3.7 Правда (1/1)

POV АннаЯ проплакала до вечера, потом встала и кое-как привела себя в порядок. Причесала пальцами волосы, вытерла лицо рукавом, твердо решив, что умру с достоинством. В голову лезли абсолютно безумные мысли. Например, что следует сходить в туалет заранее, потому что после смерти мышцы расслабляются и содержимое кишечника и мочевого пузыря человека освобождается. Хотелось лечь в могилу как можно симпатичнее. Хотя какая мне разница в общем-то? Было противно от того, что меня завалят трупами в братской могиле. Всегда мечтала о кремации после смерти. Думала о том, что может всё это понарошку, и умерев в этом мире, я очнусь наконец в своём. А ещё сожалела о том, что так скучно прожила свою жизнь. Знай я чем все закончится, дымила бы как паровоз сигареты, научилась бы наконец пить крепкий алкоголь, перепробовала бы все наркотики. Я так за всю жизнь ни одного и не попробовала. Никто особо не предлагал, да я не стала бы. Сила воли у меня никакая, я бы точно сразу же подсела бы. Но самое главное я бы спала с мужчинами в своё удовольствие, а не ждала большой и чистой любви. И уж точно не пошла бы работать в офис. Эх, если бы повернуть время вспять, я уехала бы в какую-нибудь тропическую страну и занималась бы там сёрфингом и жила у какого-нибудь мускулистого, загорелого мачо, который вылизывал бы меня с ног до головы. За такими мечтами меня и застал вечер.Мне принесли довольно приличный ужин. Оставили одну с подносом. Захлёбываясь слезами, я спрятала кусочек хлеба и яблоко в матрас. Может следующему невезунчику в этой камере пригодится. Еда в горло не лезла, выпив чай, я порадовалась хоть немного отступившей головной боли.Появившийся солдат повел меня на расстрел. Глаза щипало от слез, с которыми я боролась но проигрывала бой. Как всё несправедливо. Я же ничего плохого не сделала. У меня еще вся жизнь впереди. Или наоборот справедливо. Не хрен спать с врагами, непатриотично. Не полезла бы искать Клауса, была бы сейчас в полной безопасности в Москве.Еще в коридоре я услышала выстрелы и задрожала. Бросила взгляд на ведущего меня солдата. Неужели не жалко? Может отпустит? Он ничего не говорил, а у меня от ужаса пересохло в горле. Мы вышли во внутренний двор. У стены лежала гора трупов сложенных как поленница. В центре рядом с расстрельным командой стоял штурмбаннфюрер Дорн. Так вот как выглядит моя смерть, подумала я. Примерно с таким стеклянным пугающим взглядом я и представляла потенциального серийного убийцу. На своём месте человек, далеко пойдет. Я захихикала истерично, так что аж хрюкнула. Он нахмурил брови, его явно доставало отсутствие страха у меня.—?Что не надумали говорить?—?Гори в аду, сука.—?Напрасно вы так. Даже не за идею ведь погибаете.Опасно его так распалять, отменит казнь и начнет пытать, но меня уже понесло. С бешенством в глазах, он приказал отвести приговоренную к стене. Слишком рано привели. Передо мной ещё один человек был. Испуганный мужчина, совсем еще молодой, но посеревший от страха, и я никак не могла определить сколько ему лет. Ему надели мешок на голову, вывели в центр. Солдаты прицелились по команде Дорна. Он поглядывал на меня изредка. Я же думала о том, что чувствовали солдаты когда стреляли. Какие мысли пролетают у человека в голове когда он вот так убивает. Даже не в бою, а просто как скот.Быстрей бы уже все кончилось, я не готова была долго ждать. С каждой секундой не думать о смерти становилось все сложнее. Особенно когда она вот так вот у тебя перед глазами. Сломаюсь и начну умолять. Тьфу, аж самой противно. Закрыв глаза, я думала в жизни после смерти, есть ли там что-нибудь? Скоро узнаю. Возможно скоро встречу своего дедушку. И бабушку, я её совсем плохо помню. Но больше всего хотелось встретить прабабушку в честь которой меня мама назвала. Она умерла за год до моего рождения и мама всегда с такой любовью о ней отзывалась. Добрая, отзывчивая, трудолюбивая прабабушка была хорошим человеком. Вряд ли она одобрит некоторые из жизненных решений которые я принял. Особенно если учесть, что прадедушка умер воюя с немцами. Но осуждать меня она не станет, не таким она была человеком.Грохот выстрелов. Я открыла глаза. Мужчине судя по всему попали в живот, он упал на землю и держась руками за него, дико кричал. Господи, да они мазилы! Я посмотрела на Дорна, он одними губами прошептал: Ты следующая.Дойдя до мужчины, он вытащил пистолет и застрелил его. Крики стихли. Труп оттащили к поленнице. Меня взяли за руки и повели на место где в землю еще не до конца впиталась кровь мужчины.—?Последний шанс сдаться. Зачем умирать так по-глупому? —?как демон-искуситель шептал Юрген.У меня хватило сил лишь мотнуть головой. Какой-то хрен пошел ко мне с мешком. Я дико затрясла головой. Нет, пусть смотрят мне в глаза, я надеялась что мой взгляд будет сниться им в кошмарах.Вот я стою перед взводом солдат. Все происходит как в замедленной съемке, они поднимают ружья. Дорн все еще смотрит на меня с надеждой. Больной ублюдок, если получится, я вернусь в качестве призрака и выкошу всю его семью.Высокий голос прорезает тишину.—?Да хорош измываться, ничего она не скажет.Откуда-то сзади подходит Гейдрих в идеальной форме и без следов побоев. Гладит меня по щеке как собаку.—?Умница. Хорошая девочка, я знал что ты меня не подведешь.Это все слишком. Слишком для меня, для моей психики. Я не понимаю, что происходит. Не понимаю чего мне следует бояться в тот момент. Мир вокруг темнеет и я теряю сознание от нервного перенапряжения.***Проснулась я на мягкой кровати, все еще в рваном платье. Кто-то положил меня и накрыл сверху одеялом. С трудом я поднялась, живот и спина болели. Синяки на спине превратились в одно сплошное фиолетово-синее пятно и каждое движение вызывало боль. Кое-как перекатываясь я докатилась до края кровати.Хоромы, в которых я оказалась, по другому и не скажешь, были очень богаты. Мебель в стиле Людовика XIV, дорогие шторы, мраморный пол с коврами. Камин. Хрустальные люстры. Сама кровать была произведение искусства. Огромная с балдахином, на ней спокойно могли бы разместиться пять человек. Много подушек и шелковое бельё. От великолепия и блеска слепило глаза.Встав я пошла искать ванную комнату. Предварительно захватив с собой рубашку и штаны из шкафа. Мылась я очень долго и больше лила воду на себя. Дотянуться до ног, не представлялось возможным, из-за боли в спине. Я вообще еле двигалась.Когда я выползла из ванной, Гейдрих уже сидел за накрытым столом. Я даже не удивилась. У параноидального шефа СД везде камеры и подслушивающие устройства. Он наверное узнал о моём пробуждении за пару секунд до открытия моих глаз.Я молча села за стол и принялась есть. Надо наесться и напиться, пока этот урод еще что-нибудь не придумал. После событий последних дней я была морально раздавлена. Больно осознавать что человек за которого ты готов был умереть способен на подобные измывательства.Он смотрел на меня некоторое время сквозь прищуренные глаза, потом сказал.—?Дуешься?Я молчала. И сосредоточенно ела клубнику. Крутой тут у него brunch*. Свежевыжатый апельсиновый сок, пухлые оладушки, бананы.—?Энн. Скажи что-нибудь. Мы оба слишком стары, чтобы играть в молчанку.Я вспылила.—?Я не старая. И вообще зови одну из тех молодых студенток и капай ей на мозги.—?Это еще почему?—?Потому что ты для меня мертв. —?драматично выкрикнула я.Он вздохнул. Заметил мои попытки достать тарелочку с заварным кремом, подтолкнул ее ко мне поближе. Из вредности я переключилась на мед. Он снова вздохнул.—?Так надо было. Создать видимость твоего ареста и допроса.—?Врешь! Ты просто отомстил мне за Клауса.—?Значит признаешь, что мстить есть за что? —?теперь он тоже начал злиться.—?Ты псих. Так только психопаты поступают.Он поморщился.—?Офицер допрашивающий тебя перестарался, он получил за это выговор.—?Выговор? Меня избили по твоему приказу.Рейнхард нахмурился.—?Считай это наказанием за то, что не вернулась ко мне.—?Что?! Меня чуть не убили из-за тебя. Ты обещал защищать меня и меня чуть не убили под самым носом у тебя.У него хватило стыда опустить взгляд.—?Да ты хоть знаешь через что мне пришлось пройти?—?Знаю. Я нашел преступников. Я знаю, что именно они сделали и про реку… тоже знаю. Я искал тебя вдоль течения много месяцев, но не нашел никаких свидетелей того, чтобы кого-то выловили живым из воды.Я вспомнила цыганский табор. Чувствуя как в горле застревает ком спросила:—?Кто это был? За что?Он долго молчал глядя на меня.—?Не имеет значения. Я разобрался.Возмущенная, я вскочила на ноги.—?Ещё как имеет. Я хочу знать кто меня чуть не убил. Вот когда тебя попытаются убить тогда и будешь мне рассказывать про значение.—?Моя бывшая жена. Лина. Из-за ревности.Я села за стол. Бывшая жена. Он её убил? В груди распространялось теплое чувство. Он отомстил за меня. За такое я готова была простить многое включая цирк с расстрелом. Возможно кто-то и осудил бы меня, за излишнюю кровожадность и мстительность, но мне все равно. Я всегда считала что наказание должно быть прямо пропорционально преступлению. За предумышленное убийство?— казнь, за изнасилование?— кастрация и так далее. Подставлять другую щеку, я перестала еще в раннем детстве, когда поняла что вокруг меня звери которые загрызут и даже глазом не моргнут.—?А мужчины которые исполняли?—?Один из них мой адъютант. Она его соблазнила. Второй его верный друг и помощник. Оба мертвы.—?Значит все трое мертвы. —?довольно сказала я.—?Двое. —?он поправил.—?Ты же сказал бывшая жена? —?я напряглась.—?Я развёлся с ней.Я вскочила на ноги, за секунду сорвавшись из спокойного состояния в безумный гнев. Такая ярость охватила меня, что в ушах зашумело из-за высокого давления. Глаза заволокла красная пелена. Трясясь от гнева, я уставилась на него. Он отложил в сторону нож для масла, готовясь к разборке.—?Давай-ка проясним кое-что. Она пыталась меня убить. А ты как её за это наказал?—?Развёлся.—?То есть никак. Развод это не наказание. Люди постоянно разводятся.—?Она мать моих детей. Энн не думай о ней, не стоит она того. Она лишилась своего социального положения, я перевел её на скромное содержание. Поверь, для такой как она это хуже смерти. Лина жила светской жизнью и обожала карабкаться вверх по социальной лестнице. Доживать долгие годы в деревне для нее ужасная судьба.—?Да пошел ты! И Лина твоя пошла! —?я истерила. Лютая обида охватила меня. Шрам в боку словно физически ощущался.Я побежала к двери. Он метнулся за мной. Поймал он меня уже в коридоре. Я брыкалась и проклинала его.—?Тихо! Не смей позорить меня перед прислугой и солдатами.—?Да чтоб ты сдох. Чтоб вы оба сдохли! —?испуганные фрау протирающиеся тряпками коридор, не смели никак реагировать на нашу ссору.Он закинул меня на плечо и унес обратно в спальню. Там он кинул меня на кровать. И упал сверху. Не знаю на что он рассчитывал. Может думал что секс как и прежде все сгладит между нами. Но я знала что не в этот раз. Такого предательства я никогда и никому не прощу. Драка между нами разыгралась серьезная. Я била его как умела, пыталась лягаться и кусаться. К его чести он лишь защищался. После того как я едва не откусила ему губу и попыталась выдавить пальцами глаза, он наконец-то понял, что в этот раз поцелуями не удастся меня задобрить. Спрыгнув с кровати он отошел назад к столу, глядя на меня с опаской и неверием, как на безумное животное.—?Или успокойся или я позову врача и тебе вколют успокоительное.—?Я тебя во сне убью. Только попробуй меня трахнуть. Убью. —?тихо, еле слышно пообещала я.Он услышал. Повернулся ко мне спиной. Мы оба долго молчали.—?Знаешь у меня ведь тоже есть причины на тебя злиться.Я вздрогнула.—?Ты передала информацию СССР. Мне пришлось потрудиться чтобы Генрих не подумал что утечка была через меня. Знаешь, что со мной бы сделали, если узнали бы? С моими детьми?Я молчала, я тут жертва, а не он. Не позволю себя разжалобить.—?Я очень переживал, когда потерял себя. Чуть не спился. Знаешь какого мне было найти тебя под Клаусом?Отвернувшись от него, я спустила ноги с кровати и села на краю.—?Я случайно на него набрела. Но думаю он больше меня заслуживает. Он не стал бы грозить пальцем человеку который пырнул меня ножом. В отличии от тебя он умеет и хочет защищать любимых.?Я два месяца провела в аду, корчась от боли. Потом еще четыре месяца практически инвалидности. Потом полгода кошмаров. Я до сих пор иногда просыпаюсь среди ночи. А ты ничего не сделал в отместку.Сглотнув комок в горле и смахнув слезы я продолжила.—?А я знаю почему. Я же никто. Так грязь под подошвой сапог. Я должна радоваться что великий ариец в принципе на меня внимание обратил, да? Куда мне до немецкой фрау. Азиатское отродье посмевшее ожидать нормального обращения. Да и развелся ты с ней потому что она посмела продемонстрировать непослушание или вообще ждал удобного случая, избавиться от опостылевшей жены.Он ничего не говорил. Для меня это было признанием правдивости моих слов.—?Мы с тобой год жили вместе, и я так и не забеременела. Раньше я не думала об этом, наивно полагала еще не время, что жизнь сама распорядится когда пора. Ты предохранялся за нас двоих, да? Поил меня в тайне отварами? Или сам пил? Не захотел славянское отродье? —?боль жгла в груди как раскаленные угли.Он повернулся ко мне лицом. В отличии от моего покрытого дорожками слёз лица, он выглядел так словно мы говорили о погоде. Холодные, безэмоциональные глаза смотрели на меня с жалостью, наверное. Сложно было сказать. Но это было как пощечина моей и так потрепанной гордости.—?А ты что думала, что я могу завести ребенка с гражданкой страны, на которую мы планировали нападать? Как долго думаешь я оставался бы шефом спецслужб, заделав ребенка большевичке? Ты знаешь сколько сил и здоровья, я вложил борясь с коммунизмом? Эта зараза всю мою жизнь предпринимает попытки расползтись по моей Родине. Как раковая опухоль.—?Я не коммунистка.—?Не имеет значения. В глазах моего народа ты всегда будешь врагом, угрозой. Сорняком который нужно вырвать с корнем.Вот и поговорили. Встав я вытерлась как могла рукавом.—?Я ухожу. Остановить меня ты можешь только посадив в камеру или убив. Или я сама себя убью.Я пошла к двери.—?Не глупи. Со мной тебе будет безопаснее и сытнее. Куда ты пойдешь? В разрываемом войной мире? Без родных и друзей? Без меня ты не протянешь и недели. Хочешь сдохнуть с гордостью в какой-нибудь канаве? Я всегда с тобой хорошо обращался. Дал тебе крышу над головой, одежду и еду. Я даже дарил тебе украшения. Тебе не на что жаловаться.Я ничего не ответила, лишь ускорила шаг. Пусть плюется ядом. Он догнал меня, пошел следом.—?И не думай, что прибьёшься к Клаусу. Ты ему не нужна.На этот раз наживку я не проглотила. Мы добрались до входной двери. Я начала дергать замки пытаясь отпереть замки. Весь остальной дом был таким же богатым как и спальня. Спиной я чувствовала его взгляд.—?Ну и иди. Вернешься когда проголодаешься.Едва не плюнув ему под ноги, я наконец-то справилась с замком и выбежала наружу. Слезы застилали глаза, попадающиеся навстречу офицеры и солдаты меня разглядывали, но сил сдерживаться уже не было.* brunch?— бранч, поздний завтрак. Слово, образованное от br[eakfast + l]unch. В течение последних 100 лет перешло из университетского сленга в более широкое использование. В Англии brunch чаще всего едят по воскресеньям около 11 часов дня, когда слишком поздно для завтрака и слишком рано для ланча.