Глава 7 (1/1)

В патруль отправились ближе к вечеру. За пределами купе было прохладно, и Энви захватил плащ. Огненный и Хоукай присоединились к нему минутой-второй позже?— видно, договаривались с той женщиной, чтобы дети не остались без присмотра и не выскочили следом, заскучав в пустом купе.Огненный слишком пёкся об их безопасности: вчерашняя ночь, похоже, оставила свой след. Ишваритам ни к чему было нападать на детей и вызывать гнев Огненного, который за такое мог их на месте превратить в куски жареного мяса. Ишвариты считали излишнее насилие грехом. Энви их мысль забавляла: миролюбивый настрой не мешал им растреливать аместрийцев, брать заложников, а в самых отбитых случаях даже устраивать пытки.Мерзкие, двуличные отродья пустыни. Существуй их Ишвара на самом деле, он бы первым делом размазал их по песку.Огненный щёлкнул застежкой плаща.Энви нащупал в кармане тугую верёвку. Сдавив её пальцами, обвёл сумрак пристальным взглядом. В человеческом облике смотреть было не так удобно, но приходилось пока ограничиваться им.Энви хлестнул себя по бедру верёвкой. Дожидаться ишваритов они могли долго. Вероятность конечно оставалась, но эти ребята скорее всего залягут на дно тут, чтобы всплыть в Централе, либо начнут поиски наёмника среди своих же?— чужаку такую интимную вещь как месть они точно не доверят.Энви покосился на Огненного. Спокойный, как вечные пески пустыни, но пальцы он держал в щепоти, готовый щёлкнуть и высечь пламя в любой момент. Хоукай держала пистолет. Её глаза отсвечивали в ослабленных солнечных лучах, как у кошки.Прищурившись, Энви поглядел вдаль. Пустота, что на дороге, что в небе. Только вдалеке летело несколько запоздалых птиц.Энви щелкнул верёвкой по земле и вздохнул.Птицы плавно повернули в их сторону. Они летели бесшумно, как большие летучие мыши.Такие птицы не летали стаями, их и в паре-то редко увидишь.На подлёте птицы разделились, образуя круг.Верёвка со свистом рассекла воздух.Пернатая увернулась. Пролетев мимо, она царапнула по руке когтём.Кожу обожгло, как кислотой.Зашипев, он поспешно спрятал руку за спину. Боль пульсировала, стремилась растечься по сосудам, выжигая своё клеймо, но её за секунды остановила сила философского камня.Для простой царапины она заживала чересчур долго. Разряды трещали за спиной секунд десять или больше. Рой за это время успел увернуться от филина, а Хоукай?— пальнуть несколько раз, отгоняя птиц.Птица не успела бы глубоко его ранить. Значит, дело не в самой царапине. На когти птицы нанесли что-то обжигающее.Что-то, достаточно болезненное и опасное для обычного смертного.Например, яд.От этой мысли у него волосы на голове зашевелились. Чёртовы ишвариты нашли лазейку там, где он подумать не мог.Пятёрка филинов взмыла в небо, но далеко не улетела: они кружили метрах в ста от них, отлетая от поезда и возвращаясь вновь. Пара филинов периодически ухала по три раза, словно подавая сигнал.Энви с досадой хлестнул воздух верёвкой. Филины ожидали, пока совсем стемнеет, чтобы свершить ещё один налёт. Им-то темень нипочём, в отличие от людей.Филины в очередной раз повернули к лесу и скрылись там.На язык шли только ругательства. Ясно же, что филины улетели к хозяевам. Птицы вернутся, как только ишвариты скорректируют план.Если этим тварям удастся укокошить Огненного, Отец точно не простит.—?Знаете, полковник, вам лучше вернуться в купе.Рой одарил его удивлённым взглядом.—?Эти птицы научены нападать на вас.—?Филины не такая уж большая угроза,?— хмыкнул Огненный.Энви чуть не брякнул, что он идиот. Закрыв рот рукой, он молчал несколько секунд.—?Как сказа-ать,?— протянул Энви, поглаживая верёвку. —?Их когти как-то странно блестели. Возможно, их намазали чем-то опасным. Ядом, например,?— он повернулся к Огненному и посмотрел в упор. —?В пустыне много ядовитых тварей, а среди ишваритов?— знатоков, как этот яд доставать. Не исключено, что так свет упал, но не хотелось бы рисковать вашей жизнью.—?Приму к сведению,?— кивнул Огненный.Энви со вздохом взъерошил волосы. Чёртов алхимик не собирался так просто сдаваться и уходить в купе, где филинам его точно не достать. Похоже, он принял вызов ишваритов и намеревался победить.В небе над лесом появился тёмный комок. Приближаясь к поезду, он расползался в сплошную ленту, которая бесшумно замкнулась в круг.В горле пересохло. Держа дистанцию между собой, чтобы случайно не зацепить когтями своего, к ним летели десятки птиц.Вымазать ядом когти всем им за столь короткое время не смогли бы и чемпионы в этом деле, но легче от этого соображения не стало. Вся эта птичья масса была камуфляжем для тех немногих, ядовитых, которые могли спокойно проскользнуть к жертве, скрываясь за собратьями.Птичий круг смыкался у входа в вагон, отрезая путь к безопасности.Хоукай выстрелила.Одна из птиц рухнула на землю, но её место тут же заняла другая.Энви нервно облизнулся. Сжал крепче верёвку.Что он мог сделать в слабом облике смертного? Сбить пару птиц?Огненный щёлкнул. Пламя загудело перед ним. Птицы с уханьем разделились, пропустили пламя и взмыли в небо.На плечо что-то шлёпнулось. Машинально поднеся к нему руку, Энви вздрогнул от укола к кожу. Он стряхнул колючку на землю. Развернув жало, она стремительно поползла прочь, но уйти не успела: Энви поймал её ногой. Тварь хрустнула под ботинком.Энви снова спрятал руку за спину. Под кожей клокотал жар от яда, в груди?— раздражение. Уже второй раз за этот вечер его отравили по милости ишваритов.Энви задрал голову. В лапах птиц, которые летели ниже всех, что-то шевелилось.—?Там скорпионы! —?крикнул он. —?Много!Рой выпустил огненный залп вверх. Воздух задрожал, как в знойный пустынный полдень. К его ногам посыпались горелые скорпионы. В нос ударил запах жжённой плоти и палёных перьев.Птицы полетели на таран со всех сторон.Вокруг Роя то там, то здесь вспыхивало пламя, Хоукай стреляла по пернатым, но пара птиц умудрились пробиться к ним.Энви сбил Роя на землю, пнув под колени. Птицы бесшумно промчались над ним, повернули и помчались обратно, выставив перед собой когти.Верёвка взрезала воздух, обвилась вокруг крыла одной птицы. Её дёрнуло в сторону и впечатало в вагон.Вторая взмыла в небо под гул пламени.Оставшиеся птицы беспорядочно метались по воздуху, ослеплённые жаром, напуганные пламенем до того, что не могли сориентироваться, куда лететь. Часть направилась к лесу, но большинство в приступе паники мчались кто куда, лишь бы в темень.Энви оглядел поле боя и довольно присвистнул. На земле валялось с десяток птиц, которые попали под огонь или пули. Только одна ещё трепыхалась и панически ухала, силясь сбросить лассо с крыла.—?Вот это вы дали жару! —?Энви расхохотался.Отряхнувшись, Рой бросил на него недовольный взгляд.—?В этом нет ничего весёлого.—?Как скажете,?— пожал плечами Энви. —?Любопытно, что они будут делать дальше? Уже вторая их попытка вас убить обернулась провалом. Смотрите осторожнее, говорят, бог любит троицу,?— улыбнулся он.Энви подтянул к себе птицу. Она сопротивлялась, скребла когтями по земле и суматошно била свободным крылом. Глупая пернатая не осознавала, что ей уже не вырваться.—?Эрлай, оставьте её в покое,?— устало сказал Огненный.—?Между прочим, она вас едва не прикончила,?— ощетинился Энви.—?Это не повод её мучить.Энви с досадой поджал губы. Огненный взял из руки своей спутницы пистолет, подошел к ним. Дуло остановилось рядом с перьями на груди.Птица дёрнулась, словно понимая, зачем к ней подошёл Огненный.Бахнул выстрел.Птица выгнулась в агонии, раззявив клюв. Её крыло раскрылось, но через секунду обмякло и распростерлось по земле. Приоткрытый клюв замер в немом крике, и янтарные глаза птицы остекленели.За спиной кто-то сдавленно ахнул.Энви обернулся. Из-за приоткрытой двери высовывались две светлые макушки. Неугомонные дети даже выстрелов и пламени не испугались. Сколько же они там уже стояли?Старший спрыгнул с верхней ступеньки, ринулся к ним, споткнулся об обгоревшую птицу и едва не распластался на земле рядом с ней.Он в растерянности глянул на птицу, на Роя, снова на птицу. Подоспевший братец затормозил перед горелой тушкой и отпрянул, зажав рот.—?За что? —?в ужасе уставившись на Огненного, прошептал он. —?За что вы их… так?—?За что? —?повторил за ним Энви, склонив голову набок. —?Как сказа-ать… Ишвариты нанесли яд на их когти. Подозреваю, что смертельный. А ещё они научили своих птичек нападать на государственных алхимиков.Старший зажмурился, тряхнул головой.—?Если бы полковник вовремя их не поджарил, его бы сейчас медленно убивал яд,?— добавил Энви, скручивая верёвку.Альфонс всхлипнул.—?Это неп-правильно.—?Таков равноценный обмен,?— улыбнулся Энви.Оттеснив брата, Эдвард сжал кулаки.—?А тебе что, весело?Энви закрыл рукой лицо. Лицемеры. Как будто они сами не сделали бы того же на месте Огненного.—?Что вы,?— он глянул на них сквозь растопыренные пальцы. —?Я просто рад, что полковник жив-здоров. А вы нет? Для вас жизнь птицы дороже человека, как я погляжу.Гневно сведя брови, старший открыл рот, но Энви его перебил:—?Что вы, я вас не осуждаю. Всего лишь забавное наблюдение.Запихнув верёвку в карман, Энви прошёл мимо них к вагону.—?Полагаю, сегодня ишвариты больше не сунутся. Вы останетесь здесь или пойдёте в купе?Огненный неопределённо махнул рукой и отвернулся. Похоже, полковник был из тех людей, кого фронт отвращает от излишней жестокости, и Энви по незнанию наступил ему на больную мозоль.Энви тихо цокнул. Ему часто удавалось предсказывать поведение людей, но с этой троицей всё шло не так. Один пожалел птицу, хотя на фронте выжигал целые кварталы вместе с людьми и всеми зверями, которые встали на пути огня; ещё двое устроили траур по пернатым, хотя дети в их возрасте спокойно стреляли по воробьям из рогатки или бросались камнями, нередко забивая насмерть.В пустом купе стояла тарелка с остатками конфет. Схватив одну наугад, он развернул не глядя, сунул в рот и уселся у окна?— смотреть, как дальше разовьётся драма.***Эрлай смылся, оставив его наедине с двумя детьми, которые теперь видели в нём врага птичьего народа. Ушёл в тот момент, когда мог их отвлечь и перевести разговор на другую тему.—?Значит, так… вот так было на фронте, да? —?тихо спросил Эдвард.Рой промолчал. Он смотрел на лес, который впитал всю черноту сумерек и стоял сплошной стеной.Его руки коснулась детская ладонь. Он опустил взгляд: Эдвард смотрел в упор, задрав голову.—?Мы можем их похоронить?—?Только не берите за когти.—?Ал слышал? —?обернулся старший. —?За ноги не таскай.Младший кивнул, украдкой вытирая слёзы.—?А поможешь круг сделать? Просто, он большой должен быть, мне одному его долго чертить.—?Где ты его чертить будешь?Эдвард обвёл заросли задумчивым взглядом. Ночь стлалась по небу бесконечным облаком, клубилась над землёй, и свет от купе едва освещал всё, что находилось чуть дальше рельс.—?Во-он там,?— Эдвард ткнул вправо, но обернулся на всхлип за спиной. —?Ал, может ты будешь круг чертить, а я таскать?Альфонс выдавил из себя что-то, похожее на ?нет?, и вдобавок помотал головой. Даже отсюда Рой видел, что у него дрожали руки. В таком состоянии он не то что формулу преобразования?— прямую линию прочертить не смог бы.Риза присела перед ним. Что-то тихо говоря, показала на лес. Предоставив ей разбираться с младшим, Рой нырнул в темноту зарослей вместе с Эдвардом.Запах земли смешивался с гарью, которая драла горло. Казалось, она пропитала всё и въелась всюду.Эдвард чихнул. Потерев нос, он опустился на корточки перед пятном света из купе. Здесь кустарник рос не так густо, и жёлтый свет без труда проникал на маленькую поляну.Мальчишка пошёл чертить круг веткой, продавливая мягкую почву. Опустившись напротив, Рой коснулся мертвенно холодной земли. Эдвард мельком глянул на него и перешёл к первому внутреннему кругу—?Знаешь, а я тоже по глупости птицу сгубил,?— шепнул он. —?Только я от неё даже не защищался. Ал мне её до сих пор припоминает.Два полукружья внешней границы соединились.—?Я попал в неё случайно. Знаешь, пнул камень из злости, а он попал,?— Эдвард воткнул ветку и продавил первый символ алхимической вязи. —?Она не умерла., но потеряла крыло. А лёгких сплавов для протеза в Ризенбурге нет,?— он тяжело вздохнул и закусил губу.Через несколько минут они закончили с формулой преобразования. Мальчишка хлопнул по кругу?— и земля в нём вспыхнула разрядами синих молний, затрещала, прогибаясь по воле юного алхимика. Сосредоточенно хмурясь, Эдвард расширял яму до ех пор, пока она не стала в два человеческих роста глубиной.Сияние гасло постепенно, от центра к краям. По границе круга ещё вспыхивали разряды, когда Эдвард отряхнул ладони и махнул брату.Альфонс успел собрать всех птиц в одну кучку и теперь сгорбился над ними, водя пальцем по опалённым перьям. Сигнала он даже не заметил.—?Ты не смотри, он рад, что ты жив. Просто Ал всякое зверьё любит, особенно кошек.—?Я заметил,?— хмыкнул Огненный.—?Во-во, он потому тогда и полез кошака чёрного защищать. И огрёб от него же. Ему говоришь-говоришь, не лезь ко всем кошкам, а он не слушает. Ладно, я сейчас этих принесу. Посидишь здесь? А то я так не найду, темно же.Не найдёт, как же. Свет от купе прилично всё освещал. Наверняка он хотел поговорить с Альфонсом и нашёл шаткий предлог подойти к нему без Огненного.Эдвард быстрым шагом направился к брату и потянул у того из-под носа двух птиц. Младший сразу встрепенулся и вскинул голову.Их тихие голоса едва различались среди ночных шорохов. Положив одну руку на птиц, а вторую?— на плечо Альфонса, Эдвард что-то настойчиво объяснял, пока младший не кивнул.Старший схватил за крылья несколько птиц и потащил по земле, оглядываясь на брата. Альфонс потянулся к птицам, но выбрал одну и поднял её на руки, животом кверху. К их похоронной процессии присоединилась и Риза.Подтащив тушки к границе круга, Эдвард сбросил их в яму и ушёл за оставшимися. Осторожно спустив свою птицу туда же, Альфонс бросился за братом. На Огненного он старался не смотреть.Ещё несколько птиц соскользнули в могилу. Риза остановилась рядом с полковником и устремила взгляд на детей.—?Мы тоже такими были? —?тихо спросила снайпер.Рой поднял на неё взгляд. Она выглядела спокойной, но в голосе пробивалась грусть.—?Когда-то.Братья задерживались. Рой прищурился: они стояли над последними птицами и, похоже, спорили. Эдвард так размахивал руками, словно вот-вот взлетит. Альфонс вдруг подтянул к себе одну птицу и попятился от брата, прижимая её к себе одной рукой.—?Она ещё живая! —?зазвенел в воздухе полный отчаяния голос.—?Тебе показалось, Ал! Она не двигалась!Альфонс только отвернулся от него.—?Ладно-ладно, только когти ей не трогай, ага?Мягкая земля промялась под ботинком. Рой шёл по ней почти бесшумно, пока не вышел на насыпь у рельс.Эдвард бросился к нему, вцепился в рукав.—?Рой, она ж не может после такого ожить, да? Она же вся обугленная!—?Я видел, она… —?голос сорвался, но Альфонс судорожно вдохнул и выпалил:?— Её крыло шевельнулось. Так… так ведь бывает?-Не в её случае,?— мельком глянув на птицу, отрезал Огненный. —?Область повреждений слишком обширная.За спиной едва слышно вздохнула Риза. В её бессловесном укоре так и слышалось ?не говорите с ними как с военными, полковник?.Взлохматив волосы, он присел перед Альфонсом.—?Давай проверим, бьется ли у неё сердце.Альфонс кивнул и переместил руку ближе к грудной клетке. С минуту он с надеждой лез пальцами под остовы перьев, пачкая пальцы в саже, пока Огненный разглядывал когти, похожие на крючкообразные метательные ножи. Он мог сколько угодно раздражаться на Эрлая за цинизм и склонность к пыткам, но этот парень уже дважды спас ему жизнь. И если в первый раз всё могло решиться без его вмешательства, то во второй Огненный помер бы от одной, даже лёгкой царапины таким когтём, не вмешайся Эрлай со своей удавкой.Альфонс медленно погладил птицу по груди. Его глаза остались сухими, но во взгляде сквозило такой тоской, будто он прощался с человеком.—?Не бьётся,?— едва шевеля губами, произнёс он. —?Бедная.Альфонс с трудом удерживал её в руках. Ладонь скользнула по обгоревшим перьям к когтям, грозясь вот-вот за них зацепиться.Рой перехватил его руку.—?Давай я её отнесу.На миг ему показалось, что сейчас мальчишка заартачится, но Альфонс покорно дал забрать птицу.—?Только не бросайте её, ладно? Там можно по стенке аккуратно спустить.—?Хорошо.Он уже повернулся к яме, когда Альфонс потянул его за плащ.—?Эрлай неправду сказал. Каждая жизнь ценная. Смотрите не коснитесь её лап, хорошо?За спиной брата Эдвард подобрал оставшихся птиц и потащил к яме. Кивнув Альфонсу, Огненный последовал за старшим.Последние пернатые соскользнули в яму. Эдвард второй раз надавил на границу круга?— и земля, искрясь, сомкнулась над птицами. Когда преобразование закончилось, могилу выдавали только швы на почве, которые шли ровно по кругу.Эдвард что-то беззвучно прошептал и поднялся, отряхнув колени.—?Спасибо,?— сказал он, глянув на Огненного. —?Алу так будет спокойней.?Не за что?,?— чуть не сорвалось у него с губ.Бросив последний взгляд на могилу, Эдвард поспешил к брату.Альфонс сидел рядом с тем местом, куда он стащил всех погибших птиц. На вымазанной чёрным земле осталось только несколько перьев.Оглянувшись на Огненного, Эдвард потащил брата к вагону. Когда Рой выбрался из зарослей, они уже скрылись внутри.На поезд спустилась опалённая ночь.***Энви вертел в руках фантик, даже не замечая, как отрывает от него по кусочку. Вместо разборок дети устроили пернатым похороны и умудрились втянуть в это Огненного.Зевнув, он приоткрыл окно и высунулся на улицу, вдыхая запах гари. Её резкие ноты навевали воспоминания об Ишваре.Энви передёрнул плечами от мурашек.Найдись там такие же на голову чуткие, ему не удалось бы развязать войну. Всё кончилось бы на убийстве аместрийца, чей облик он тогда принял.Но суровые дети пустыни бросились мстить с яростью голодных псов, которым бросили одну кость, и то подгнившую. Их восстание разрослось настолько, что пришлось посылать в Ишвар государственных алхимиков.Отец тогда был так доволен, что Энви получил несколько недель отдыха и условной свободы. Естественно, старший братец следил за ним из теней, но перед глазами не мелькал, и на том спасибо.Дверь шурхнула под чьей-то ладонью. Энви оттолкнулся от окна и чуть повернул голову. Он поискал взглядом детей, но вошли только Огненный и Хоукай. Похоже, мелкие опять смылись в купе к той женщине. Их своеволие уже раздражало.Энви не выказал раздражения?— напротив, располагающе улыбнулся.Рой ответил ему мрачным взглядом.От его взгляда в груди зародилось неприятное чувство, словно кольнуло иголкой изнутри. Энви прищурился. Волосы на затылке зашевелились, как у встревоженной кошки.Убийца-алхимик осуждал его. Огненный мог сколько угодно отмалчиваться, но в его взгляде так и сквозило неприятие. Лицемер. Сам он на пламя в Ишваре не разменивался, и дело было не только в приказе и инстинкте выживания. Огненный втайне наслаждался этим. В конце концов, он мог выкрутиться, как его коллега Сильнорукий, который упорно не желал убивать ишваритов. Сильнорукого отправили с фронта обратно вскоре после его нервного срыва, оставив при этом титул государственного алхимика.Рой Мустанг остался. Как и его спутница, чьи пули сразили не один десяток ишваритов.Энви медленно выдохнул. Его так и тянуло высказать всё, что он думал про эту адскую гончую с титулом Огненный.Мустанг устроился подальше от окна. Энви таращился на него, с трудом сопротивляясь тяжёлой волне ярости, которая так и толкала напасть.Внутри ледяной цепью натянулось: ?нельзя?. Кто знает, какие у Отца планы на эту троицу? Вдруг ему прикажут сблизиться с мелкими, а следовательно и с Огненным тоже?Энви распластался на сиденье и закинул руки за голову. Прикрыв глаза, он стал считать до ста, но ему надоело уже на первом десятке. Плюнув на медитацию, которая ни черта не помогала, он повернул голову к Огненному.—?Как вы себя чувствуете?Мустанг опять махнул рукой. Разговаривать он по-прежнему не желал.—?Я рад,?— Энви перевёл взгляд на Хоукай и выгнул брови в немом вопросе.—?А вы? —?сдержанно поинтересовалась она.—?Немного вымотался, но это ничего.В повисшей паузе так и звенело напряжение. Словно нити паутины, оно дрожало в воздухе, щекотало солнечное сплетение.Энви резко сел. Находиться в купе с этими двумя было невыносимо.—?Я пойду, оповещу остальных, что с ишваритами покончено.С этими словами он покинул купе.