13. Проклятье. (1/1)

Я вовремя пришел. Варут только начинал готовить. Мы вместе сделали салат и собу с курицей на ужин.—?Ты сегодня очень задумчивый, что –то случилось? —?спросил он меня, когда я мыл посуду, а он ее протирал полотенцем.—?Ничего… просто устал,?— вру я, потому что не хочу ничего рассказывать.Мне так хорошо с ним и я не хочу вспоминать о Кине и Нате. Сны больше не снились, не у меня ни у него.—?Много домашки?—?Да не так уж. Прости, мне нужно побыть одному,?— очень тихо говорю я. —?Пойду, пробегусь.—?Хорошо, —как-то холодно он отвечает и, протерев последнюю тарелку, выходит из кухни.Я его обидел? Домывая стаканы, я выбегаю на улицу и сажусь на качели у соседнего дома. Читаю про то, что Кин, убежавший от врачей, поднялся на крышу госпиталя и упал. Понятно, почему мне снились падения. Ната действительно кто-то поджарил, но кто и зачем никто не написал.Я набираю сайт черлидеров и захожу в раздел ?История Клуба?. Там везде фотографии ребят с их наградами, под фотками подписаны даты соревнований, я листаю до 2020 года и вижу фотку Ната и Кина, держащих кубок, и других ребят. Черт… Нат так похож на Варута, но все-таки у него другие глаза. Узнав приблизительную дату, ищу новости и нахожу статью про их смерть на сайте KinNatOfficial на фейсбуке. И первое что я там вижу?— это закрепленный пост с фотографиями Кина и Ната с чёрными лентами и надписью R.I.P. (Кин 2000-2020, Нат 1999- 2020). ?Ваша пара вдохновляла всех нас!?Эти парни умерли 23 года назад, но их страничка на фейсбуке все еще существует.Я проматываю ленту новостей, где запостили сгоревшее тело Ната и лежащего в луже крови на асфальте Кина. Комментарий админа был очень странный: ?Простите. Это я виновата. Не стоило заговаривать вас на любовь. Я не знала, что кто-то сможет обратить это колдовство против вас!?—?Ерунда какая-то бормочу и вздрагиваю от звонка телефона.—?Но, ты уже два часа бегаешь. Уже поздно, пожалуйста, приходи уже домой.—?Да, извини Рут, скоро приду,?— говорю я и встаю с качелей. Подхожу к турнику и отжимаюсь, чтобы хоть чуть-чуть вспотеть и не вызвать подозрений.Вернувшись домой, я бегу как всегда в душ, как делал всегда после пробежки. Когда вхожу в комнату, Варут, лежа на кровати, укрывшись одеялом, что-то читает.—?Ты меня избегаешь? —?внимательно смотрит он на меня.— Я тебе надоел? Расскажи, я пойму.- Отложив книгу на кровать, спросил он у меня.—?Избегаю? Нет! —?хмурюсь я.— Надоел? Никогда! —?отвечаю и заползаю на кровать, а потом уже и сажусь на него.— Кто я для тебя, Рут? —?спрашиваю я, боясь посмотреть ему в глаза, поэтому просто сижу на нем, опираясь на его грудь.— Проект по спасению? Ребенок, которого ты из-за своей доброты не выгоняешь? Для соседа я слишком ничтожен, и мало тебе помогаю в финансовом плане.—?Как кто? Я думал мы встречаемся, и ты- мой парень,?— ответил он и сердце в моей груди сделало сальто.— Или я ошибочно так думал и ты считаешь иначе?—?Просто мы не говорили об этом.—?Не хочешь быть моим парнем?—?Нет, что ты! Хочу!—?Пока ты несовершеннолетний, я не хочу об этом распространяться… Поэтому тебя никуда не вожу. И мы сидим дома. В восторге от этого разговора я наклоняюсь к нему и целую его в губы.—?Мне с тобой так хорошо,?— шепчет он в мои губы, водя руками по моим ребрам из-за чего я тихо мурлычу.— Пожалуйста, рассказывай мне что с тобой происходит. Я же волнуюсь. Ты же мне не чужой.—?Очень. Даже. Близкий,?— шепчу я, стягивая с него трикотажные штаны и целуя в пупок, проникая в него языком и слыша как он тихо стонет.—?Ты не снял эти линзы… это так необычно,?— шепчет, поглаживая меня по голове.—?Наслаждайся,?— улыбаюсь я и не отводя от него взгляда, спускаю с него трусы и провожу по его члену языком.Нат прикусывает губу, а я все продолжаю его облизывать…—?Но…- шипит он.Я не особо часто это с ним вытворял, потому что обычно Варут не просил об этом. Только облизав головку его достоинства, я дико завёлся. Он так вкусно пах мылом. Нежная кожа и солоноватая на вкус естественная смазка просто лишила меня способности соображать. Хочу его довести до оргазма, он всегда меня останавливал, чтобы потом поджать под себя, но не сегодня.Путь говорит что угодно. Я должен доказать себе, что могу сам заставить тебя кончить. Я двигаю рукой вверх и вниз по его стержню, чувствуя небольшой дискомфорт из-за невозможности сглотнуть слюну, когда во рту посасываешь член своего парня. Да… мой парень… Нужно вспомнить, что обычно он вытворяет со мной. Я гуляю языком, играясь с уздечкой, сжимая еще сильнее член в своей руке.—?Но, если ты не прекратишь, я…—?Я этого и хочу,?— хриплю я пересохшим горлом.Не в силах поддерживать контакт глазами, закрываю их и он впивается пальцами в мою голову. Начинает двигать бедрами навстречу моей руке и рту. Надрывно вздохнув, шумно выдыхает, наполняя мой рот теплой спермой, я, наконец, сглатываю, но не слюну.—?Но, что на тебя нашло? Ты конечно страстный мальчик но… —?с волнением всматривается в меня Рут.—?А что я не могу сделать приятное собственному парню? —?смакуя каждое слово перекатываюсь на спину я, испытывая жуткое напряжение в паху и чувствую как его губы накрывают мои и он шепчет:—?Как же я жду, когда тебе исполниться 18, чтобы можно было спокойно водить тебя на свидания.—?Рут,?— шепчу я, схватив за затылок, и кусаю его сладкие пухлые губы.Все тело горит. Член словно свинцовый, но Варут до него добирается своими руками, ласкает и стягивает с меня трусы.—?Какой ты сладкий,?— шепчет мне такие приятные слова в губы. Я дрожу приятной неге. —?Я тоже хочу сделать тебе приятно,?— шепчет он, опускаясь дорожкой из поцелуев, закрыв глаза, я улетаю…Просто его губы плотно обжимают мое достоинство, и я теряюсь, задыхаюсь и кончаю…—?Ты такой чувствительный,?— улыбается он, поднимается ко мне и накрывает нас одеялом. Мы лежим рядом, а я все еще не могу поверить, что он считает себя моим парнем.—Слушай, я совсем забыл: завтра день смерти старика. Мне нужно в храм,?— говорит Варут.—?Давай я с тобой!—?Я буду рад.—?Ты пойдешь с утра?—?Да, поставлю будильник часов на 6.—?Отлично, я тоже хочу поблагодарить человека, воспитавшего тебя.—?Не будь таким милым,?— целует в губы. —?Ладно, давай спать. Нам завтра рано вставать,?— сказал он, настраивая будильник на телефоне.—?Заглянем потом в забегаловку, в которой работает мама моего друга. Позавтракаем там на обратном пути,?— предлагаю, вернув на место свои трусы.—?Хорошо.Лежим обнимку, и я от усталости, буквально, отключаюсь.К чёрту КинНатов! Про них нужно просто забыть. На следующее утро, наскоро почистив зубы и одевшись, мы приехали в храм и выполнили все молитвенные ритуалы. У выхода на территорию храма сидел слепой старик, Варут кинул в его чашку пожертвование, а он сказал:—?На вас проклятие черной магии вуду.—?Что? —?почти хором удивились мы.—?На ваши тела и души, наложено сильное заклятье: один упал от галлюцинаций, другой горел. Ваши души изрядно пострадали из-за чёрной магии.—?О чём вы?—?Дайте ваши руки.Мы протянули старцу руки, он закрыл глаза без зрачков и цокнул языком.—Проклятье было наложено на ваши тела в прошлой жизни, чтобы вызвать сильную страсть до смерти. Каким-то образом заклятье связало и ваши души. Вам нужно его снять… Иначе не будет вам покоя.—?А что это так плохо? —?чувствуя, что если это заклинание снимут, я буду не нужным Варуту, поинтересовался я. Старик опустил наши руки.—?Проклятие—всегда плохо. Вы будете постоянно искать друг друга еще 8 жизней. Будете мучиться от похоти. Не в силах найти свою истинную любовь предначертанную судьбой. Не верите? Думаете, я?— шарлатан?—?Нет, не обижайтесь,?— ласково сказал Рут.- Как же нам его снять?—?Я не шаман. Я просто чувствую в людях проклятия и зло. Но обычно для снятия проклятья нужны имена и частицы тела или кровь проклятых. Возможно, вам следует поискать ответы в ваших прошлых жизнях, отыскать их родственников и найти их вещи.Больше старик ничего не сказал, погрузившись в свои мысли.—?Рут, ты уверен что он не жулик? —?спросил я когда мы садились на мотоцикл.—?Я знаю этого слепого. Он иногда сидит у храма, а иногда исчезает на несколько месяцев. Монахи разрешают ему ночевать здесь.—?Ты так часто ходишь в храм?—?Да, а что?—?Это хорошо…- протягиваю я и надеваю шлем.Потом мы сидели и ели молча в кафе овсяную кашу с фруктами и соевым молоком, пока Варут не сказал:—?Так значит это проклятье, а не любовь.—?Ага.— Только и смог вымолвить я, пытаясь не заплакать.