Почти свидание десятое. Стая (1/1)

Сергей пребывал в мрачнейшем расположении духа. Дебильный сказочник надолго испортил ему настроение. Чем бы Султанов ни занимался, куда бы ни шёл, он всё время съезжал мыслями на эту мелкую гнусную сволочь. Измаявшись, он решил пошпионить. Нашёл быстро. И сам удивился, как потеплело на сердце от разглядывания знакомой физиономии на фото. Красивый, гад.Пристрастное изучение страничек в социальных сетях дало выход на одну из литературных платформ. Ну кто бы сомневался! Маленький Принц. О! Да у него и впрямь читатели есть. Гляди-ка, хвалят даже. Сергей изумился, почувствовав неожиданно жгучий укол ревности. Вспомнилась предпоследняя сказка, рассказанная полуголым сказочником полуголому же слушателю, и последующее доверчивое посапывание в шею. Как тут? Так. Ага. Сергей в азарте поддёрнул рукава.Лис?Спасибо, дорогой Автор. Твои рассказы делают мир светлее. Твой преданный читатель?.авторМаленький Принц?Спасибо, Лис?.Лис?Дорогой Автор, мне нравится всё твоё творчество, но больше всего в душу запали сказки. Отчего ты их забросил? И вообще, мало пишешь в последнее время. Может, вернёшься??Фёдор молчал так долго, что Султанов испугался, что тот сольётся. Через час прилетел ответ.авторМаленький Принц?Видишь ли, Лис… С этими сказками у меня связана очень личная история. Я рассказываю их теперь одному очень славному парню. Он болеет, передвигается на инвалидной коляске. И я уже много рассказал новых, но именно рассказал, а не написал. Надо либо сидеть за компьютером и писать, ловя лайки, либо рассказывать сказки одному слушателю. Я выбрал слушателя. Прости, если разочаровал. И сейчас мне пора рассказывать новые. Пока?.Султанов подавился пивом, долго кашлял. Потом ощупал свои ноги. Ах ты, падла! Инвалиду? Ну всё, пиздец тебе, Федя!Сергей вскочил с места, схватил ключи, вспомнил, что пьян, вызвал такси. Еле вытерпел безопасную езду, взлетел на общажное крыльцо. Вахтёр подслеповато прищурился.—?Фёдор из сто двадцатой? Так он повёз Витю гулять. Какого Витю? Так со сломанными ногами. Не знаете, что ли? Мальчишка из окна сиганул, неудачно. Или удачно. Как посмотреть. Шею не свернул, а ноги переломал. Дурачок. Из родни?— только бабушка в какой-то деревне. Вот теперь вся общага его выхаживает. Кому он ещё нужен?Сергей заледенел. Витя… Он же… Он же просто ногу сломал? Секретарь отца разбирался, говорил, что всё разрулил… Он всегда всё разруливал. Сергей выскочил на крыльцо.—?Аркадий? Здравствуйте. А помните, Вы узнавали про Виктора? Давно. Ну, который из окна… Да. Вы же говорили, что всё нормально?—?Так всё действительно нормально. Я с мальчиком разговаривал. Деньги пообещал. Припугнул. Но он и так не собирался на Вас в суд подавать. От денег отказался. Всё в порядке. А в чём дело? Он решился на шантаж?—?Нет! Какой шантаж! А почему Вы не сказали, что он в инвалидной коляске до сих пор?!Адвокат долго молчал. Потом неожиданно едко спросил:—?А Вы, Сергей, считаете, что полёты с четвёртого этажа заканчиваются небольшим синяком? Мальчику повезло, что просто ноги сломал. Обычно такие полёты сопровождаются ещё и компрессионными переломами позвоночника. Я оплатил лучших хирургов и хорошие лекарства. Не афишируя, конечно. Он от помощи-то отказывался. Я бы тоже отказался, если Вас интересует моё мнение. Переломы чистые, неосложнённые. Организм молодой, выздоровление идёт хорошими темпами. У них оказалось неожиданно хорошее и дружное общежитие. Насколько я знаю, мальчика почти выходили, уже понемногу передвигается на костылях. А подышать свежим воздухом его возят пока ещё на коляске. А Вас только он интересует? Остальной гарем?— нет? Я про каждого рассказать могу и финансовый отчёт предоставить.Сергей сглотнул сухим горлом. Голос пропал от осознания. Он как-то… Да разве ж из-за этого… Это же просто шутки. Злые, да, но…—?А что с другими? Все… —?Сергей зажмурился. —?Все же живы?Молчание в трубке было тяжёлым, обвиняющим.—?Живы. Все живы. И даже каким-то чудом здоровы. Я уж как могу минимизирую ущерб. Припаять Вам доведение до самоубийства?— как два пальца. Там весь университет в свидетели не пойдёт?даже?— побежит. Василия Литвинцева взял помощником Ваш брат. Неглупый парень и работник отличный, Вашими молитвами монахом стал?— ни пьянок, ни гулянок, одна работа на уме. Не улыбается только совсем. Петру я выбил стажировку во Франции. Он сейчас в Лионе. Познакомился с каким-то парнем, вроде всё серьёзно. Собирается оставаться. Марии Ивановой я помог перевестись в Питер, успокоилась, учится. Дарья Черноморская поменяла имя и фамилию, доучивается заочно. Она девочка умная, единственная деньги взяла, прикупила домик в Краснодаре, говорит, если уж лечить нервы, то со вкусом. Ваши развлечения очень ощутимы для семейного капитала, Сергей.Сергей молча надавил на значок отбоя и медленно спустился с крыльца. До запущенного парка он дошёл в совершенно растрёпанных чувствах, перебирая в памяти своих жертв. Чем он думал, ослеплённый жаждой мести? Кому мстил? Не брату, не бывшей невесте. Зачем? Витька, он славный был. Так восхищался квартирой Сергея и вокруг машины ходил и ахал. Сергей тогда злобно подумал, что парниша выгоду свою подсчитывает. А тот просто… Да не видел он вблизи никогда ни таких квартир, ни таких машин. По-детски восхищался, искренне. А Сергей… А он?— Сергей?— козёл.Две макушки на дальней скамейке Султанов заметил издали. Задумался, сделал круг, неслышно подошёл со спины, скрываемый пышным кустарником, и прислушался. Нет, Фёдор не лгал. Он действительно рассказывал сказки для одного слушателя.Сколько она себя помнила, столько она ненавидела брата. С того самого момента, как мать стала рассеянной и ленивой и принялась нежно оглаживать себя по животу. И на все просьбы покататься на роликах, на велосипедах, погулять в парке отмахивалась и перенаправляла к отцу. Отец соглашался, но без мамы это было не то удовольствие. Отец, правда, говорил, что и с Алёнкой она была такая, но Алёнка-то этого не помнила. Значит, не было. А потом стройная как тростинка мама стала большой и неповоротливой, и Алёнка со свойственной молодости дуростью, нетерпимостью и эгоизмом ненавидела и будущего брата, и ставшую ?некрасивой? маму. И искренне не понимала отца, который с дебильной нежностью целовал жену, прижимал её к себе и переплетал пальцы с мамиными на огромном брюхе. Слепой он, что ли??— Алён, да это ж на три месяца всего! Это не я толстая, братик в животе место занимает. Ну что тебе до моей красоты? Родится?— и опять худенькая буду. Да и разве ж родных людей только за красоту любят? —?Мама удивлённо гладила Алёнку по голове и отворачивалась к новенькой кроватке, в сотый раз любовно поправляя нарядное одеяльце и яркую плоскую подушечку.И отец туда же:—?Я тебя любую люблю. Ты для меня всегда самой красивой будешь.Что значит ?любую?? Любить полагалось только красивых, молодых, ухоженных, на каблучках, в модном деловом костюме. Мама такая и была?— водила машину, зарабатывала много денег. Они с отцом на работе и познакомились. На работе её уважали. И Алёнка гордилась. Вот у всех мамы клуши, а у неё вон какая!?— Алён, всему своё время. С коляской в джинсах и футболке удобнее. И с какой радости я должна бросать грудного ребёнка на няню? Чтобы опять работать? Я всю жизнь работаю. Могу себе позволить роскошь отдохнуть и никуда не бежать? Конечно, две зарплаты лучше, чем одна, но тут уж выбирать мне. Тебя я в институте родила. Там не до своих хотелок было. Так ты по бабушкам и нянькам и выросла. Я на учёбе, отец на двух работах. А теперь я хочу насладиться материнством, никуда не бежать, ни за чем не гнаться. Гулять с коляской в парке, кормить уток. Хочу. А ты без нового ?Айфона? перебьёшься.Алёна психовала. Алёна терпеть не могла нервных мамашек и орущих сопливых детей. А теперь у неё дома были такие же экземпляры. Мелкий пиздюк бесил её до звёздочек в глазах. Вся жизнь семьи была теперь подстроена под него. Чтобы не перегрелся, чтобы не замёрз, чтобы не испугался, не упал, не ударился. Самое противное, что доставучее существо Алёнку любило и постоянно доскребалось до неё. И с годами эта любовь не проходила.—?Алён, поиграй со мной.—?Алён, помоги с математикой.—?Алён, пойдём на каток.Ответ всегда был один:—?Ваня, отвали! Мне некогда!—?А когда будет время?—?Я всегда занята!Родители расстроенно качали головами.Шли годы, список претензий менялся, нелюбовь оставалась. Алёнка в своей ненависти не видела, как брат из хорошенького, как с картинки, младенца превратился сначала в очаровательного голубоглазого малыша, а потом в удивительно красивого юношу. Русые волосы крупными кольцами падали на высокий лоб, огромные глазищи смотрели на мир радостно и удивлённо. Ваньку любили все, начинали обожать просто с первого взгляда. Да и как не любить? Красивый, умненький, некапризный Ваня хорошо учился, без писка помогал матери по дому, ходил в музыкальную школу и получал там кубки и грамоты. У Вани был изумительно чистый красивый голос. Мать с отцом украдкой утирали слезу умиления, слушая ребёнка на концертах, а Алёнкины подружки тихо пищали от восторга, заходя к ней в гости. Одна Алёнка посреди этого сиропного царства поклонения Ванечке мечтала побыстрее окончить институт, найти работу и свалить подальше. Всё шло к тому, что голубая мечта скоро осуществится. Алёнка доучивалась последний курс и уже искала квартиру.—?Алён, разговор есть серьёзный. —?Мама была непривычно хмурой.Алёнка вопросительно приподняла брови.—?Ты знаешь, что компания, где мы работаем, расширяется?—?Да.—?Нас с отцом отправляют в длительную командировку в новый филиал. Это месяца на четыре, не меньше.—?И в чём проблема?Мама устало потёрла лоб.—?В твоём брате. У Вани ОГЭ в конце года. Нельзя его сейчас дёргать в другую школу. Алён… От тебя ничего не понадобится. Он совершенно самостоятельный, взрослый парень. Сам себе приготовит, сам постирает и погладит, учится без надзирателя, но… Всё равно, Алён, шестнадцать лет?— это шестнадцать лет. Просто присмотри. Я знаю, вы не ладите. Я уж и рукой махнула, не будете вы с ним близкими, но я тебя очень прошу. Ради меня. Не съезжай сейчас, поживи до нашего возвращения вместе с братом, ладно?Алёнка вздохнула и кивнула. Ванька никогда не обижался на сестру, никогда не сдавал её родителям. Что уж, ладно, присмотрит.В аэропорту мать с отцом по очереди обняли детей, и мать ещё раз заглянула дочке в глаза.—?Ну всё. Будь умницей, деньги буду кидать раз в неделю, если что?— звони. Неспокойно мне… Ты у меня молодец, я в тебя верю. Береги Ваню, Алён.Алёнка отмахнулась. Проблем, действительно, не было никаких: Алёнка нашла работу и утром спешила в офис, Ванька — в школу, потом по репетиторам, вечером возвращались. Готовила Алёнка, полы мыл Ванька. За несколько недель они не перебросились и парой фраз. Поэтому, когда брат вдруг затоптался, вздыхая, на пороге её комнаты, Алёна изумилась.—?Чего припёрся?—?Алён… Алён, а что делать, если тебя преследуют?—?В смысле?—?Ну… —?Щёки Вани запунцовели. —?Ко мне раз мужчина подсел в сквере. Просто разговаривали, но он как-то странно смотрел на меня.Алёнка фыркнула:—?Ты красивый, привыкай. Понравился какому-то, подумаешь! Пошли, если предложит что, да и всё.Алёнка тоже была девушкой яркой, и что такое отбиваться от озабоченных уродов, знала не понаслышке. Столкнувшись с мерзотой первый раз, решила вопрос быстро и эффективно: пошла на курсы самообороны. И к своим годам сама могла запросто обидеть кого угодно. То, что какой-то педофил запал на Ваньку, удивления не вызывало. Странно, что с такой смазливой рожей он столкнулся с приставаниями первый раз.—?Это не всё. Я сначала решил, что ошибся. Машина за мной ездит. Большая чёрная ?Ауди?. И я пару раз видел этого мужчину у школы, он стоял и наблюдал за мной.Алёнка рассмеялась.—?Ну ты и выдумщик. Школа у вас хорошая. Это какой-нибудь наёмный шофёр ждал хозяйского сынка. Не морочь мне голову.А всегда спокойный Ваня вдруг закричал:—?Я не выдумываю! Я ещё его у музыкалки видел и в нашем дворе! Он ездит за мной! Алёна! Мне страшно! Почему ты мне не веришь!Но Алёнка только отмахнулась. Придумал тоже!А через неделю Ваня пропал. Алёнка и не поняла когда. Как всегда в пятницу она убежала с девчонками в ночной клуб. Ваня по пятницам занимался у репетитора до восьми, и Алёнка, убежавшая из дома в половине восьмого, вечером его не видела, а отоспавшись после гулянки, поняла, что дома тот не ночевал. В парализованной ужасом памяти пронёсся разговор недельной давности. Алёнка трясущимися руками схватилась за телефон.—?Александр Иванович, Ваня был вчера на уроке?—?Алёнушка? Был, конечно. Минут в десять девятого ушёл. Что случилось? Алён?Но Алёнка уже выбегала из дома. Тамара! Весь день со своими пирожками на улице торчит.—?Тома! Ты Ивана видела вчера?—?Здравствуй, Алён. Шарлотку будешь?—?Тома, Ванька пропал, какая шарлотка! Видела что?—?Не знаю, не заметила ничего. Противень подержи, во, ставь сюда. Да вырос пацан, загулял, поди. Вчера разговаривал с какими-то мотоциклистами. Парни все такие красивые, взрослые, как на подбор. Я ещё удивилась, откуда у домашнего мальчика такие крутые знакомые?—?Тома! У тебя одни самцы на уме! Вчера? Во сколько? Скажи подробно, что видела.—?Да не поняла я, что видела. Я уже закрывалась. Видела, как Иван идёт. А тут байкеры зачем-то во двор заехали, много. Грохот! Вонь! Один слез с мотоцикла, о чём-то с Ванькой говорил. Я уж хотела ругаться выйти, да у меня духовка сработала, а как выглянула, они уже уехали. И Вани нет. Я думала, в подъезд зашёл. Да может, покататься с ними решил? А то вы всё с ним нянькаетесь.—?Какие байкеры, какие?! Может, номера запомнила?—?Да нет, ну какие номера. А байкеры… Так в шлемах и на мотоциклах. А! У них на куртках нашивки такие приметные?— белые крылья. Да ты чего всполошилась так?Последние слова она договаривала уже в спину убегающей Алёнке.Гурген. У Гургена фруктовая палатка на выезде. Вдруг?—?Гурген! Байкеров видел вчера?—?Вах, Алёнушка, персик мой, скушай яблочко, куда бежишь?—?Да бля! Гурген! Задрал ты со своими фруктами. Байкеров видел вчера? И Ваньку?—?Гурген работает, а не за пацанами чужими смотрит! У меня вчера фура с яблоками разгружалась, разве до того? Целый день кто-то ходит: туда-сюда, туда-сюда. Гурген не нанимался за всеми смотреть.—?Гурген! Это очень важно! Я у тебя хоть все яблоки куплю, только скажи!—?Ну видел, как такую толпу не увидеть? Вчера вечером проезжали, а первый Ваньку вёз. Я ещё подумал, куда он поехал, куда родители смотрят? Разве таких сладких мальчиков здоровенные мужики просто так на мотоциклах катают?Алёнка взвыла и понеслась дальше, истерично соображая, кто может помочь в поисках. Ничего лучше не придумала, чем спросить бывшего одногруппника, известного своей любовью ко всему экстремальному. Поймала такси и заорала гнать быстрее. Виновата! Виновата! Не доглядела, не прислушалась, от Ваньки отмахнулась, маму подвела!В сафари-парке ?Река? было шумно, как всегда. Увидев Алёнку, приятели радостно загалдели:—?Алёнка! Ты наша спасительница! Нам в команду одной девушки не хватает!—?Ребята, у меня беда! У меня брат пропал! Мне надо найти клуб байкеров, которые носят нашивки в виде крыльев.—?Алёна, горим! Пятнадцать минут конкурса, и всё! А потом мы тебя отвезём. Я знаю, кто это. Это наверняка байкер-клуб ?Стая?. Такие нашивки только у них. —?Толик Алёнкины страхи всерьёз вначале не принял. А Алёнка поняла, что быстрее пробежать кросс, чем объясняться.Как она бегала, прыгала, пила на скорость молоко, Алёнка не запомнила. А до байкерского клуба её действительно довёз тот самый Толик.—?Стой. Не подъезжай. Паркуйся тут. Ванька говорил про ?Ауди?. Вон, рядом с мотоциклами. Ванька! Смотри, в машину садят! Толя, пошли!—?Тс-с-с. Ну куда ты, следи пока. Смотри, сколько их! Я в полицию звоню.Алёнка в ужасе смотрела, как высокий мужчина, красивый какой-то хищной, опасной красотой, усадил молчаливого пошатывающегося Ваньку в машину, а сам остался на улице, что-то раздражённо выговаривая упакованному в кожу молодцу. Тот слушал с покаянным видом и виновато кивал. Ванька?— вот он, в паре метров. Одурманенный, перепуганный, маленький. Какой же он маленький. Единственный брат. А она не досмотрела, не сберегла. Суки! Да к чёрту! Не отдаст, зубами загрызёт.Алёнка, забыв про рассудок, пригибаясь, кинулась к машине, скользнула за руль и взревела мотором. Ни воплей позади, ни грохота снесённых боком машины мотоциклов не слышала. Просто вдавила педаль газа в пол, да мелькали перед глазами собственные руки, выворачивающие рулевое колесо.—?У-у, уже пять вечера, пора нам домой. —?Фёдор встал со скамьи и картинно закинул конец шарфа на спину.Сергей потряс головой, избавляясь от морока. Вот ведь! Гипнотизёр хренов! Он опять заслушался!—?Стой! А дальше? Они спаслись? —?взволновался другой слушатель коварного рассказчика.—?А продолжение будет завтра. Но с условием: ты должен сделать все упражнения, назначенные травматологом, сдать третью тему англичанке и доделать эссе. Проверю!Федя, всё такой же воздушный и красивый, непреклонно диктовал условия, берясь за рукояти инвалидной коляски. Витя, непривычно маленький и худенький, доверчиво улыбался, задирая голову вверх.—?Ты сатрап! Разве же можно на самом интересном!—?А то! И попробуй не сделать что сказано.Перекидываясь шутками, парочка удалилась в сторону общежития. Сергей осмотрел ставшие ему прибежищем кусты. Ничего, удобные. Приволок примеченный деревянный ящик. Установил. Где он будет коротать завтрашний вечер, было предельно ясно.