Часть 3 (1/1)

За шесть дней я закончил работу. Я чувствовал, что она несовершенна, а конец скомкан. Но я писал, как чувствовал и переживал. Это словно черновик, в моей памяти все сохранилось слишком хаотично и отрывками, которые порой никак не связаны друг с другом.Распечатав текст, выключил компьютер, встал со стула, ощущая боль в спине и дурман в голове. Голова немного кружится от перенапряжения, и я едва стою на ногах, но радость от того, что успел в срок, переполняет меня.Сегодня же стоит пойти к Нику и отдать текст. Я быстро накинул куртку и побежал на остановку.Я застал его уже на выходе из здания. Он с приятной улыбкой узнает, что я все закончил и берет в руки стопку листов.- Приходите завтра после обеда. – Говорит он, прежде чем сесть в машину.Я настроен на победу в этот раз. Пока я ехал домой, я заметил множество афиш по городу, везде имя Шерлок Холмс, непревзойденный скрипач-виртуоз дает свой концерт 25 мая в Альберт-Холл.По-моему играть там равносильно высшему признанию. Он действительно достоин и талантлив. Самое главное его увлечение – музыка, как он сам говорил. Жаль, что я не знаю о том, что же было дальше с Джимом и Шерлоком, удалось ли старшему Холмсу разлучить их. Думаю, ответ заранее ясен.Как только я вернулся домой лег спать, потому что ждать было невыносимо, а так хоть время быстрее пролетит. Утром же я встал слишком рано, семи даже не было. Пришлось взяться за книгу, на этот раз мое внимание поглотила книга ?Хозяин морей?, интересна и время за её чтением ?убить? можно.В двенадцать собравшись, еду в Bloomsbury Publishing.Ник Вэйтон пожимает руку мне и смотрит интригующе.- Так что? – Не выдержав такой пытки, спрашиваю его. Тот лишь отводит глаза.- Видите ли, я многое читал, но ваше произведение, если оно вообще является таковым, слишком неординарно и запутанно.- Вам не понравилось.- Я этого не сказал, просто вы поленились раскрыть и дать больший смысл всему, что происходило между героями.- У меня было мало времени, да и потом это сродни черновому варианту, разве не так?- Вы, верно, подметили черновой вариант. Я тут подумал и посовещался с одним человеком, мы решили дать вам шанс напечатать это.- Это здорово.- Вы не выглядите счастливым. – Он лукаво смотрит на меня.- Я не могу понять, в чем подвох.- Вы расцениваете это как шутку?- Нет, просто наверняка будут какие-то условия, если вы дадите ?добро? на это.- Конечно, условия будут. Первое, никакой гей тематики, вы понимаете? Я сам ничего против не имею, но должен заботиться о читателях, а они не все это поймут.- Да, вы правы.- Второе условие, вы как можно больше раскрываете пару Шерлока и Джима, у вас все отрывками и не до конца ясно, чем же был так опасен Мориарти, по мнению брата. Если не знаете – сочините, никто на достоверность проверять не станет. – Он улыбнулся обольстительной улыбкой. – Третье, девочка. Трагическая история и опять же ничего не ясно. Мать ушла от отца, они где-то жили, скитались. Почему малышка хорошо отзывалась об отце, но не хотела быть обузой для него же? Почему она делала вид, что спит, когда он навещал её? Вам стоит дать ответы на вами же поставленные вопросы.- Моя сестра любила дочь, любила мужа. Когда она потеряла второго малыша, муж сильно переживал по этому поводу. Гарри взяла дочь и поселилась в новый дом. Он был немного скромнее, чем предыдущий, но просторный. Фундамент заложен в начале двадцатого века, внутри была плесень и стафилококк. Моя сестра умерла, а её дочь успели спасти, но бактерии запустили болезнь, которая была у неё с рождения. Вот и все.- Какая профессия у вашей сестры?- Журналист, у неё были вполне успешные статьи. Она, как и я закончила Оксфорд и высшим экзаменационным балом. Уехала в Германию, работала в Гамбургской газете.- И такая судьба. Это стоило упомянуть, ведь обычно мы привыкли к тому, что люди, окончившие такие учебные заведения, работающие в солидных местах, становятся для нас, простых обывателей, эталонами счастья и богатства, а ваша сестра прямое доказательство обратного.- Значит, нужно будет раскрыть её, как героиню и её путь.- Да. Всё что вы знаете о ней, пишите. – Он сделал ударение на последнем. – Ну и заключительное, вы должны будете работать с напарницей, ну знаете с райтером, что помогал работать с текстом и сюжетом, если что-то вдруг пойдет не так.- Эм, хорошо.- Вы слишком серьезны, мистер Уотсон, хоть бы улыбнулись. Такой шанс редко выпадает в жизни!- Пока ведь рано радоваться. Теперь предстоит долгая кропотливая работа над книгой.- Черновой вариант у вас есть. Началом истории вполне может послужить то, что написано у вас здесь. Ах, да, вы можете получить аванс прямо сейчас.- Не отказался бы.- От денег никто не отказывается. – Он слишком пристально посмотрел, будто бы думал о том, что я мог поступить так же благородно, как тогда с Майкрофтом. – Имя вашей напарницы Сара Сойер, она говорила, что была вашей соседкой, примерно пять лет назад, когда вы жили в студенческом городке.- Она работает у вас?- Да. Вы, кажется, где-то упоминали её, что она помогла вам открыть дверь зимой.- Было дело…- Завтра она вам позвонит, и вы договоритесь о работе. До свидания, мистер Уотсон. – Вэйтон вежливо выпроводил из кабинета. Стоя в приемной, я только тогда осознал, какой подарок судьбы только что получил.Работа была долгой и изнуряющей. Я целый год корпел над книгой, которая мне никак не давалась. Возможно дело в том, что я периодически вместо Шелли, печатал Шерлок и, причем имея в виду мужчину, а не женщину. Было несколько сложно привыкнуть к такой постановке сюжета.Пришлось сделать ?Шелли? намного эмоциональней, Саре категорически не нравилась девушка, которая любит только свою скрипку и предвзята к любви и прочим чувствам. Она, а точнее он, признавал только страсть, которая не может быть вечной. Само это чувство, как говорила мне Сара, порочно, оно никак не связано с тем, какой мы должны сделать Шелли.Не знаю, где она видела девушек, настолько…чувственных что ли. По мне так я убежал бы от такой, уж слишком она была возвышена и чиста, что тоже не хорошо. Мне, а точнее моему герою прототипу Джеймсу, пришлось много раз сравнивать её с дивным цветком, со скрипкой, проще говоря, со всем, что ассоциируется с непорочностью. Я надеюсь, этого никогда не прочтет ни один настоящий прототип одного из моих героев, особенно Шерлок ведь ему вряд ли придутся по душе такие сопли.- Джон, Мартин должен быть обольстительнее и коварней. Шелли не могла уйти из дома вслед за таким же тихоней как она сама. – Сара стоит рядом с моим рабочим столом и просматривает распечатки, что я сделал вчера. В них был описан эпизод, когда Шелли и Мартин впервые встречаются на репетиции.- Сара, я писатель и, кажется, не раз говорил, что они были похожи по характеру. – Я прерываюсь и откладываю ноутбук в сторону.- Но чаще притягиваются противоположности, ведь если два человека сильно похожи, они не могут долго сосуществовать вместе. – Она говорит это с таким видом, будто только что она открыла какую-то новую истину для меня.

- Сара именно поэтому они и расстаются. В этом-то вся изюминка, ты понимаешь? – Я встаю из стола, подхожу к ней и хватаю за плечи. – Их отношения обречены на провал, но суть в том, что если они будут их продолжать, то решать себя возможности стать кем-то. Ты сама сделала образ Шелли слишком невинным и чистым, это значит, что и Мартин должен быть таким.- Тогда, как они стали встречаться, если оба немного не решительны? – Она вопросительно смотрит мне в глаза, будто я должен знать ответ на её вопрос.- Вот именно, что никак. Ты путаешь. Шерлок не был таким тихоней, он был экспрессивный, тщеславный и талантливый. Джим ничуть не уступал в этом. Поэтому между ними и возникла страсть, они похожи и притягательны друг для друга. Один хочет подчинить другого, понимаешь?- Да.- Ты все ещё хочешь оставить Шелли такой?- Я не знаю, просто девушки такие и в реальной жизни, мы не повторимся, сказав, что страстями жить нельзя.- Нет, наша Шелли другая по натуре.В тот день Сара действительно немного изменила характер главной героини, наделив её каплей эгоистичности. Так стало намного лучше и веселее. Да и сюжетная канва стала динамичней.Образ Майкрофта властного человека, не поддался изменению, правда, имя теперь у него в моем романе Марк.Как-то сидя в кафе, Сара спросила меня:- Это ведь твоя история жизни, любви?- Да.- Почему, ты не стал бороться за Шерлока? Почему, предпочел оставить его? – Сара смотрит мне в глаза взглядом, не дающим путей для отступления.- Я…-комок, в горле мешает говорить, - прости, но я не хочу отвечать.- Пожалуйста, скажи, мне интересно, почему у вас все так сложилось. – Сара отпивает свой кофе. Я сосредоточенно смотрю на картину, что висит позади неё. На ней изображены ломаные изгибы линий не соединенных вместе, идущих параллельно друг другу, они выделены красным цветом на черно-белом фоне.- Знаешь, - все ещё не отрываясь от картины, произношу я, - две параллельные линии никогда не пересекаются – это аксиома. Они могут долго идти рядом, уходя в бесконечность, но нигде не смогут соприкоснуться. Так же как и я с Шерлоком, мы вроде рядом, но вряд ли сможем найти точку соприкосновения. – Сара удивленно смотрит на меня, а я, улыбаясь, смотрю на эти линии, которые только что помогли дать ответ на этот вопрос.Когда мы подобрались к части, где должна была появиться Лиззи и Гарри, мне стало труднее работать. Здесь уж я полностью решил положиться на Сару, дабы она раскрыла сюжет. Дав ей полную биографию сестры и рассказал ей о тех немногих фактах, которые я выяснил после смерти Лиззи, она вполне могла представить что за жизнь была у них. Стоит отметить, что Сара превосходно справилась с этим, в отличие от меня. Её герои получились, драматичны и вызывающие сочувствие, даже муж получился под её пером – жертвой. Определенно, что у Сары был талант и призвание к драматичным и трагичным историям.- Ты не будешь против, если я добавлю твой поход на могилу к сестре, разговор с отцом Лиззи и то, что тот в последние месяцы навещал её.

- Добавляй.Сара развернулась лицом к экрану и продолжила печатать, я тем временем разбирался со всевозможными пометками, сделанными мной же на распечатанных листах для того, чтобы потом что-то убрать или добавить в текст.Через три минуты Сара снова отвлеклась от работы.- Её отец, правда, не приходил к ней?- Да.- Он её любил, но не пришел к ней в больницу, не слишком ли это подло по отношению к ней.- Нет, не знаю, Сара. Он не хотел видеть, как она мучается. Ему было больно видеть, как жизнь покидает его малышку.- Это не оправдание. Просто какое-то несознательное поведение, его дочь умирает, а он… - Она фыркает и отворачивается.- Но это его объяснение и его правда, может, он решил, что если не видел смерти дочери, то она жива и по-прежнему проживает в больнице, а я вожу её погулять.- Джон, ты действительно большой фантазер.- Все люди фантазеры и могут жить иллюзиями. Он вполне мог её создать для себя, чтобы пережить такую трагедию.- Возможно. – Она вновь принимается за печатанье текста, а я откладываю кучу бумаг в сторону и ухожу из комнаты.Сара приняла мою идею о том, что отец живет теперь в иллюзии. Что ж в тексте это никак не выделялось и смотрелось чудесно.Три месяца было потрачено на редактуру и всевозможные поправки, но в целом нашей работой были довольны все, особенно мы сами, так как не ожидали того, что у нас что-то получится. Теперь главное было раскрутить это, чем конечно занялось издательство и рекламщики.Месяц спустя.

Книга выпущена тиражом десять тысяч экземпляров и в считанные дни была распродана. Её назвали книга –бестселлер, так как был запущен повторный тираж уже с большим количеством копий книг, спустя три недели после выпуска в продажу.Я такого успеха не ожидал. Более того, литературные критики неплохо восприняли книгу, они писали о том, что чувствовали, сколько силы я потратил, когда писал её. Так же говорили о том, что я сильно ?обделываю и отделываю, что становится иногда слишком приторно, но благодаря динамике сюжета, это перестает бросаться в глаза?. Вот такие примерно были отзывы о книге.Сегодня же состоится торжественная вечеринка, где как мне сказали, придут очень важные люди.Я оделся как всегда в белую рубашку, поверх неброский бежевый свитер и черные брюки.Народу там было действительно много и большую часть приглашенных я не знал и никогда не видел, как мне объяснила Сара, многие пришли сюда только ради того, чтобы увидеть скрипача, который должен был посетить это мероприятие.Сара крепко схватила меня за локоть и не отрываясь смотрела на вход. В зал вошел Шерлок, он как всегда был ослепительно прекрасен.- Кажется, - Сара ближе подходит ко мне и шепчет на ухо, - две параллельные линии одновременно, вопреки всем законам приблизились друг к другу, - она заговорщицки улыбается и немного отстраняется и громче говорит:- Говорят на его концертах всегда аншлаг, мне не удалось купить билет ни в этом году, ни год назад. Альберт-Холл вмещает в себя огромное количество зрителей, но свободных мест никогда нет!Она крепче прижала мой локоть, когда эта звезда слишком театрально подошла к нам.- Мистер Уотсон, – Шерлок посмотрел на меня своими невероятными глазами, - рад снова видеть вас. Вы я вижу со своей девушкой. – Он снисходительно посмотрел на неё.- Она моя помощница, - зачем-то говорю я, - Сара помогла написать мне книгу.- О, тогда всё ясно. – Он улыбается открыто и искренне. Что было не свойственно тому Шерлоку, которого он знал.- Вы прекрасный музыкант. – Сара с благоговением смотрит на Холмса, тот лишь шире улыбается, что кажется невозможным.- Вы, наверное, устали мистер Холмс? – Раздается голос мужчины, что стоял подле него.- Нет, все нормально, иди, развлекайся.- Как ваш помощник и менеджер, я не могу оставить вас одного.- Тим, я сказал, что не нуждаюсь в твоих услугах сегодня. – Шерлок говорил слишком мягко, для таких грубых слов.- Хорошо, сэр. – Тим развернулся и пошел в сторону бара.- Так как продвигается твоя работа? – Спросил низким голосом Холмс.- Эмм, продвигается.- Я оставлю вас, - Сара улыбается и отпускает мой локоть, - мне хочется выпить.Ни я, ни Шерлок, никак не отреагировали на её слова.- Я читал твою книгу.- Да?- Да, – скучающий тон, - она была чуть интереснее, чем предыдущие твои работы.- Значит, я не так хорошо старался, когда писал её. – Мягко говорю я.- Безусловно. В твоей книге много искаженных фактов и противоречий. Меня категорически не устроил ряд некоторых моментов, первый, почему я вдруг стал какой-то девчонкой, с кучей комплексов и чрезмерной чувствительностью или ты таким меня всегда представлял?- Здесь я соглашусь с тобой в том, что характер твой и ?Шелли?, не поддаются никакому сравнению, издательство хотело такую героиню, мы такую создали.- А что насчет девочки.- Книги с гей-тематикой не пользуются спросом. Из коммерческих соображений, пришлось сделать так.- Второе, почему вы, нет, скорее ты решил, что Майкрофт как-то повлиял на нас и сделал все, чтобы разорвать наши отношения с Джимом?- А разве не так?- Абсолютно, - заявляет он, - мы с Джимом заключили между собой своеобразную сделку.- Что?- Когда я встретил его, между нами действительно была страсть, глубокая, прожигающая, но, к сожалению, она продлилась недолго. Мы быстро перенасытились друг другом. Правда к этому времени я успел уйти из дома и наговорить кучу гадостей брату. Я был в курсе, что тот не оставит нас в покое и что его люди следят за нами, – он делает паузу, - деньги заканчивались, а возвращаться ни я не он уже не могли, гордость не позволяла. Вот тогда я подумал о том, что можно будет спровоцировать брата на то, что бы он попробовал ?купить? Джима, тем самым возвратить меня назад.- Вы это провернули?- Естественно, - самодовольно изрекает он, - мы же с ним похожи и никаких моральных преград перед нами не стояло. На следующий день я отправился в парк играть на скрипке. Самое главное, чтобы об этом знал он или увидел, ведь его офис был совсем рядом. Тем же вечером мой брат Майкрофт сказал мне, что я достоин чего-то большего, чем публика этого парка и что нет ничего достойного в том, чтобы быть нищим музыкантом. Он купился. Дальше пошла намеренная дружба с Джимом, доверительные с ним отношения, наши постановочные скандалы и так далее. Под конец мы красиво расстались, и наши дороги разошлись, причем все были в выигрыше.- Это хорошо, что я не знал этого, тогда получилось бы, что твой брат единственный пострадавший от этой истории.- Он уже догадался о том, что между мной и Джимом все страсти давно улеглись, когда я вернулся обратно после моего последнего побега.- Ты вернулся?- Да, он стал бессмысленным.- Не понимаю. Чего ты добивался?- Твоя героиня Шелли, - он резко меняет тему, - предполагает, что у неё могло бы все прекрасно сложиться с Джеймсом, если б она выбрала его, а не свою предыдущую любовь. Ты, правда, так считаешь? – Загадочным голосом говорит он.- Ну, Джеймс её любил, и Шелли вполне была бы с ним счастлива. Мне так кажется. – Мои щеки немного порозовели, говорить такое стыдно и как-то неправильно.- Не стесняйся, Джон, - этот низкий голос буквально сводит с ума, - я специально разыграл свой повторный побег, чтобы ты заревновал, - он улыбнулся ещё раз, - я понял с первой же минуты, что понравился тебе. В твоих глазах был восторг и трепет. Когда я попросил тебя созвать актеров, ты был слишком разочарован тем, что мы не больше не будем одни.- Шерлок, ты делал такие выводы!? – Я неверяще смотрел на этого невозможного человека. В моей голове не укладывалось то, что он все знал о моих чувствах с самого начала.- А что такого! Ты особо это не скрывал, все твои эмоции были написаны у тебя на лице, я просто смотрел и анализировал.- Это невозможно!- Возможно, Джим подтвердил, что ты действительно ко мне неравнодушен, ведь ты неосознанно смотрел на меня, откликался, когда кто-то звал меня.- Джим тоже принимал участие?- Да, он мне предложил это, после того, как ты проигнорировал все мои намеки.- А они разве были?- Конечно, - говорит он голосом, будто объясняет мне простую истину, - я всегда оставался с тобой в перерыв, мешал тебе заигрывать с Салли, в конце концов, почти поселился у тебя, хотя моя квартира была полна всевозможных удобств.- А словами сказать было нельзя. Как сейчас.- Нет, тогда бы я не решился, а так уже прошло шесть лет, ты напечатал книгу про наши взаимоотношения. Можно уже позволить сказать правду и прекратить разыгрывать этот спектакль. Знаешь, я в этой жизни сыграл много ролей, примирял множество масок, но истина всегда была спрятана. – Шерлок принялся говорить отстраненно и философствовать, это было не в его духе. - Везет актерам! Они выбирают, что играть, - трагедию или комедию, сами решают, страдать им или веселиться, лить слезы или хохотать. В большинстве своем все мы играем не свои роли, нам не подходят Гамлеты или Шекспиры, но, тем не менее кто-то повторяет судьбы героев вышедших из-под их пера.- К чему ты это мне говоришь?- Не знаю, я уже давно ничего не понимаю в этой жизни, но то, что ты написал, это конечно взгляд со стороны.- Да. Это так. Я не мог знать, да что там, подумать о таком.- А нет ничего сложного, Джон, просто сопоставил бы все и... – Он разводит руками.- Что ты намереваешься делать дальше? После этого признания?- Утащить тебя подальше от этих снобов, которые пялятся на нас время от времени, после чего затащить в постель и заняться тем, чем занимаются все нормальные люди, будучи в серьезных отношениях.- Прекрасный план.

Мы покидаем вечеринку и едем в гостиницу, в кэбе уже невозможно сдерживать себя рядом с таким необычайным человеком и не поцеловать его. И, конечно же, в поцелуе он тоже необычаен. У него мягкие, полные податливые губы, и никак невозможно запомнить их вкус, потому что он слишком, сладок, притягателен, что хочется чувствовать их снова и снова. Когда мы уже в номере и дело доходит до секса, грянула ещё тысяча потрясений и невероятных впечатлений с ним.

Уже под утро изможденные и утомленные мы обессилено лежим на кровати, но прежде чем отключить голову, Шерлок осторожно касается моего плеча.- История с племянницей – правда? - тихо шепчет он.- Да.- Мне жаль.- Угу. – Я вдыхаю аромат его волос, в душе зарождается чувство умиротворения. – Она счастлива, там, я уверен.- Да, – он немного отстраняется, - думаю, нам стоит поспать.-Конечно. – Я накрываю нас одеялом и прижимаюсь к нему.- Прости, что не искал тебя, – виновато произносит он, - я почему-то решил, что ты нашел свое счастье и беззаботно живешь. Я добровольно отказался от тебя, внушив, что для меня места в твоей жизни нет.- Я рад, что, наконец, ты прекратил жить с подобными иллюзиями, Шерлок.- Если б не твоя книга, я бы вряд ли решился на столь откровенную демонстрацию своих чувств. Все-таки хорошо, что ты писатель. – Он переворачивается и осторожно прикасается к щеке и гладит её. – Мне действительно жаль, что мы зря потратили столько лет, чтобы воссоединиться и быть вместе. – Он вновь над чем-то задумывается и изрекает: - Если бы существовало слово лучше, чем ?прости?, оно бы все равно ничего не значило и не передало.Он прав, мы слишком долго жили вдали и параллельно друг другу… Смотря на него, сейчас, в голове невольно возник вопрос: ?Что будет дальше?? - вопрос, ответа на который я никогда не знал. Строить планы всегда бесполезно, ведь я не знал и не знаю, куда моя судьба повернет завтра. Но я точно уверен в том, что все мои утомительные, досадные хлопоты, мучения, беспокойства – уже позади. Ведь теперь я не один в этом мире. Пару часов назад, мы перестали быть ?параллельными линиями?, теперь мы единое целое и это здорово.