Глава 11 (2/2)

А ведь точно, если “Эскадрон” задержится, то опоздает к Эндору к сроку, назначенному самим Императором, пронеслось в голове у беспомощно лежащего на своей кровати Пиетта. Естественно, Вейдер не будет ждать выздоровления одного-единственного человека, пусть и своего адмирала. На борту “Исполнителя” есть много толковых офицеров, хотя бы его заместитель, капитан второго ранга Герент, так что ситх легко найдет себе нового командующего. Но почему же тогда Вейдер все никак не уходит? Моей вины в том, что кто-то подбил этот проклятый шаттл, тут нет, как нет и вины Игнис. Тогда пусть просто оставит нас в покое, а эндорская операция во главе с Палпатином отправляется прямиком к сарлакку в глотку!Ситх чуть наклонил свою маску, и Пиетт похолодел, ожидая немедленной кары. Он не может вернуться на мостик “Исполнителя” и тем самым подводит главнокомандующего. Как Вейдер обычно расправлялся с теми, кто его подводил, он видел лично, и не один раз.

Вдруг Игнис шагнула вперед, снова оказываясь в поле зрения Пиетта, взяла его за руку, крепко ее стиснула и с усилием подняла голову, глядя прямо в линзы маски Вейдера. Пиетт понимал, какого чудовищного усилия ей это стоило – он видел ее дрожащие губы и стекающую по щеке слезу. Только бы она не стала ничего говорить, с тоскливым ужасом подумал он. Неизвестно, как она со своей эмпатией восприняла появление ситха и что сейчас думает и ощущает. Пусть только молчит и старается держать свои эмоции в узде, иначе последствия могут быть непредсказуемы! Зачем, ну зачем она привлекла к себе внимание?!

Но то ли у ситха не было настроения его душить и обращать внимание на поведение Игнис, то ли Великая Сила оказалась сегодня к ним снисходительна – как бы то ни было, Вейдер с минуту внимательно смотрел на бледную как полотно, трясущуюся Игнис, а потом резко повернулся и направился к выходу из палаты. Следом поспешил явно недоумевающий меддроид.Уже в дверях Вейдер замедлил шаг и неожиданно бросил через плечо:– Удачи, адмирал.

И дверь палаты с шелестом затворилась, оставив их переваривать увиденное и услышанное.

Пиетт застыл, даже не моргая – неужели пронесло? Вейдер ушел и оставил их обоих целыми и невредимыми?! А потом аж подскочил на своей кровати – Игнис медленно обернулась к нему, слабо улыбнулась, а потом плавно осела на пол.– Что с тобой? Игнис, очнись! Эй, нужна помощь! Сюда, скорее! – не обращая внимания на острую боль в боку, он рывком повернулся к приборам в изголовье – там наверняка должна быть кнопка вызова дежурного дроида. Где же она? Не замечая, что почти до крови прокусил губу, Пиетт с ожесточением нажимал на все клавиши подряд, а в голове у него билась одна-единственная паническая мысль: что с ней случилось? Что Вейдер с ней сделал?!Видимо, какую-то нужную кнопку он все же надавил – в палату ворвались сразу три меддроида, один застыл около бесчувственной Игнис, а двое подлетели к нему вплотную и засыпали вопросами:– Адмирал, как вы себя чувствуете? Показатели вашего организма внезапно стали отклоняться от нормы, резко увеличилась частота сердечных сокращений и поднялось давление. Эта женщина вам что-то сделала? Может, вызвать охрану? Дать вам успокоительное?– К хатту под хвост ваше успокоительное! – рявкнул Пиетт, чего существа, с ним незнакомые, обычно никак не ожидали и впадали в некоторую оторопь. – Немедленно выяснить, что с ней! Сию секунду! Иначе я прикажу разобрать вас всех на запчасти и продать тем же хаттам!– Но...– Никаких но! Ее здоровье – теперь для вас приоритет!– Приоритет? – в голосе одного из дроидов явно послышалось сомнение. – Когда вы поступили к нам в госпиталь, она прилетела на том же медицинском флаере и предъявила нам документы на имя капитана третьего ранга Департамента военных исследований Игнис Таркин. Простите, адмирал, но какое отношение она к вам имеет?– Ты, безмозглая и бездушная жестянка, смеешь оспаривать слова командующего личным флотом лорда Вейдера? – Пиетт повысил голос, в тот момент напрочь забыв, что у него сотрясение мозга, болит все тело и вообще-то недостает целой селезенки. Бушующий в крови адреналин успешно заглушал все прочие мысли и ощущения, за исключением всепоглощающего страха за Игнис. – Мне что, вызвать с флагмана своих спецов по дроидам, чтобы они как следует перетряхнули твои дурные металлические потроха? Чтобы я больше ни единого слова не слышал кроме тех, что касаются еесостояния! – он кивнул в сторону Игнис.– Как пожелаете, адмирал, – если бы на месте меддроида был человек, он бы недоуменно пожал плечами. – Тогда мы сейчас же заберем ее и проведем полную диагностику, после чего сообщим вам о результатах.Пока один дроид, выдвинув пару дополнительных манипуляторов, колдовал над Игнис, два других выпорхнули в коридор и быстро вернулись с антигравитационными носилками, шустро ее на них уложили и увезли прочь.– И поторопитесь! – Пиетт вложил в это слово всю злость, которую испытывал к препятствиям, вечно мешающим их с Игнис спокойному существованию. – Или я буду вынужден воплотить в реальность свои угрозы насчет запчастей!– Конечно, адмирал, не беспокойтесь, мы сделаем все необходимое. А пока я бы настоятельно рекомендовал вам покой и отдых, – оставшийся в палате дроид аккуратно поправил приборы, которые Игнис задела при появлении Вейдера. – Вы уверены, что не хотите инъекцию успокоительного?– Вон, – коротко ответил Пиетт, бессильно откидываясь на подушку. Он смертельно устал от Вейдера, Империи, Альянса, настырных вездесущих дроидов и вообще от всего на свете. Может, лучше было выбрать не Свиврен, а полностью безлюдную планету, подумал он, морщась от неожиданно вернувшейся боли, которая снова принялась терзать его несчастный левый бок. Чтобы больше никто не вмешивался в их с Игнис жизнь, не пугал, не мешал, не спрашивал, не требовал, а просто оставил их в покое...Наверное, от перенесенного стресса он все же на какое-то время отключился, потому что когда снова открыл глаза, то увидел перед собой уже не меддроида, а человека в синей медицинской униформе.

– Как Игнис? – сразу же спросил Пиетт. – Что с ней? Кто вы такой?– Я Корран Вассик, хирург, который оперировал вас после крушения шаттла. Дроиды сообщили мне...э-э... об инциденте, который случился в этой палате, и передали вашу просьбу насчет этой женщины. Кстати, если не секрет, кем она вам приходится?– Женой, – коротко ответил Пиетт, не собираясь вдаваться в подробности. – Что же вы выяснили?– Мы тщательно провели все возможные исследования и анализы.– И?– Физически она полностью здорова, адмирал.– Что значит – физически? – тихо спросил Пиетт, предчувствуя плохие новости. – Если она здорова, то почему ее здесь нет?– Дело в том, что... – медик чуть замялся, – она до сих пор без сознания. Мы не знаем, почему – как я сказал, ее организм функционирует абсолютно нормально. Но привести ее в себя мы пока не смогли.

– А... а когда сможете? – он судорожно вцепился в край кровати с такой силой, что заныли пальцы.– Полагаю, нужно время, – осторожно ответил хирург. – В процессе изучения результатов анализов мы обнаружили, что рисунок мозговых волн вашей... э-э... супруги очень похож на рисунок волн тех людей, которые перенесли сильную психологическую травму. Скажите, адмирал... Когда лорд Вейдер был здесь, в вашей палате, он не мог как-то... на нее повлиять? Я слышал кое-какие разговоры о неких его сверхъестественных умениях...Рассказать ему про способности Игнис или нет, спросил себя Пиетт. Если расскажу, он с другими медиками, чего доброго, с энтузиазмом начнет изучать ее эмпатию и превратит Игнис в объект для своих исследований. А когда информация о ней дойдет до СИБ, то они не успокоятся, пока не узнают, можно или нет пробуждать эмпатию в своих сотрудниках – ведь это будет такой находкой для агентов всех мастей! И тогда он уже никогда не увидит Игнис, которая сгинет в недрах секретных лабораторий службы безопасности. Будет лучше сказать полуправду.– Жена крайне переволновалась из-за моего нынешнего состояния. Когда я очнулся, она была на пределе, еще немного, и у нее сдали бы нервы. Ну а появление лорда Вейдера на неподготовленных людей не всегда действует, скажем так, умиротворяюще.– Тогда именно этим, вероятнее всего, и объясняется ее бессознательное состояние, – кивнул Вассик. – Это просто защитная реакция мозга на внешние травмирующие обстоятельства. Думаю, мы несколько дней будем вводить ей транквилизаторы со снотворными и понаблюдаем за динамикой. Уверен, что она вскоре придет в себя.– Очень надеюсь, что вы знаете, что говорите, – с горечью пробормотал Пиетт и прикрыл глаза. Он будет ждать.

Столько, сколько понадобится.

Даже целую вечность.

Продолжение следует