Глава 12 (1/1)

Как ни странно, но новость о вероломстве и сговоре своих бывших товарищей жители города-вулкана приняли довольно стойко. Были, правда, те, которые хотели немедленно расправиться с предателями, но их быстро усмирили представители старшего поколения зимовцев. Семейство Кьяви сидело на одной из скамей и участия в дальнейшем обсуждении не принимало, погруженное в свое горе. Алья и Кания тихо плакали, боясь громкими всхлипами потревожить и так убитого новостью о преступлении своих сыновей Дебона. В таком же состоянии пребывали родственники священников и Альку, которого, как и Калькора Кьяви, считали погибшим.Келлан собрался с мыслями и тяжело вздохнул. Они с Копфом и Фаттом чувствовали себя не лучшим образом, так как всегда трудно приносить дурные известия.– Думаю, нам не стоит больше тревожить вас. Мне бы хотелось попросить отрядить восьмерых человек, чтобы они могли помочь доставить ваших товарищей в город.– Они нам не товарищи! – крикнул кто-то из толпы.– Да погоди ты, Сент! – отмахнулся какой-то старец и подошел к старшему Кьяви. – Дебон, ты готов встретиться со своими сыновьями?– Они мне больше не сыновья, – тихо ответил мужчина, не поднимая головы. Алья, услышав ответ мужа, только судорожно вздохнула, но промолчала. – Калькор умер десять лет назад, а Стеро...– Я все понял, друг. Думаю, семья Альку тоже не захочет встать на защиту своего сына. Но нам надо подумать, что с ними делать дальше.– Давайте пока запрем их в подвале свинофермы, а потом, когда все немного успокоятся, организуем суд, – предложила высокая женщина, выйдя вперед.– Да, Матра права. Когда мы все приведем свои эмоции и мысли в порядок, можно будет организовать собрание, где будет вынесен приговор, – кивнул старик, все еще глядя на поникшего Дебона, словно ожидая поддержки только от него одного.– Делайте, как считаете нужным, – сокрушенно покачал головой Кьяви, встав на дрожащие, и медленно побрел в сторону своего дома. Жена и дочь, коротко кивнув, последовали за ним.– Капитан Адамс, скажите, каким образом вы связали своих заложников? – деловито осведомилась та самая Матра.– Они частично парализованы действием силовой ловушки. Мы снимем действие антиграва, как только вы запрете преступников в подвале.– Я поняла, – кивнула женщина, хотя слова Келлана мало что ей разъяснили. В любом случае, семеро преступников были обездвижены и неопасны. – Сент, эй, Сент! Ты у нас самый боевой, так что собирай команду, поможете капитану и его людям.– Хорошо, – беспрекословно отреагировал мужчина и принялся исполнять приказ, подзывая к себе самых сильных и стойких из собравшихся на площади.– И еще, – вновь заговорил Келлан. – На нашем корабле все еще находится груз, заказанный покойным Оми Ховру. Хоть заказчика больше нет в живых, мы готовы отдать вам ящики.– А что в них? – поинтересовалась Матра, изогнув бровь.– Нам знать не положено... – развел руками капитан ?Бетти?, но тут его перебил все тот же старик, имя которого члены экипажа так и не узнали.– Оми заказал медикаменты и водяной насос. На это мы потратили последние сбережения, которые остались с предыдущей сделки с покупателями свиней в прошлом году.– Так когда лучше передать вам груз? – нетерпеливо спросил Копф, мечтая убраться из города и хоть немного передохнуть.– Думаю, будет лучше сейчас просто передать нам преступников, а завтра с утра мы заберем груз. Вам следует хорошенько отдохнуть, – заметила Матра, пробежав взглядом по уставшим лицам трех мужчин. – Или вы желаете улететь сегодня?– Вряд ли наш пилот согласится на взлет. Погода ухудшилась, шквальный ветер и туман сейчас не самые лучшие спутники удачного полета, – ответил Келлан, только представив себе разгневанное лицо Кори, услышавшей приказ о взлете. – Потому, думаю, все же будет лучше вылететь завтра.– Тогда нам остается только в очередной раз поблагодарить вас за все и предложить тепло и уют, которые только и может дать вам наш город.– Спасибо, но нам бы хотелось остаться на корабле, – поспешно ответил Фатт, только представив себе еще одну ночевку в мрачном городе-вулкане.– Тогда не будем вас больше задерживать, – кивнула Матра и вновь обернулась к альбиносу по имени Сент. – Ты собрал команду?– Да. Десять человек.– Хорошо. Следуйте за капитаном и его людьми. И будьте осторожны с преступниками.– Я понял, – коротко ответил Сент и махнул рукой своей ?команде?, которая молча последовала за капитаном и его людьми к подъемнику.Лишь только в середине ночи капитан и Рихтер, которые проследили, чтобы заложников обезвредили, закрыв по одному в хлевных отсеках, и сняли с них действие силовых ловушек, вернулись на борт корабля и тут же отправились отдыхать, тогда как остальная часть команды уже спала.И только в лазарете по-прежнему горел свет: Итиль вызвалась просидеть ночь с Ленсом Глассом, ожидая его возможного – но мало вероятного – пробуждения после тяжелой операции, позволив Брету поспать несколько часов и набраться сил. Они условились, что вскоре он вернется и сменит девушку на ее посту.***В обеденное время следующего дня ?Бетти? покинула Зим и вышла в открытый космос.С утра Фатт и Копф переправили груз, заказанный ныне покойным Оми Ховру, в город, а затем команда корабля долго прощалась с жителями города-вулкана, которые чуть ли не полным составом вышли на поверхность луны.После взлета члены экипажа разбрелись по своим каютам, чтобы отдохнуть, так как остатка ночи после напряженного дня явно не хватило истощенному организму.Только спустя три часа Келлан объявил общий сбор на ужин в кухонном отсеке.– А где Итиль? – спросила Линдси, войдя последней.– Она отказалась ужинать и вызвалась остаться в лазарете с Ленсом, – ответил Брет, нахмурившись. – Капитан, я не знаю, как заставить ее поесть. Всем известно, что белково-протеиновая смесь – редкостное дерьмо, но пища ей необходима.– Чем же она мотивирует отказ? – округлил глаза Адамс.– В исследовательском центре ребят кормили коктейлем из спирулины и смесью бактерий класса Бациллы.– Чего? – спросил Фатт, скривившись. – Это какие еще бактерии?.. Фу, дрянь какая!– Это в первую очередь лакто- и бифидобактерии. И нечего кривиться, Шу! Эти же бактерии широко использовались человечеством на протяжении тысяч лет для изготовления лекарственных препаратов и продуктов питания.– Хорошо, а спирулина? Что это? – поинтересовалась Кори, которая была уверена, что когда-то уже слышала это слово.– Ну, это тоже бактерия, разновидность сине-зеленых водорослей. Она содержит до семидесяти процентов полноценного белка, что не идет ни в какое сравнение с тем безобразием, что мы с вами едим сейчас. Раньше спирулина была просто биологически активной добавкой, но с недавних пор ее культивируют как отдельный продукт. Она не только питательна, но и эффективна при синдроме хронической усталости и в качестве противовирусного средства...– Ясно, спасибо.– Так, погоди, Брет, в чем состоит проблема, если Итиль пока может поесть смесь с меньшим процентом белков, но это все равно частично поддержит ее организм?– Капитан, пойми, только те коктейли, что разработали в центре, могут восстановить силы, остальные же ингредиенты не заменят основной источник питания, а потому она отказывается ?переводить продукты?.– Но она голодна! Никто не может долго оставаться без еды. А в последний раз Итиль ела только в Дайделосе...– Линд! Линдси! – Талион вскинул руки, словно сдаваясь под потоком аргументов. – Пока у меня все под контролем, не волнуйся. Благо витаминов в лазарете предостаточно. Но на будущее следует запастись необходимыми ингредиентами для смесей.– Так, я понял, – кинул Келлан. – Линд, включи это в список покупок.– Хорошо. И я как раз хотела спросить, как мы собираемся закупаться, если ты отказался от платы за груз? В копилке ?Бетти? едва ли хватит на съестные запасы, а про топливо и остальные нужды я вообще молчу.– Да и двигатель в очередной раз надо бы проверить в сервисе, – заметил Копф. – Еще нужны некоторые детали...– Капитан, а почему ты отказался от платы? – спросил Фатт. – Деньги бы нам не помешали.– А кто говорил о деньгах? Нам предложили взять с собой шесть свиней и ящик зимовских грибов...– Фе, гадость! – передернула плечами Линдси, вспомнив грибной чай.– Ладно, с грибами все ясно, но свиньи! Мы могли бы их продать, в конце концов.– А ты в курсе, что эти свиньи – последний запас животных, который еще остался на Зиме? Если бы мы их забрали, то жителям луны через месяц пришлось бы исповедовать другую религию – каннибализм. А это, согласись, жестоко, – спокойно пояснил Келлан. Он не мотивировал свой отказ там, в городе-вулкане, потому теперь был готов к вполне законным вопросам.– Да, извини. Я не знал, – смущенно ответил Шу.– В любом случае, думаю, надо держать курс на Капитао, где для нас всегда найдется работенка, – продолжил командор корабля.– Плохой выбор, – отозвалась Дюбуа, отложив вилку, и откинулась на спинку стула. – На Капитао можно легко заработать, если заключить не вполне законную сделку. Кажется, Кел, ты раньше был против подобного...– К сожалению, другого выхода нет. Деньги нужны и срочно, а перевозка контрабанды всегда ценилась больше, чем разрешенный груз.– Хочу также напомнить, кэп, что на Капитао ошиваются такие личности, что нам лучше с ними не то что не связываться, даже встречаться не стоит, – встал на сторону Дюбуа Рихтер.– У тебя есть другие варианты?– Нет.– Тогда еще какие аргументы приведешь?– Никаких, по-видимому.– Значит, летим на Капитао. Кори? – Келлан повернулся к пилоту, ожидая реакции.– Я поняла, Кел, – нехотя согласилась Кори. – Раз нет выбора, летим туда.Женщина встала с места и без лишних слов отправилась в капитанскую рубку, настраивать курс. Линдси провела подругу задумчивым взглядом, а потом повернулась к Адамсу.– Капитан, это правда, что Итиль убила четверых бандитов меньше чем за минуту? – осторожно спросила она, следя за выражением лица босса.– Да, правда.– Да она и меня чуть не пришлепнула, как комара! – тут же взвился Копф, которого до сих пор угнетал этот факт. – И главное, ни с того ни с сего!– Неправда! – вступился за племянницу капитана Брет. – Ты первым кинулся к ней!– А тебя никто не спрашивал, мальчик!– Она только защищала нас и себя! За что ее винить?– Талион, ты себя хоть слышишь?! – не удержался Шу. – Ты поддерживаешь идею убийства?– Нет, не поддерживаю, но благодаря Итиль мы все еще живы! Что было бы, если б она не очнулась? Сейчас гнили бы в каменном лесу, а эти бандюганы смогли бы угнать ?Бетти?...– В чем-то ты, Брет прав, но...– Капитан, я понимаю, что тебе тяжело будет это услышать, но твою племянницу ?создали? как машину для убийств. Это не ее вина, так случилось. Мы все должны понимать, во что ввязались, украв ее из центра. И если не хотим повторения той истории, то с Итиль придется часто разговаривать и объяснять ей самые элементарные вещи. Ей промыли мозги и вбили античеловеческую философию. Сейчас для нее нет никаких приоритетов, кроме положительного исхода задания.– М-да, – Келлан устало потер глаза. – Разговаривать...– А если она слетит с катушек и порешит нас всех, пока мы будем спать? – не унимался Копф. – Ее надо срочно изолировать, пока не подтвердится ее вменяемость.– По-моему, тот факт, что она до сих пор не пристрелила тебя только за подозрительные взгляды и кривые ухмылки, уже говорит о том, что она вменяема, – заметил Адамс. – И прекрати следить за каждым ее движением так, будто она вот-вот озвереет и вцепится тебе в горло зубами.– Но, кэп...– Я все сказал, Рихтер. Итиль психически здорова и точка. Да, мне понадобится уделять ей больше времени, чтобы заново втолковать социальные нормы и правила, но не более того.– Я тоже могу помочь, – улыбнулась Линдси. – Я перед ней в долгу, потому, возможно, хоть так смогу отплатить за свое спасение.– Буду тебе очень признателен, – кивнул Келлан, с благодарностью глядя на своего завхоза. – Всегда знал, что на тебя можно положиться.– Всегда! – подтвердила Торон, широко улыбнувшись.– А теперь, Брет, расскажи, почему вдруг Итиль пришла в себя так внезапно. Уверен, ты уже знаешь ответ.– Да, знаю, – вздохнул Талион, который до сих пор чувствовал свою вину из-за сломанного, возможно по его вине, чипа.Еще около часа медик рассказывал членам своей команды обо всем, что удалось узнать о вирусе и чипе от самой Дорз, делился предположениями и возможными прогнозами.– То есть ты не знаешь, к чему может привести поломка микрочипа? – подвел итог Келлан Адамс, задумчиво кусая нижнюю губу.– Нет, к сожалению.– Знаешь, на Дайделосе мы с Кори слышали, как тот парнишка... Крус, кажется... сказал второму парню, что теперь Итиль станет нормальной, как он сам, как мы с вами. Как думаешь, есть шанс на ее выздоровление, если чип перестал контролировать работу мозга?– Шанс есть, но в таком случае нам придется очень туго.– Почему? – удивился Шу.– Потому что, когда после чувствительной, эмоциональной и обонятельной тупости человек вдруг начнет резко регенерировать, он может просто сойти с ума от переполняющих его ощущений. Паника и непонимание могут стать платформой для появления многочисленных фобий. И проявиться все это может в любой момент, прогнозировать что-либо просто невозможно. Есть еще вероятность, что какие-то функции мозга не смогут вернуться к прежней работе...– Да, перспективы не из радужных, – покачала головой Линдси. – Но мы ведь будем рядом, верно, капитан?– Верно, Линд, верно, – кивнул Келлан и с готовностью встал. – Кажется, пришло время нам с Итиль серьезно поговорить. Брет, ты сейчас идешь в медотсек?– Да, сменю Итиль. В конце концов она не обязана выполнять мою работу, – Талион встал и вышел из кухни в коридор, а капитан направился следом, чтобы пригласить Дорз в свою каюту, где им никто не помешает.***Келлан пропустил племянницу вперед и спустился следом, закрывая люк в свою каюту. Он в нерешительности остановился у лестницы, наблюдая за девушкой, которая медленно ходила по комнате и осматривалась. За эти два дня Дорз успела уже исследовать весь корабль, но в капитанской каюте она так и не была.Адамс понятия не имел, как начать разговор, а потому серьезно задумался, с какого вопроса начать вынужденную беседу, чтобы окончательно прояснить ситуацию. Когда он в очередной раз взглянул на девушку, то увидел ее замершей у стола в углу каюты и рассматривающей покореженную от огня и температуры фотографию матери. На лице Итиль не проскользнуло ни одной эмоции, словно это был абсолютно посторонний для нее человек.– Она была такой красавицей... – только и выдавил из себя капитан ?Бетти?, подходя ближе и переводя взгляд с лица племянницы на изображение ее покойной матери.– Да.– Уверен, она любила тебя больше жизни.– Так и было. И я любила ее.– А сейчас?– Сейчас я ничего не чувствую. Раньше я ненавидела, любила, грустила и веселилась, я знаю. Но сейчас в душе пусто, словно и нет ее, сердце бьется размеренно и тихо в любой ситуации, даже экстремальной или после десятикилометрового кросса. И я уже не помню, как это – чувствовать. Лайвли сказала, что теперь у нас вместо сердец осколок льда...– Кто такая Лайвли?– Она работает уборщицей при исследовательском центре. Я помню, что до заражения я чувствовала к ней привязанность, дружескую симпатию. Мы с Джелом и Крусом часто останавливались, чтобы поговорить с ней, рассказать о наших достижениях в учебе. А потом все закончилось.– Итиль, я...– Не надо говорить, что тебе жаль. Потому что мне не нужны слова утешения и жалость. Мне все равно. Я не пойму твою печаль, я ничего не почувствую. А потому не стоит тратить время зря.– Ты не можешь не понимать, что быть такой... это неправильно! – решил достучаться до здравого смысла Келлан.– Я знаю, что это неправильно. Но Элджин сказал, что так будет лучше для нас. Он говорил, что отныне мы не будем бояться, грустить, страдать, ненавидеть, жалеть...– Но также вы не будете радоваться, улыбаться, любить, наслаждаться жизнью! Итиль, теперь, когда чип сломан, ты, возможно, станешь такой как прежде, – Адамс уставился на девушку, которая безразлично смотрела ему в глаза.– А что, если я не захочу? У меня умерли родители, все, кого я любила... Сейчас я не чувствую боли и печали, а что потом? Вдруг я не смогу с этим жить?– Для этого я с тобой.– Зачем?– Что? – не понял вопроса капитан корабля, искренне удивившись.– Зачем я тебе нужна? Почему ты поставил под угрозу себя и жизни своих людей, спасая абсолютно незнакомого тебе человека?– Ты – все, что у меня осталось. Ты моя семья, Итиль. Я узнал, что ты стала жертвой правительственных исследований, и просто не смог оставить все как есть. А мои люди... они тоже захотели помочь. Потому что так правильно. Потому что какой-то урод, типа этого Элджина, не должен решать за других, как им жить!– Элджин не урод. Он никогда не делал мне ничего плохого.– Он сделал из тебя чертового зомби, как ты не понимаешь?!Келлан задохнулся от возмущения, видя нечитаемый взгляд своей племянницы. Как же достучаться до нее? Как заставить ее понять, что все, что сделали с ней в центре, – это ужасно и неправильно?!– Оставим этот разговор. Я не могу его осуждать, так как не чувствую урона, нанесенного им.– Тогда скажи, почему ты тогда, на Зиме, безоговорочно вступилась за наши жизни? Ты убила четверых бандитов, потом помогла мне вызволить остальных моих людей, а ведь ты даже не можешь почувствовать благодарности за свое спасение, на которое тебе, по-моему, плевать!Адамс прекрасно понимал, что всего этого говорить не стоило, но вот только напряжение и усталость, непонимание и неприятие ситуации выплеснулось наружу против воли, и теперь он просто не мог остановиться. Все это походило на какой-то театр абсурда и выводило его из себя все больше и больше.– Вам нужна была помощь, я помогла.– И теперь, когда ты выполнила свою миссию, ты захочешь вернуться в Дайделос, туда, где было легко и спокойно? Где тебя заставляли убивать или шпионить, я даже не знаю, что вообще тебе поручали...– Как я попала сюда? Что случилось в день, когда ты меня выкрал? – спросила Итиль, полностью игнорируя гневную тираду своего родственника.– В тот день из центра сбежал один паренек, Крус. Ты назвала его Эл Ви Три. Доктора сказали, что он спятил, вышел из строя, и приказали тебе вернуть его. Ты начала преследование, а я и Кори бросились за вами следом. Вы встретились лицом к лицу в узкой улочке и начали драку, так как Крус оказал тебе сопротивление. Он уговаривал уйти с ним, покинуть центр, но ты не захотела его выслушать... Он хотел не только сбежать, но и забрать тебя, понимаешь?– Доктора решили, что он спятил. Почему?– Кажется, на каком-то из заданий его ударило мощным электрическим импульсом, и чип вышел из строя. Видимо, тогда он что-то вспомнил или почувствовал абсурдность и ужас того, что с вами сотворили. Потому он решил бежать. Но, вероятно, ты не поддалась на уговоры, будучи в центре, а потому он решился на отчаянный план – подвергнуть тебя тому же испытанию, вывести из строя твой чип.– Ему это удалось, – кивнула девушка. – Дальше.– От мощного удара ты потеряла сознание и упала, обгорев так сильно, что...– Опустим это. Дальше.– Возможно, он хотел забрать тебя, но ему помешали.– Кто?– Высокий парень, кажется, Джел. Ему было приказано доставить Круса живым или мертвым. Но парень побежал прочь из переулка и громила бросился следом. А мы с Кори забрали тебя с собой, пока никто не видел.– Значит, Крус решил спасти меня, – больше утверждение, чем вопрос. – Он стал чувствовать, стал прежним. И он захотел сделать и меня такой.– Да, – осторожно ответил Келлан, еще не до конца понимая, как стоит себя вести после этих откровений. Итиль явно задумалась над рассказом своего дяди, но по лицу нельзя было угадать, к чему приведут эти размышления.– Что в чувствах и эмоциях такого, что заставляет людей променять их на спокойствие и равнодушие? Почему он захотел стать прежним?– Наверное, он просто хотел жить, а не функционировать. Только машины могут быть бездушными, человек по своей природе должен получить от жизни все, строить свою судьбу сам...– Значит, теперь я машина?– Нет-нет, милая, что ты! Я уверен, что вскоре все изменится и ты вновь станешь прежней. Поверь, несмотря на боль и огорчения, в жизни человека есть много других чувств, которые делают его полным, живым, желанным.– Возможно, вы с Крусом правы, – Итиль немного помолчала, над чем-то задумавшись. – Ты спросил меня, хочу ли я вновь вернуться в Дайделос. Мой ответ – нет. Вы все подвергали свои жизни опасности ради моего благополучия, потому я, наверное, просто обязана дать себе шанс.– Я в этом уверен. И знай, если тебе станет тяжело, с тобой начнут происходить какие-то перемены, ты будешь напугана, просто помни, что есть люди, которым ты небезразлична, которые помогут тебе.– Я запомню, – Итиль, так и не выпустившая из рук фоторамку, покрутила ее в руках и вдруг достала из-за фотографии матери, карточку с изображением самого Келлана. – Я помню этот снимок. Мама всегда хранила его за своей фотографией. Когда-то я спросила, что за человек изображен здесь, а она ответила, что когда-нибудь она расскажет мне. Но этого не случилось, я уехала, а потом...– Это сложно объяснить. Но если хочешь...– Нет, не говори ничего. Я все равно не пойму, – девушка вновь вложила снимок капитана за фотографию матери и поставила рамку на место.Келлан вздохнул и сел на край своей постели. Мысли о том, что его племянница останется и не предпримет попыток сбежать обратно в центр, вселяла надежду, но вот остался неразрешенный вопрос: как вернуть ее к нормальной жизни, как сделать, чтобы она вновь стала собой, как подтолкнуть к этому?..Итиль по-прежнему стояла перед капитаном и молчала, видимо, ожидая продолжения разговора. И Келлан не выдержал:– Линдси спросила тебя, что за задания ты выполняла для Элджина, но ты ответила, что не помнишь. Я понял, что тебе неудобно говорить об этом с посторонними людьми, потому так сказала. Но теперь ответь мне, для чего вас сделали такими, зачем нужны эти ужасные эксперименты?– Элджин пытался создать совершенных солдат, которых не остановят сомнения и страхи. Мы должны были выполнять задания, чтобы удовлетворить нужды государственных чиновников.– И что это за задания? Что тебе поручали?– Я не помню.– Итиль, мне ты можешь рассказать все, это останется только между нами.– Я не соврала тогда, я действительно не помню, – спокойно ответила девушка. – После каждого задания нас отправляли в пси-лабораторию, где подчищали воспоминания. Элджин говорил, что это делается для того, чтобы не засорялась память.– Они копались у вас в голове?! Стирали память?!.. Тогда почему они не стерли вам воспоминания о прошлой жизни, до заражения вирусом?– Это в принципе невозможно. Да и вряд ли они стирали нам воспоминания в прямом смысле этого слова. Возможно, когда-нибудь, если начнется процесс восстановления, я и смогу вспомнить. Только не хочу.– Я тебя понимаю, – кивнул Келлан.– У меня вопрос.– Задавай, я отвечу.– Я осмотрела корабль и выяснила, что две каюты пустуют. Могу ли я занять одну из них? Мне надо всего три-четыре часа на сон, но в лазарете спать тяжело. Чтобы отдохнуть за такой короткий срок, нужны тишина и отсутствие освещения.– Господи, конечно! Выбери ту, которая тебе больше нравится! – расслабился Адамс, ругая себя за то, что до сих пор не разместил племянницу со всеми доступными удобствами.– Что значит, нравится? Я не знаю, что это означает.– Прости, я забыл. Пойдем, я провожу тебя.Итиль кивнула и молча последовала за своим родственником, не задавая больше никаких вопросов.Келлан был рад, что на некоторое время можно прервать этот разговор. Конечно, многое осталось недосказанным и нерешенным, но ему было необходимо свести воедино всю информацию, обрушившуюся на него за последние двое суток. А подумать было над чем, да и в процессе могли всплыть еще вопросы. И он обязательно задаст их, когда настанет подходящий момент.А пока оставалось лишь отдыхать и надеяться, что вскоре все уладится и ему таки удастся растопить тот ?осколок льда?, который сейчас заменял его племяннице сердце. Или по крайней мере помочь справиться с теми трудностями, что возникнут на пути выздоровления девушки...КОНЕЦ ВТОРОЙ ЧАСТИ