Глава 6. " Вспомнить". (1/1)
Утро начиналось малоприятно: невыносимая холодная дрожь по всему телу, ласково тершиеся об ее сиськи лучики солнца, свет которых шел из открытой форточки и ужасная головная боль. Пришлось открыть глаза и – мама дорогая! – да она же валяется на полу голышом! Так, так, так, что вчера было?! Лисанна, подсобка, Нацу…. Да съесть ей тортик Эрзы, она вчера…
Нет!!!
Да тут же все очевидно! Этот урод воспользовался ее отчаянным положением и изнасиловал! Ах, ящерица маньячная, да как он мог поступить так подло! У него же есть Лисанна, а он, а он… Да чтоб его Зереф отъяоил, как он посмел?!
И самое ужасное – это осознание того, что Нацу ее не любит. Если бы любил, по любому не стал бы оставлять ее вот так валяться в подсобке, а на утро проснулась бы она уже в кровати, а Саламандр, между тем, в розовом фартучке и тапочках готовил бы ей завтрак в постель. Все, это конец… Люси порежет вены, нет, спрыгнет с какой-нибудь вышки или в реке утопится. Какой позор…
Пока она помышляла ванильными мыслями о суициде, послышался звон ключей, и дверь приоткрылась (Нацу, очевидно, мистическим образом вылез в форточку). Теперь Люси наконец-то сможет выйти отсюда. Тут как раз в коробках нашлись кое-какие тряпки.Тряпки оказались весьма занимательными, но узнавать подробности того, откуда здесь взялся костюм горничной, Люси не решилась - мало ли, вдруг тут кто-то еще есть кроме нее? Забыв про начавшую свое развитие шизофрению, девушка вышла из кладовки, предварительно осмотревшись по сторонам. Появившийся из-за угла Хеппи никакой сексуальной опасности не представлял, поэтому Хартфилия выбралась в главный зал незамеченной. И тут случилось непоправимое - она увидела его! Того, кто с наглой улыбкой сейчас сидел и разговаривал с Греем, пожирая огромный кусок мяса. Главное – при этом приговаривая, что он что-то там любит. Решив не вдаваться в подробности любви Нацу то ли к Грею, то ли к мясу, Хартфилия пулей выскочила из гильдии, даже не дав похотливой руке Лаксуса дотронуться до чулок в клеточку.Но тут к шоколадным глазам подступили слезы от осознания того, что даже внук Макарова уделил ей больше внимания, чем тот, с кем она провела свою первую ночь, кто сорвал невинный цветок ее девственности. Она на секунду остановилась, поднимая глаза к небу, розовевшему над горизонтом. И почему-то из головы не уходили мысли о малиновых вихрах, с которых на её обнажённую грудь и розовеющие на ней соски падали горошины солоноватого пота.Пелена слёз мешала обзору, лёгкое пощипывание в глазах так и просило, чтобы кисть стёрла мешающую влагу и размазала комки туши по всему лицу. Жить было незачем, поэтому Люси решилась на суицид. Она вернулась в гильдию, оставшись незамеченной, и, когда Эрза отвернулась, дабы сорвать фиговый листок с Грея, Хартфилия сгребла все торты подруги в откуда-то взявшийся мешок.Однако номер не прошёл. Скарлет даже бровью не повела, поэтому Люси только и оставалось, что нести награбленное домой. Запершись на сто замков, она разложила лакомства на столе и уже ковыряла ложкой первое пирожное. Аппетит пришёл внезапно.Так прошло три месяца…