях, господин великан. – Эмир понимал позицию Макара и в какой-то степени разделял, но здесь явно чувствовалась необходимость смягчить ситуацию. – С хуя ли я не могу быть категоричен? Меня это все бесит знатно. Или ты, сраный умный, знаешь что-то и понимаешь больше, чем я? – Макар продолжал пребывать в праведном гневе.Эмир только-только собрался ответить другу, но в противоречивую беседу успел встрять Тамби:– Господа, будьте добры угомониться. Это раз. А два, Руст ушел ещё на словах Макара. Мы все злимся, но давайте заботу тоже включать. Не для этого же собрались. – Вообще ушел? – виновато опустив глаза, Макар держал в руке рокс с виски.– Покурить, – ответил Тамби.Макар хотел было встать, но Эмир его притормозил:– Не надо. Потом извинишься.На улице было морозно. В свете фонарей летали снежинки, иногда толпами, сцепившись в одну большую, потому что не было ветра. "Летят на снежиночный КВН, наверное, а в полете репетируют открывающий танец", – подумал, глядя на них, Рустам и прикурил сигарету. Спасаться абсурдными мыслями от настоящих внутренних переживаний было для него давно привычным делом. Но сейчас это не помогало, ещё и голос Макара продолжал стоять в ушах. Да, Рустам и раньше что-то подобное слышал от друга, но в этот раз слова ударили больнее. Знать бы ещё, почему.Пару дней назад, садясь в машину и уезжая от девушки, которую он любил и которая принесла ему больше всего боли в жизни, он был практически на сто процентов уверен, что делает всё правильно. Разве что он забыл тогда прямо сообщить ей, что все кончено. С другой стороны, в смысле, блять, забыл? Хотел бы уйти - ушел. Будто бы в первый раз парень собирался кого-то бросить или кому-то отказать. Проблема лишь в том, что она была для него не "кем-то", соответственно и бросать он был не готов. Хотя весь здравый смысл располагал только к этому. Затяжка за затяжкой Рустам ощущал, как вместе с сигаретой виски даёт в голову еще сильнее. Так вот откуда взялись эти внутренние рассуждения о боли, несостоявшемся полноценно расставании и неприятии происходящего. На мгновение захотелось даже достать телефон из кармана и позвонить ей, но это последнее, что он планировал себе позволить. Во-первых, это было бы достаточно тупо, что, в общем и целом, очень характеризовало формат этих непонятных отношений. Во-вторых, он слишком заебался быть карманной собачкой, об которую в нужные моменты греют руки, и больше она ни для чего не нужна. Второй факт был определяющим. – Какие ещё нахуй звонки, Рустам? Давай еще поедь к ней прям щас объясняться, будешь выглядеть полнейшим долбоебом, как ты и хотел как раз. – Сказал брюнет сам себе, докурил сигарету и, бросив бычок в урну, отправился обратно к друзьям. Они, кстати, собрались по его инициативе. Стало известно, что второй этап подмосковных съёмок перенесен на несколько недель вперед, поэтому все парни тоже вернулись в город. Это произошло, пока Рустам пару дней после своей выходки метался дома из угла в угол, пытаясь примирить внутри всех ангелов и демонов. Ему было бы легче, не будь в воспоминаниях вашего недавнего вечера и слов, которые он мечтал услышать. Но давайте не будем забывать, что инициатором той встречи сам Рустам и был. И именно он все оставил в подвешенном и никому не ясном состоянии. При этом головой парень понимал, что пора было действительно взять себя в руки, а не утопать в этих пиздостраданиях, и с более-менее трезвой головой подойти к проблеме. В один из этих кризисных дней Рустаму позвонил Эмир. Друг просто хотел узнать, все ли в порядке и что насчёт съёмок нового выпуска "То шо скетчи", пока есть время. На что получил ответ с предложением поехать в бар, и там все обсудить. Понятное дело, что без Тамби и Макара это бы вряд ли обошлось. По итогу, главный скетч, который парни успели обсудить - личная жизнь Рептилоида. Друзья находились, мягко говоря, в недоумении. Но больше всех, конечно, в ахуях был Макар. Из раза в раз, когда Рустам срывался с тусовки или, в очень крайних случаях, со съемки, чтобы забрать откуда-то свою благоверную, Макар негодовал больше всех. Он прекрасно знал вас обоих, но подобного рода отношений понять не мог абсолютно. При каждом удобном и неудобном случае Илья пытался поговорить с Рустамом, надеясь посеять в мозге друга хотя бы одно зерно адекватного восприятия происходящего. Кабардинец каждый раз либо отмахивался, либо говорил, что прекрасно всё понимает, ему объяснять ничего не нужно, сами как-нибудь разберемся. Тамби и Эмир занимали менее радикальную позицию. Они прекрасно знали, что пытаться переубеждать, беседовать и всячески навязывать Рустаму иную точку зрения абсолютно бесполезно. Особенно, если он принял для себя какое-то решение. Но что конкретно это было за решение, никто не понимал. Единственное, что понимали все, кроме Рустама, – однажды его уверенность падёт под гнетом усталости от непрекращающегося безразличия. Слов любви от его дамы сердца никто не ждал.Поэтому каждый из них сидел сейчас в баре с разной степенью расстройства и злости. Каждый переживал за друга. Каждому раньше было непонятно, почему Рустам не уйдет, но каждый понимал, почему несколько дней назад парень не смог уйти. Все они изначально повели бы себя иначе, но никто из них не был Рустамом. Пока только непонятно, это к счастью или к сожалению. – Рустамчик, извини, – Макар опустил глаза, – не хотел тебя задеть. Это переживания. – Да ладно, козел, я всё понимаю. – Рустам похлопал друга по плечу и сел рядом. Парни синхронно посмотрели на него. – И чего вылупились? Какие-то есть ещё вопросы ко мне, или выпьем и поедем? – Да какое выпьем и поедем, Руст, не поверишь, но хотелось бы обсудить ещё несколько моментов, помимо твоих свистов фляги в отношениях. Но сначала проясни для нас всех один вопрос. – Эмир сделал глоток виски. – Мы тут вроде как поняли, что ты планируешь теперь сидеть и ничего не делать. Но как тогда, по-твоему, это всё должно начать разрешаться? Ты на что-то рассчитываешь? – Мне просто интересно, что она будет делать теперь.