Часть 3 (1/1)

— Мама, мамулечка, а можно я с тобой пойду? — маленькая девочка теребила рукав платья матери.

Женщина, поджав нижнюю губу,задумалась.— Ну, ты ведь уже взрослая девочка, поэтому, думаю, можно, — сказала Гермиона, надевая дочурке лёгкую курточку.— Иди ко мне на ручки. Ты ведь помнишь, как мы это делали, Роуз?— Да, мамуля, — закивала девочка, крепко обняв женщину.В комнате раздался хлопок.— Вот так,молодец, — похвалила свою дочь волшебница.— Сейчас мы зайдём к моей знакомой.Пройдя дорогу, они зашли в магазинчик.— О, Гермиона, деточка, а я с утра жду тебя! Вот, всё как ты любишь, — пожилая женщина протянула букет из разных цветов.— Спасибо, миссис Коулстоун. Как вы поживаете? — поинтересовалась Гермиона, кладя деньги на столик.— Все как и прежде, деточка, спасибо. А эта маленькая принцесса твоя дочь?— Здравствуйте! — поздоровалась Роуз.— Здравствуй, милочка! — улыбнулась продавщица.— Да, дочь. Ну, пойдём, зайка, а то, кажется, скоро дождик начнётся.— До свидания, миссис Коулстоун.— До свидания, деточка.— Мам, мамуля, а откуда ты знаешь эту тётю? — спросила девочка, идя за руку с матерью.— Я уже семь лет покупаю цветы у неё в этот день.— Эти цветы твоим друзьям?— Да, зайка, друзьям. Ещё немного, и мы придём.— Мам, мамулечка, — теребила руку матери Роуз, — ты говорила, что мы идём к твоим друзьям, а мы... мы пришли на кладбище.— Да, Роуз, я знаю, но ты не бойся, хорошо? — карие глаза женщины встретились с такими же карими глазами девочки.— Хорошо.— Ты ведь помнишь, как дядя Гарри рассказывал о войне и о злом волшебнике Волан-де-Морте? — спросила Гермиона, идя с дочкой меж рядов могил.— Да, и папа рассказывал про дядю Волдю.Гермиона улыбнулась, отметив про себя, что Тёмному Лорду вряд ли понравилось, если бы его назвалидядя Волдя.— Так вот, во время войны многие наши друзья погибли, но мы не должны их забывать, они ведь наши друзья. Благодаря им мы победили. Понимаешь, Роуз?— Да, мамуля, я понимаю. Друзей надо любить и помнить.Гермиона улыбнулась, отмечая, что дочь пошла умом в маму.— Да, зайка. Вот смотри. Это друг отца дяди Гарри, а рядом с ним его любимая, — указала Гермиона на две могилки, возле которых они остановились.— А как их зовут...эм, звали?— Ремус и Нимфадора, — женщина выбрала из букета по цветочку и положила на могилы.— Вереск — Ремусу, потому что он был таким же выносливым и вечно добрым, как вечно зеленый вереск. Нимфадоре — фиалка, потому, что она была такой же красивой, — объяснила молодая женщина девочке.— Пойдём, помнишь, я как-то тебе говорила, что у дяди Джорджа был брат близнец?— Такой же рыжий и весёлый?— Да, зайка, именно таким был Фред, и, поэтому мы ему подарим Огненную Книфофию.

Красивый цветок опустился на могилу.— Это Колин Криви, самый молодой фотограф Магического Мира, — печально улыбнулась Гермиона, кладя подснежники на землю.— Пойдём. Смотри, милая, — женщина опустилась на колени перед могилой.— А это кто, мамуль? — тихо спросила девочка.— Это профессор Снейп. Он был очень сильным и умным волшебником. Многие думали,что он был на стороне дяди Волди, но на самом деле он был очень добрым. Он пожертвовал своей жизнью ради нашей победы.— Всю свою жизнь? — удивлённо восхитилась пятилетняя Роуз.— Да, малышка.— Мамуль, — протянула девочка, — здесь столько хороших людей, тебе их совсем не жалко? — слёзы полились по щёчкам. — Они ведь умерли.— Тише, милая. Конечно, мне их жаль, ну-ну, успокойся, — изящные пальчики вытерли солёные слёзы со щёк.— Но их нужно отпустить, понимаешь? Иначе они не найдут покой. Мы должны о них помнить, но вспоминать должны с улыбкой. Не нужно плакать. Если ты улыбнёшься и скажешь, что помнишь о них и любишь, им будет намного приятнее. И возможно они улыбнуться тебе в ответ. Хорошо?Девочка, успокоившись, смешно закивала.— Мам, а как его звали?— Профессор Северус... Северус Снейп.— Проф... профес... проф.... можно я его буду называть дядя Сева?Женщина улыбнулась.— Ну, думаю, если бы ты ему рассказала состав Горчичного зелья или Костероста, он бы тебе разрешил так себя называть.— Я расскажу, только в другой раз, — серьёзно ответила девочка.— Дядя Сева, — она обратилась к надгробию, — я тебя буду помнить и любить, как мама!— Иди ко мне, умница.Гермиона крепко обняла свою дочурку.— Мама, а эти цветы ему?— Да, зайка.На могилу опустилась тёмно-красная роза. В столь пасмурный день, она казалась чёрной. Рядом с розой опустилась белоснежная лилия.— Мамуль, а почему ты ему положила два разных цветка?— Роза — Северусу. Хоть она и колючая, но такая же неповторима, как и он. А лилия... лилию он должен передать своей любимой, — объяснила женщина.Взяв дочь за руку, они направились к выходу.Яркие и тёплые весенние лучи растолкали серые тучи, позволяя солнышку согреть одиноких гостей.— Мамуль, а можно я ещё приду к друзьям?— Можно Роуз, можно.14.09.2010