Глава 1. (1/1)

Смерть и рождения весьма интересная штука. Первое заканчивает то, что начинает второе, а второе дает начало конца первого. Запутано, но очень красноречиво.Джозефу Бельману было всего пару дней отроду. Правда, выглядел он на тридцать с небольшим, и уже пережил парочку смертей и несколько рождений. Скажите, быть такого не может? Может, поверьте.Прибыв в Венецию весенним вечером, он поселился в небольшом, но очень миленьком домике. Цель визита была весьма туманной: то ли швед решил найти свою любовь в столь романтическом месте, то ли вложить деньги куда-нибудь. А может просто купить палаццо и наконец, осесть здесь. Вариантов куча и никто не должен догадаться, что Бельман просто бежит от своей прошлой жизни, спасая друзей и родных.Приведя ночь в своем новом,на неопределенный срок, доме, Джозеф с утра принял душ и, начиная бриться, посмотрел в зеркало: светлые, короткие, но уже начинающее виться, волосы были мокрыми, а голубые глаза выглядели усталыми, хоть он и спал спокойно эту ночь. Он уже привык к своему новому облику и не переживал по этому поводу.Одевшись так, чтобы не привлечь ненужные взгляды, мужчина пошел бродить по улочкам городка. Экскурсии и знания по истории Венеции ему были ни к чему. Он просто пытался убить время, даже не пытаясь его чем-то занять. Ему не нужно лишнее внимания к своей персоне.Ближе к вечеру, Бельман набрел на старый дом, похожий на архитектурную ценность. В нем располагался небольшой бар с верандой, на которой находилось несколько столиков. Внутри было уютно: бар для среднего класса с их пристрастиями и недостатками. Сев за стойку и заказав холодной пиво, он стал наблюдать, как и раньше. Жена, ругающая мужаиз-за его сильного пристрастия к алкоголю, за столиком три иногда перекрикивала музыку. Или два брата, которые спорили, видимо по поводу завтрашних скачек, за столиком пять попеременно строили глазки одинокой даме через стол от них. Джозеф внимательно на нее посмотрел. Черные, как смола, волосы по плечи, обрамляли довольно симпатичное лицо с красивыми карими глазами. У него возникло ощущения, что он уже где-то видел ее или она ему кого-то напоминала.Его мысли прервал довольный крик с далекого столика. Мужчина, лет так за пятьдесят, радостно вопил и бил по плечам молодого, печального парня. На столе были карты и фишки. Покер.-Не волнуйся, это бывает со всеми. Сегодня повезло мне, а завтра может повезти и тебе, - говорил он на английском с ужасным акцентом.Парень, тяжело вздыхая и пересчитывая оставшиеся деньги, покинул заведение. Бельман усмехнулся и сделал глоток пива.-Никто больше не хочется потягаться с обычным барменом, который даже с трудом закончил среднюю школу, а? Что? Никто?Все притихли.-Эй, ты, за барной стойкой! Я обращаюсь к тебе! Слабо обыграть необразованного хама?Посетители смотрели на Джозефа, допивающего свой напиток. Опустошив стакан, он взглянул на мужчину.-Это вы ко мне обращаетесь?-К тебе, павлин, к тебе. Готов сразиться со мной в покер или побежишь к мамочке под юбку.Бельман улыбнулся, достал деньги из кошелька и положи их на барную стойку.-Переведите в фишки.Официантка быстро отдала ему фишки, и он направился к столику. Бармен радостно улыбнулся.

За столом, кроме него и шведа, сидели еще два мужчина около шестидесяти лет. Уже через пять минут, иностранец понял их систему: они сначала проигрывают, а когда чувствуют, что их новый знакомый расслабился, начинали давить его без зазрения совести. Поле чего делили выигрыш на троих. Но сейчас они и понятия не имели, с кем играют.Спустя полчаса почти все люди смотрели за их игрой, кроме той брюнетки, которая даже и краем глаза не хотела взглянуть на ?побоища?.-Фулл Хаус. Вы проиграли, - сказал еще через пятнадцать минут Джозеф и встал. - Мне жаль.Двое мужчин непонимающе пялились на стол, а вот бармен поднялся и сразу схватил руку блондина, которая уже тянулась к выигрышу.-Ты новенький и не знаешь, какие здесь правила.-Разве? Мне казалась, что ваша система по обчистке кошельков у туристов не такой большой секрет.Он сжал руку еще сильнее.-Послушай, малец, лучше убери руку, а иначе тебе ее вернут только в морге.Внутри Бельмана все уже кипело. Это чувство опасности, по которому он так скучал и, которое было для него, как наркотик, сейчас снова текло по его венам.-Как страшно.-Ты сам напросился.В его глазах опять появился огонек, спящий вот уже полтора года.