Дай мне сил подавить ненависть (1/1)

Мы отпраздновали и пошли медленно гулять по улицам Токио. Шинпэя расспрашивали обо всём. Что он любит, чего не любит, откуда родом и так далее. Он всё рассказывал вкратце, не вникал в подробности. Что бывает редко. Обычно, при знакомстве рассказывают всё долго и нудно, так, что аж интерес пропадает. После своих рассказов Шин спрашивал: "А вы от куда? А вы что любите"...все по очереди отвечали. Я же шёл позади и не вникал в суть их рассказов.— Чию-сан, а вы что любите? — вдруг спросил Шинпэй.Блин! У меня снова глюк или он по правде как-то по-другому со мной разговаривает? Я на доли секунды забываю про ненависть, но потом её становится всё больше и больше.— Не твоё дело... — вырвалось, губы словно бы сами произнесли эту фразу, я даже не думал о ней.Все уставились на меня.— Ладно. — Шин мило улыбнулся, и некое странное тепло разлилось по моему телу.Я единственная преграда, которая не даёт ему нормально влиться в коллектив SuG. Что за отвращение у меня к нему?На следующий день, на репетиции, менеджер сказал, что скоро будет концерт, в котором мы объявим Шина, как нашего нового барабанщика. А когда точно он будет, не сказал. Такеру объявил перерыв, все ушли, и я один остался сидеть в студии и массировал виски. У меня так болит голова от игры Шина, но почему-то, когда он улыбается, не смотря на мою вчерашнюю грубость, мне словно становится лучше. Но у меня нет сил подавить эту ненависть. Шинпэй, я правда хотел бы, но не могу. В студию заходит Шин.

— Чию-сан, ты тут один? — с чего это вдруг на ?ты?? — Остальные еще не вернулись...хм...Я посмотрел на него. Маленький, но оказывается, что у нас совсем небольшая разница в возрасте. Такой добрый. Интересно, это просто он такой стойкий или ему по правде пофиг, какое у меня к нему отношение? Спросить — не спросить? Спросить — не спросить... спрошу.— Шинпэй… ты обиделся на вчерашнее моё высказывание? — неуверенно и монотонно спросил я.— Нет, — он улыбнулся и сел рядом со мной.Я немного дёрнулся в сторону, но поскольку это был край стула, пришлось остаться на месте. Так близко. Меня снова воротит, снова борьба ненависти с каким-то другим, странным чувством. И... он не обиделся? Как? Но... правда ли?— Правда? — немного удивлённо спросил я.— Да, мне незачем на тебя обижаться. Я знаю, что ты скучаешь по Митсуру, и поэтому не обижаюсь.

Имя Митсуру из его губ прозвучало так, что меня словно... словно что-то ударило в грудь. Я растерялся. Затряс головой, потом схватился за волосы и начал их медленно теребить... Закусил губу, так сильно, чтобы это помогло очухаться и собраться с мыслями. Шинпэй положил руку мне на плечо. Словно на кнопку нажали, я дёрнулся, встал, взял гитару и накинул ремень. Шин удивлённо посмотрел на меня. Потом удивление на лице сменилось на мягкую улыбку. Я зажмурил глаза, потому что просто не мог на нее смотреть. Мне стало то ли лучше, то ли хуже. Я не знаю, но от этого всего, меня аж мутить. Я сглотнул и открыл глаза. Барабанщик всё еще смотрел на меня. Наши взгляды встретились. Я понимаю, что не могу ни отвернуться, ни закрыть их. Я словно заморожен. Наше молчание длилось секунд тридцать, потом Шинпэй отвернулся, встал и потянулся. Тут зашёл Масато с бутылкой воды, за ним о чем-то разговаривающие Юджи и Такеру. Шин уселся за барабаны, а я всё так же стоял на месте.— Ну что? Продолжаем? — спросил Такеру.— Хааай! — сказали все хором, и репетиция продолжилась.После ее окончания, я собирался дольше всех. Все уже ушли, а Шин уже подошёл к двери, но обернулся и посмотрел на меня.— Чию-сан, ты еще долго? — спросил он.— А что? — я еле-еле переборол себя, чтобы не сказать "Тебе-то что?"— Я хотел тебя подождать, чтобы вместе пойти. Надеюсь, ты не против?Что? Пойти со мной? Отказать или нет? Что мне делать? Я же так его ненавижу. Может, если я схожу с ним, то эта ненависть утихнет? Стоит попробовать.— Ладно... — сказал я и вместе Шином вышел из здания.— Ты не сильно устал? — вдруг спросил Шинпэй.— Да нет.— Может, тогда зайдём ко мне?Что? Господи, да у этого молокососа вообще никакой логики нету. Как можно приглашать человека к себе, если он чувствует к тебе отвращение? И тем более, точно зная об этом, всё ровно пригласить! Совсем...— Нет.Он как расстроено на меня посмотрел. Этот взгляд меня задел, словно я что-то ужасное сказал или сделал. Он так похож на ребёнка.— Прости, я не могу подавить свою к тебе ненависть. Извини, — я опустил голову.Шин улыбнулся. Я поднял голову, ради того, чтоб снова увидеть, как он улыбается. Не знаю почему, но мне становится легче от его улыбок, правда. Наверное, будет эгоистично, даже очень, желать, чтобы он всегда улыбался.

— Ничего, — он посмотрел по сторонам.Было уже поздно и хотелось спать, а вот уходить, почему то нет. Мне так тяжело быть наедине с ним, но мне кажется, так я быстрее смирюсь с его присутствием в группе. Почему... почему Шин мне так напоминает себя? Странно, я не могу понять почему, но твёрдо знаю, что это так... напоминает.— Слушай, Шин, завтра еще увидимся... пока.Я быстрым шагом пошёл прочь. Не хочу смотреть на него, особенно сейчас, когда я так резко ушёл... Весь путь до дома я не мог понять, чем Шин мне напомнил себя. Задумавшись, я поднял голову к небо, потом опустил. А не тем ли, что я тоже когда-то был новеньким. Мне всегда было интересно, что думают обо мне Такеру, Юджи и Масато. Мне казалось, что у них ко мне такая же ненависть, как сейчас у меня. Я им улыбался, был любезным и дружелюбным. Не так как Шинпэй, я был более тихим и замкнутым, но все мои улыбки и любезности были ради того, чтоб стать единым коллективом с ребятами. Да, вот чем... Помню, тогда Такеру принял меня самым первым. Мы с ним сдружились, а вскоре с Масато и Юджи тоже. Последним был Митсуру. До сих пор помню, как он аж неделю ходил и бычился на меня. От этого воспоминания, я невольно заулыбался, поднимаясь в свою квартиру. Наверное, я неправильно поступаю, по отношению к Шину. Надо будет извинится завтра перед ним.