Часть 44 (2/2)

- Есть! – раздался голос Сасагавы. – Мы в зоне!- Нам еще два квартала! – крикнул подрывник, и Савада передал его слова по рации.- За нами экстремальный хвост! Поторопитесь уже!Выехав из переулка на шоссе, Гокудера повернул вправо. Сзади раздался визг колесных шин.- Черт, они сзади! Преследовали нас по шоссе! – заорал Тсуна и попытался прицелиться, но ничего не выходило: его слишком мотало, а рука все так же дрожала от переизбытка адреналина. Вторая рука для стрельбы не годилась вообще.- Сожрите, выродки, - мстительно произнес Гокудера и, на пару секунд отпустив руль, зажег и бросил два снаряда далеко за спину, после чего снова выжал из мотоцикла всю скорость. Сзади сильно громыхнуло.?Еще немного, - сжимая зубы, исступленно думал Гокудера. – еще совсем немного!?.- Они снова идут! – в панике вскрикнул Тсуна, увидев сзади два мотоцикла.

Последние метры, и…- Давай! – рявкнул Ураган, и Десятый нажал на кнопку:- Мы в зоне! Давай, Мукуро!- Куфуфу, - из динамика полился ядовитый смех. – Уже спешу на помощь.Почувствовав легкую дрожь, Тсуна поежился и, повернувшись назад, увидел, как в ужасе остановились два мотоциклиста и стали переговариваться между собой, размахивая оружием.Вздох облегчения. Опасность осталась позади.- Думаю, нам лучше уйти с линии огня. Хоть иллюзия и скрывает нас, они могут дать контрольную очередь, - более-менее успокоившись, сказал Тсуна, и подрывник кивнул:- Сейчас будет поворот.Вскоре они свернули и, проехав еще немного по дворам, оказались в месте встречи – около черного входа в книжный магазин. Там их уже ожидали трое: осматривающий мотоцикл Мазуми, помогающий ему Реохей и сидящий с закрытыми глазами в позе лотоса Мукуро.***Убитый издал рваный вздох, а затем тихий свист перед тем, как упасть с перерезанным горлом в руки убийцы. Жертву тут же затащили в небольшую выемку в переулке, оставив лежать рядом с прочими телами.- Здесь все, - оповестил командира один из Каваллоне.- Отлично. Идем по плану дальше.На охране не было каких-либо опознавательных знаков типа шевронов на одежде или татуировок – по крайней мере, на видимых для окружающих частях тела. Сами они наемники, что уже во многом облегчает задачу – они не принадлежат к клану, а значит, вероятность того, что диверсантов раскусят, значительно снижается. Взяв их устройства связи, отряд Каваллоне продвинулся ближе к зданию клуба.У входа их встретил кто-то из местной шайки.- Черт подери, какого хрена так долго? Быстро встали на пост! – скомандовал он и, повернувшись, зашел внутрь здания, прибавив при этом:- Хренова куча дерьма, а не наемники.

Отряд разделился: пять человек остались дежурить у входа, десять отправились в зал. Командир пошел вместе с ними.Переговорив с внутренней охраной, он вернулся к своим людям и по-японски заговорил:- Будем внутри. Здесь становится опасно для жизни господина Накаоки, поэтому мы должны раскинуться по периметру и тщательно следить за каждой мелочью. Если увидите что-то подозрительное – сразу докладывайте.- Так точно, - ответили ему остальные и разошлись по разным сторонам. Если их разговор каким-то образом и услышали, то ничего подозрительного в нем не найдут.Когда Мако занял свою позицию, он стал искать взглядом свой отряд. На глаза попался Ямамото, сидящий в наушниках у вертушек и с сосредоточенным видом подбирающий аранжировки к музыке. Вот его люди, вставшие на лучшие позиции зала ближе к сцене – месту, где появится Хибари Кёя. Оставалось только надеяться, что он не дурак и понял, что ему передали сообщение в программе.Взгляд упал на невысокого мужчину в костюме, излишне жестикулирующего и обладающего редкой щетиной. Это и есть Накаока, подумал Мако, он не годится в главу семьи. Но что бы там ни думали окружающие, видимо, Накаоку это волновало мало – он вел себя самоуверенно и встречал гостей на широкую руку, проявляя этим расточительность и несдержанность, недопустимую для лидера. Размышления главы отряда прервал сам Накаока, встав на видное место и привлекая к себе внимание.- А теперь, дамы и господа, я представлю вам мое сокровище, мою личную маленькую победу! Смотрите и наслаждайтесь зрелищем – один из Хранителей Каваллоне, Хибари Кёя, собственной персоной!***Я стоял за кулисами и ждал, когда меня объявят. Ну или дадут знать, что пора идти – остальных стриптизеров не объявляли, они танцевали в свободном порядке. Внутренне подобравшись, я выровнял дыхание и приказал себе не волноваться: в конце концов, я уже видел Ямамото, а это значит, что они все же здесь и они помогут. Сжав руки в кулаки, я вдохнул и выдохнул, с решительностью глядя на край сцены, переливающейся разноцветными огнями.

- …Смотрите и наслаждайтесь зрелищем – один из Хранителей Каваллоне, Хибари Кёя, собственной персоной!Что?..Кто-то толкнул меня в спину, и я чуть не упал вперед. Буквально окаменев, я стоял за кулисами, не в силах даже пошевелиться.Что происходит?- Давай уже, твой выход, - сказал кто-то сзади, и эти слова эхом пронеслись у меня в голове. Мой выход… выход Хибари Кёи.

Внутри обожгло страхом и ноги слегка задрожали.

Как это могло произойти? Откуда он узнал мое имя? Почему?Снова толчок, и я оказываюсь совсем близко к сцене. Слышу аплодисменты и чьи-то выкрики. Сердце начинает предательски быстро колотиться о грудь, и воздуха стало не хватать – мной завладел страх.Но стоп! Он сказал ?один из Хранителей Каваллоне?. Что это значит? Кто мог предоставить им такую информацию? Если это отвлекающий маневр и меня хотели защитить, то зачем тогда сообщили мое настоящее имя?В результате меня взяли под руки и подвели к краю сцены. Хотят, чтобы я, как обычно, изящно выскользнул из-за кулис и начал сводить с ума публику.План провалился? Или это часть плана? Что мне делать?Заиграла музыка, и выбора у меня не осталось: теперь я могу только плыть по течению и надеяться на зверька.Выйдя на сцену, я увидел много людей – десятки самых разнообразных лиц, но я видел их одинаковыми – насмехающимися, злорадствующими. И видел самодовольное лицо Накаоки. Вот оно что – вот что он держал в козырях.

Начинаю танец, покачивая бедрами. Ни в коем случае нельзя выдать своего страха, даже если он сковал меня с ног до головы, и каждое движение дается мне с трудом. Я должен вынести это, я не могу показать свою слабость, даже если толпа глумится надо мной. Если того требует цель, я упаду. Если того требует спасение меня, Юки и Дино – я все сделаю.Тело раскрепощается навстречу музыке – и я уже вовсе не Хибари Кёя, а истинно Кобаяси Ханока, исполняющий свой танец страсти. Ловить течение музыки и окунаться в него, жить ритмом музыки, дышать ритмом музыки и не контролировать свое тело – идти на поводу инстинктов.

Самому стать продолжением музыки.Снимаю с груди свои перья, стараясь показать каждый изгиб тела, выгибаюсь у шеста и скольжу по нему, медленно и сексуально, чтобы в следующий миг снова сорваться в омут страсти и вырвать из чьей-то груди восторженный вздох. Смотрю в глаза Накаоке с вызовом, но он лишь улыбается. Он думает, что я не всерьез.Но ты… просчитался.Выключается свет, и я быстро падаю на пол на случай стрельбы. И мои ожидания оправдываются – начинается перестрелка, и толпа начинает визжать так, что перекрывает даже звуки выстрелов. Я перекатываюсь ближе к кулисам, через пару мгновений включили свет в зале, и я увидел бойню. В толпу со всех сторон обрушился шквал огня, и на месте гостей, пытающихся вырваться, оставались лишь окровавленные тела. За кулисами послышались визги стриптизерш, но мое внимание было приковано к залу: во что бы то ни стало надо взять Накаоку живым.

- Хибари! – раздался знакомый голос, и мне по полу швырнули пистолет. Краем глаза заметив, что это был Ямамото, я подпрыгнул с пола.- Найди Юки! – крикнул ему и обернулся, тут же наткнувшись взглядом на своего врага.Я увидел, как он, пригнувшись, пытается прорваться к сцене и уйти через кулисы, а один из палящих по толпе охранников, заприметив это, наставил на него дуло автомата.- Нет, он мой! – заорал я и понесся к Накаоке. Прыгнув со сцены, я столкнул его на пол, перекатываясь вместе с ним и пытаясь удержать. Над головой свистнула пуля, поэтому я нагнулся к нему ближе, заглянув прямо в глаза.- Я никогда не прощу тебе того, что ты сделал с Дино, - твердо проговорил я, замечая, как расширяются от страха его глаза, и ударил рукояткой пистолета рядом с виском. Он обмяк в моих руках, но я не думал ослаблять хватки: этот ублюдок мог запросто сбежать, стоило бы мне отвернуться. Я еле поборол желание придушить его собственными руками – перед глазами всплывали убитые Каваллоне, избитый и униженный Мазуми, измученная заточением Юки… Вспомнился Дино, который находится сейчас в критическом положении, вспомнилась мать, которая наверняка помогает разгрести этот скандал… Изо всех сил сжав зубы, я зажмурился. Неужели произошло столько всего? Неужели я перенес побои и издевательства Накаоки, не сломался и смог помочь Дино и остальным?

Видимо, самое страшное уже позади.Между тем, стрельба постепенно стихла. Я огляделся: по всему залу расхаживали Каваллоне и что-то делали с трупами, но я не решался посмотреть, что: все же зрелище было отвратительным, как и запах свежей крови вперемешку с запахом внутренностей.

- Хибари Кёя, Вы в порядке? – я поднял голову и увидел перед собой светловолосого иностранца с автоматом в руках. – Нам нужно уходить отсюда.- В порядке. Надо связать этого… - я отодвинулся, и человек стал связывать Накаоку. На другом конце зала что-то хрустнуло – это Ямамото осторожно повел Юки по краю в сторону выхода, чтобы она ненароком не увидела в пыли и дыму окровавленные тела. Каваллоне управился с пленником и взгромоздил эту тушу себе на плечо, заставив меня лишь подивиться такой неистовой силе.- Группа зачистки разберется с телами. Мы уходим через черный ход, где нас встретит подкрепление. Мы доставим Вас в безопасное место, - и он пошел вперед, я сделал шаг в его сторону, но споткнулся обо что-то, и, опустив взгляд вниз, признал в валявшемся предмете тот самый пистолет, что мне бросил Ямамото. Без раздумий я взял его и направился за Каваллоне.У выхода нас действительно поджидало подкрепление. Меня посадили в одну машину с Юки и Ямамото: девушка радостно обняла меня, а мечник только пожал руку, немного смутившись. Все же, что бы он ни говорил тогда по поводу порнухи, мой танец для него все же оказался неожиданностью.Мы ехали около получаса, и все трое успели задремать на плечах друг у друга: каждый устал по-своему. А я-то как устал – на всю жизнь приключений хватит!

Автомобиль резко затормозил, и я тут же проснулся, оглядываясь по сторонам.- Мы за городом. Сейчас погрузим Вас в самолет и увезем в Италию, - прокомментировал события водитель и вышел. Мы поторопились за ним.Под покровом ночи на ровном поле стояли еще две машины, и оттуда, едва мы вышли, в нашу сторону ринулся Мазуми, и Юки сорвалась навстречу ему. Она прыгнула на парня, обхватив и ногами, и руками, и расплакалась. До моих ушей донеслись обрывки их разговора, однако внимание переключилось на уставших, но довольных собой вонгольцев во главе со зверьком.- Хибари, экстрим тебя поимей, ты живой! – поприветствовал меня Реохей и хлопнул по плечу, заставив поморщиться от боли. Тсуна счастливо улыбался, и даже Гокудера не кидал в мою сторону недовольные взгляды – все были рады моему возвращению.Как тогда, в больнице. Когда я только узнал, что не смогу ходить. Они все были рядом со мной, приходили даже тогда, когда я был в коме. Почему? Почему они так цепляются за меня? Зачем я всем им нужен?- Вы молодец, Хибари-сан, - робко проговорил Савада. – Теперь мы сможем уладить этот конфликт. А все благодаря Вам!Я опешил. Благодаря мне? Да благодаря мне, вся эта резня и началась!Отвернулся. Черт, как же паршиво: они искренне верят, что я, пожертвовав собой, пошел в логово врага, чтобы выручить Юки и помочь Дино, а на самом деле я и стал предметом раздора. Если бы не я, не погибли бы все эти люди, не было бы всего этого ужаса.… Я уже и не думаю, с каких пор стал принимать все так близко к сердцу. Прошлый я и нынешний – два разных человека. После всего, что эти люди для меня сделали, я не могу их презирать, как раньше. У меня… язык не поворачивается сказать что-то плохое о них. Внутри только странное тепло от их вымученных улыбок – они сражались, рисковали своими жизнями, чтобы спасти меня. Они считают меня другом.Разве не это причина считать этих людей – искренних, отзывчивых и самоотверженных – своими друзьями? Ведь именно так в своих зарытых глубоко мечтах я и представлял настоящую дружбу.- Какие распоряжения по поводу пленника? – выведя меня из размышлений, спросил подошедший к нам спецназовец Каваллоне, и Тсуна кивнул мне в знак того, что относительно этого ублюдка все дела решаю я.- Мы везем его с собой. Савада, нужно разделиться, - обратился к зверьку, – Я полечу в Италию вместе с этим травоядным и разберусь в деле. Тебе тоже нужно лететь как боссу Десятого Поколения. Но остальные должны остаться здесь, чтобы не подвергать лишний раз свои жизни риску. Поэтому, - обвел взглядом остальных. – Вы трое остаетесь здесь…- Черт с два! – перебил Гокудера. – Я еду вместе с Джудайме.Похоже, ничего не меняется.- Мы можем передать остальное Десятое Поколение под юрисдикцию Вонголы? Здесь ведь есть подразделение CEDEF? – спросил у Каваллоне, и он кивнул. – Тогда решайте между собой, кто останется. Только быстро. Мы теряем время. Если вы, травоядные, остаетесь здесь, присмотрите заодно за этими двумя голубками, - и кивнул в сторону словно прилипших друг к другу Мазуми и Юки.- Чего это ты раскомандовался опять? – снова возмутился Гокудера, но Савада целомудренно положил руку ему на плечо и согласился со мной.

Так как экипаж был уже готов ко взлету, я направился к трапу, но меня остановил Мазуми.- Спасибо тебе. Спасибо, что позаботился о ней, - сбивчиво проговорил он и обнял меня.- Если хочешь меня поблагодарить, дай мне свою одежду, - заявил я, отходя на шаг назад. Он лишь улыбнулся и скинул мастерку.Быстро накинув его одежду поверх своих тряпок, я все же добрался до трапа и сел в самолет. Так как самолет был военным, салон представлял собой две параллельные длинные скамьи. Очевидно, аппарат предназначен для перевозки десантных групп – подвязанными на стенах и под скамьями лежали парашюты. У него, должно быть, надолго хватит топлива, но останавливаться для заправки все равно придется, и много раз.

Следом за мной зашли Савада с Гокудерой и Хром.- А ты что тут делаешь? – спросил я и сам тут же нашел ответ. – Слушай, ты ведь сможешь с помощью Ананаса связаться с Дино?Девушка лишь кивнула и заняла место, буквально вжавшись в уголок и крепко держа в руке свой трезубец. На борт погрузились остальные члены экипажа вместе с тушей нашего пленника, которую уложили на одно из сидений и плотно привязали. Гокудера посадил зверька на сидение и принялся перебинтовывать его плечо.- Это где тебя так? – задал вопрос я.- В особняке, - коротко ответил Савада, не решившись, наверное, вспоминать ту неудачную операцию. Подрывник поджал губы и слегка побледнел: должно быть, многое повидал в тот раз.- Вам не больно, Джудайме? Здесь есть аптечка, я могу дать Вам обезболивающее, - заботливо проговорил он, аккуратными движениями обматывая бинтом руку.- Да, если можно.Я чего-то не понимаю, или Гокудера действительно неровно дышит к зверьку?

Ладно, не об этом нужно думать. Сейчас есть немного времени на отдых, поэтому нужно…

Черт, совсем забыл!

- Эй, - я подошел к одному из Каваллоне. – Почему они знали мое имя? И почему сказали, что я Хранитель Каваллоне?Он лишь удивленно на меня вытаращился, а потом подозвал командира, который о чем-то переговаривался с пилотом.- А, Вы об этом, - произнес командир и виновато улыбнулся. – Видимо, снова произошла утечка, но мы вовремя перехватили сообщение. Мы исправили текст так, что Вы оказались Хранителем Каваллоне. Это послужило своего рода уловкой для врага, сообщение было доставлено, и мы смогли получить координаты поставщика. О нем уже доложено, и он устранен. Таким образом, мы подтасовали информацию, и Вонгола не пострадала.- Могли бы вообще ничего не отправлять, если на то пошло. И имя им мое не говорить, - недовольно проговорил я.- Нельзя. Если бы сообщение не дошло, стало бы ясно, что его перехватили. К тому же, нас могли запеленговать со спутника, и тогда сорвалось бы неожиданное нападение.

А я об этом, конечно же, не подумал.

- Я понял. Спасибо за информацию, - с этими словами я вернулся обратно к остальным и плюхнулся в сидение, стараясь ни о чем не думать.Минут через пять объявили взлет и попросили пристегнуться. Я хотел было помочь Хром разобраться с креплением, но меня выручил подрывник. Пережив несколько минут тряски и легкого страха, все мы расслабились после сообщения о том, что мы в воздухе и постепенно набираем положенную высоту. Здесь, среди друзей и подчиненных Каваллоне, мой организм почувствовал себя как дома, а потому вскоре я заснул, сидя пристегнутым на жесткой скамейке.***Погода в Италии полностью соответствовала настроению Дино: чистое синее небо, яркое солнце, но отчего-то ощущение пустоты. Когда небосвод не украшен хоть одним легким белоснежным облаком, кажется, будто ты один на один с этой лазурной бездной, что раскинулась над твоей головой. Ты чувствуешь свою значимость, чувствуешь ответственность, но нет той легкой пушинки, что принесла бы хоть крупинку смысла твоему существованию.С такими мыслями Десятый Каваллоне смотрел в окно, уже полностью готовый для визита к Девятому Вонголе. Они потребовали объяснений, они в ярости, и возможности остаться с ними в дружеских отношениях практически нет. Если бы только отряд Мако вышел на связь и обрадовал какой-нибудь хорошей новостью… да любой новостью – неопределенность положения раздражает больше всего. Придти на ковер к Тимотео и рассказывать о том, чего в душе не знаешь, - довольно сложная задача и опасная для жизни всего клана. Что ни говори, Каваллоне далеко до мощи Вонголы, особенно, если учесть, что в их союзе именно Вонгола была щитом и мечом. Кроме того, Вонгола располагает многими секретными данными, касающимися устройства и расположения сил Каваллоне, и может запросто продать их другим кланам. Тогда преимуществ у Каваллоне не останется.Дино нахмурился. Из любой ситуации есть выход. И здесь он тоже есть – просто почему-то этот выход опаздывает с докладом о ситуации.

- Босс, - в приоткрытую дверь заглянул Ромарио. – Нам пора идти.- Мако не докладывал? – спросил Мустанг, подходя к столу и беря в руку дипломат. Вторая рука так и была загипсована по самый локоть, что существенно понижало уверенность в себе.- Еще нет. Пожалуйста, сосредоточьтесь на переговорах.Дино слегка поморщился, просматривая бумаги и укладывая их в кейс.

- Я понимаю, что Вы беспокоитесь о Хибари Кёе, но все же я думаю, повода для этого нет. Что говорит Вам Ваша интуиция?

- Она молчит, - глухо отозвался блондин и защелкнул застежки на дипломате, после чего выпрямился и, крепко ухватив ручку сумки, двинулся к выходу. Ромарио остановил его у выхода и осторожно поправил галстук, проверяя заодно, ровно ли сидит костюм на его боссе.- Дино, - серьезно произнес бразилец не по уставу, взяв Дино за плечи и глядя в глаза. – Я знаю тебя с малых лет. Я видел, как ты рос, как мужал и взрослел. Я помню твои ошибки, твои достижения, поражения… И поэтому я с уверенностью могу сказать, что верю в тебя. Через что бы ты ни проходил, ты всегда находил выход даже там, где другие его не видели – именно поэтому ты стал боссом. Ты достойно держался и поднял наш клан буквально с колен за какие-то четыре года. И сейчас, когда с нами случилась эта беда, мы все, как один, пойдем за тобой. Какое бы решение ты ни принял, мы с тобой. И Хибари Кёя с тобой – не потому ли он помогал тебе, рискуя жизнью? Не потому ли, что верит в тебя?

Дино отвел взгляд, и на лице его отразилась душевная боль.- Он любит тебя, Дино. Если бы это было не так, Ненасытный Ястреб не встала бы на нашу сторону. Поэтому соберись и подними голову. Ты босс, равный Тимотео. Ты не виноват, поэтому не чувствуй себя виноватым. Хибари Кёя успеет вовремя, разве нет? Он же ненавидит, когда что-то происходит не по расписанию. Вот увидишь, он придет.Мустанг взглянул в глаза своего Хранителя и слегка усмехнулся.- Кёя придет, но не ко мне. У него есть свой клан, и он делает все возможное, чтобы не случилось войны. Да и Хибари-сан в опасном положении. Поэтому, Ромарио, не говори мне о нем. Мы вычеркнули друг друга из…- Да? А не ты ли звонил ему с месяц назад?- Звонил. Теперь я думаю, что лучше все же нам забыть друг о друге. Если будет война, он станет мне врагом, как и я ему, - Дино отодвинул с дороги Хранителя и сделал несколько шагов вперед, - Эти чувства причинят только боль и вред, - тихо добавил он и уверенно пошел по коридору, оставив Ромарио стоять у дверей.?Ты все больше становишься похожим на своего отца?, - с грустью подумал бразилец, глядя вслед мужчине, и поторопился за ним.