До Великобритании и обратно 2 (1/1)
Утро началось тяжело для всех.В половину восьмого, если верить бортовым часам, проснулся Родерих и, посмотрев на пустующее место Артура, вышел в коридор. Пройдя пару метров по холодному полу, он натолкнулся на Гилберта, который шел в весьма милых семейных трусах с желтыми птичками, что явно противоречило представлению австрийского аристократа о поведении джентльмена.- Гилберт,- обратился эстет,- тебя не смущает тот факт, что ты явишься в таком виде перед дамой?- Нет,- зевнул нарушитель спокойствия и посетитель ночных кошмаров Австрии,-что-то не так?- Естественно не так,- постепенно заводился Родерих,- появляться в нижнем белье перед девушкой не прилично.- Да? Мне кажется все равно как перед ней появиться, главное поведение. Моя liebchen больше ценит внутреннюю красоту, - усмехаясь, сказал альбинос.- Варвар!- Поспорим?- хищно улыбнулся Гилберт.- С таким вруном и обманщиком как ты? Нет, я лучше воздержусь от этого предложения- Да ладно тебе, неужели ты боишься со мной немного поиграть?-он иронично вскинул бровь.- Нет! Я же не трус. Какие условия?- на лице австрийца выражалось сомнение, что только забавляло заводилу.- Хорошо. До конца поездки я буду вести себя как истинный джентльмен.
- Что я получу или потеряю? – напрягся Родерих.- Ну, что ты можешь мне предложить в случае моего выигрыша?- парировал прусс.- Сыграем на высокие ставки. Я больше не заговорю с Элизабет ни на какие темы, кроме рабочих.-Не такие уж и высокие ставки. Я согласен,ты сможешь бывать у нас в доме каждый день до заката солнца.- Идет.-Отлично. Тогда начнём с завтрашнего дня?- Да, но даме ни слова.- Конечно.Крепкое рукопожатие закончило разговор и закрепило пари. Затем молодые люди направились на кухню, откуда был слышен голос венгерки.
- Доброе утро, мальчики,- лучезарно улыбнулась девушка, повернувшись к зашедшим на кухню мужчинам,- как спалось?- Хорошо, а тебе,- австриец сел напротив девушки.- Тоже хорошо, а тебе, дорогая?- Прус поцеловал жену в уголок губ и сел рядом с ней.- Тоже.Наступило неловкое молчание. Артур начал накрывать на стол, Лизхензадумалась, а между Гилбертом и Родерихом наэлектризовался воздух. Прус кидал на австрийца взгляды полные превосходства, тот же смотрел с презрением на своего оппонента. Тишину нарушил британец.- Все готово,- он развернулся с большой миской, в которой было видно нечто липкое и пригоревшее- Знаешь, у меня что-то после вчерашнего живот болит, я, пожалуй, откажусь от еды,- искусно соврал альбинос, не желавший даже попробовать это блюдо.- У тебя тоже?- наигранно удивилась Элизабет,- пойдем, я тебе тоже таблеточку дам,-она подмигнула.- Хорошо, наверно что-то вчера плохо приготовили, - неловко произнес Артур.- Да, милый! Наверно все дело в том салате, он мне сразу не понравился. Я уверена, что ты бы сделал его намного лучше!- Извини нас,Артур, мы скоро вернемся.Молодожены вышли из-за стола и быстро ретировались с кухни.- Ну же, накладывай,- вывел Родерих Артура из ступора.- А, хорошо.Пока Англия с Австрией ели что-то, по вкусу напоминавшее пригоревший овес, прус с венгеркой проводили свое время более приятным образом.***- Ах, Гил, ну не здесь же,- слабое сопротивление.- Никто не увидит,- нежный поцелуй в ушко.Далее из помещения послышались громкие стоны, но не будем вмешиваться и смущать Элизабет.***Австрия сидел со стыдливым румянцем на щеках. Его, мягко говоря, немного смущали стоны, которые было слышно неподалеку. По его мнению, прикасаться к этому чистому и светлому существу никто не может, оно священно.
***Полдень.Британец сидел за заполнением бумаг, как вдруг послышался жуткий грохот. Артур, услышав шум, вскочил со своего места и рванул на звук. Он доносился из его с Австрией трюма, что немного пугало. Сначала это был звук падающего металла, затем женский крик, звон разбитой посуды, одна возможная пощечина, вторая возможная пощечина, топот ног. Мимо Артура, чуть не сбив его, пронеслась Элизабет. Англия рванул к трюму, распахнул и увиделполнейший разгром: двухъярусная кровать лежала на полу, графин блестел на полу осколками, напоминая россыпь бриллиантов, щеки Гилберта и Родериха были неестественно красными. Кроме этого, у Австрии была разбита губа, а у пруса проявлялся синяк на солнечном сплетении, напоминая неприятную желтовато-голубую кляксу на скатерти, поставленную непутёвым школьником.- Какого черта здесь происходит?- Догадайся,- отозвался красноглазый,- извини, Артур, но это тебя не касается.- Я впервые соглашаюсь с ним,-подал голос австриец,- извини, но это наши проблемы и не волнуйся, здесь мы все приберем.Артур развернулся и, глубоко вдохнув, пошел прочь. Важнее было сейчас успокоить девушку, чем разбираться с этими олухами.