Глава 3 (1/1)
?? — Как по мне, не так уж важно, что о тебе говорят. Важно то, кем ты являешься.?? — Люди могут словами убить чью-то судьбу. Когда же человек является плохим, то это лучше, чем если бы его несправедливо обвиняли.?? — Разве??? — Уж лучше грешным быть, чем грешным слыть*.?? — Да ничуть, — махнул рукой юноша. Сестра бросила на него вопросительный взгляд. — Меня могут называть сумасшедшим идиотом, но я от этого им не становлюсь.?? — И тебе всё равно, что говорят??? — Да пусть хоть что говорят! — усмехнулся он. Художница не ответила. Она молча наблюдала, как он неторопливо точил карандаши. Разноцветная пыль падала на старую, уже чуть пожелтевшую газету. Девушка машинально провела пальцами по старому листу. Жёлтые, зелёные и красные крупицы осели на самых кончиках. Художница смотрела на руку, испытывая едва ли не болезненную потребность нарисовать Лето. С его солнцем, которое играет бликами на воде, с непередаваемым оттенком синего неба, с бесконечным теплом и легкой духотой. Она не любила лето, но почему-то хотела нарисовать.?? — Это всё? — шатен отложил в сторону последний, семнадцатый карандаш.?? — Пока — да, — она благодарно обняла брата и, собрав карандаши, убежала к лестнице.?? — Ты ведь так не думаешь, — негромко заметил юноша, зная, что она услышит. Девушка замерла на ступеньках.?? — Тебе ли привыкать к людским пересудам? Уж ты-то прекрасно знаешь, что не стоит сильно заботиться о том, что говорят за спиной. Люди хотят ранить словом. Нужно ли обращать на них внимание? Не так важно, как тебя называют. Гораздо важнее твоё знание о себе. Те, кто действительно хочет узнать тебя, с тобой и поговорят. К мнению ?света? они прислушиваться не будут. Так что не стоит сильно волноваться о том, кем ты слывешь. Ты и сама это понимаешь, но хочешь, чтобы тебя знали такой, какая ты есть на самом деле. Нужные люди знают и будут знать настоящую тебя. А людские пересуды и сплетни никогда никуда не денутся. Просто прими это и не реагируй.?? Он уже несколько минут молчал, а девушка продолжала стоять на лестнице. Несколько раз она открывала рот для ответа, но не могла подобрать слов. Брат был прав.?? Вскоре она ушла к себе и притихла на несколько часов. Юноша давно знал: когда сестра рисует, то выпадает из реальности. Становится не столь важно происходящее вокруг. Есть только мир, переносимый на белый лист бумаги.?? Шатен откинулся на стуле, бездумно глядя в стену. Чёрный кот, всё утро спавший на диване, устроился на коленях брата хозяйки с явным намерением вздремнуть ещё немного. Даже когда котяра выпустил когти,парень не отреагировал. Он считал дни до лета.?? ***?? Большие напольные часы мерно тикали. Юноша загипнотизировано наблюдал за раскачивающимся маятником. Его мысли блуждали вокруг сестры. Давно уже он заботился о ней.Отца они почти не видели, мать тоже. Последняя приехала в ночь, и, поспав два часа, куда-то ушла. Она помнила о самостоятельности сына и понимала, что дочь в надежных руках. Тихая семейная жизнь никогда не прельщала ей, поэтому бесконечные разъезды по миру стали раем на земле. Отец бывал дома ещё реже, но хотя бы проводил с детьми минимум неделю.?? Шли годы, но теплые отношения между братом и сестрой совершенно не менялись. По природе своей он был одним из тех людей, которым нужно о ком-то заботиться. Мало кто это действительно замечал, да и к лучшему. Иначе, как он сам говорил, ?совсем на шею сядут?. Его сестра была тем человеком, кто нуждался в заботе. Она и одна бы не пропала, но быт не доставлял ей никакого удовольствия. Художница блуждала в мечтах, много читала и вообще интересовалась исключительно искусством. Её всегда привлекало небо. Брат же был материалистом, и его практичности хватало и на сестру.?? Иногда ей действительно не везло, и тогда брат был незаменим. Решительность и умение поддержать — самые необходимые качества. Он был способен продумать путь так, чтобы не попадались те магазины, которые больше всего страшили девушку. Но в этом городе удача оказалась на её стороне, если вообще можно так сказать: крупных магазинов было не так уж много, а галерей и подавно. И всё-таки брат жутко боялся за неё, и зачастую не хотел отпускать одну. Она и не сильно возражала. Нелегко просто бродить по улицам, зная, что всего лишь взгляд ?не туда? может испортить весь день, убить всё спокойствие. Да и бывать на людях ей не нравилось. Тем более когда кто-то знакомый узнавал о гленофобии. Не так уж часто встречались те, кто реагировал спокойно. Обычно она встречала издёвки. И как ни старалась не обращать внимания и пытаться их успокоить, это не удавалось. Стремление брата убедить её не тревожиться из-за них почти не приносило плоды.?? — Ты ждешь маму??? Внезапно раздавшийся негромкий голос нарушил тишину. Девушка стояла у дверей, кутаясь в свитер.?? — Да. Присоединяйся.?? Художница устроилась под боком у брата, обнявшего её одной рукой. В доме было непривычно холодно, а парень грел не хуже кота.
?? Она смотрела в окно, где уже сгущались сумерки. Синее небо, синие деревья, синий воздух и ярко-жёлтый свет фар проезжающих машин. Художнице вспомнился Ван Гог**.
?? — Знаешь что? — вдруг сказал брат. Девушка подняла голову.?? — Пойдем-ка прогуляемся. Я слышал, в парке видны звёзды.?? ______________________________________________?? *Шекспир, сонет 121 (перевод С. Маршак).?? **Имеется в виду картина ?Звездная ночь над Роной?.