Проверка на прочность (1/1)
Все прекрасно знают, что, когда в ужастиках, как минимум,начинает играть тревожная музыка, то обычно это значит, что сейчас или в ближайшее время кто-то умрет, пострадает, или просто случится что-то нехорошее. Эта вероятность увеличивается, когда герои одни заходят в пустые помещения, насмехаясь над опасностью. Это можно назвать классикой жанра. С этого дня я начала думать, что, возможно, сценаристы непросто так придумали этот ход. Получилось что-то из серии «сказка ложь, да в ней намек, добрым молодцам урок».Как только мы заходим в здание аэропорта, у тебя сразу звонит телефон. Величавая классическая музыка кажется мне смутно знакомой. Пока я стою, пытаясь вспомнить, что же это такое (я очень горжусь своими познаниями о человеческом мире, и то, что я никак не могу вспомнить эту мелодию, изрядно меня удручает), ты успеваешь отдать парочку ценных указаний своему собеседнику. Наконец, до меня доходит, и я удивленно смотрю на тебя:- Как тебе пришло в голову поставить на звонок похоронный марш? Да еще… в такой обстановке, - я взмахиваю рукой в воздухе, надеясь, что ты поймешь, что я имею в виду ситуацию с киллером. Я не хочу произносить это слово вслух, оно меня пугает.- А, по-моему, это забавно, - хмыкаешь ты, убирая телефон в карман джинсов, - не волнуйся, все будет хорошо. Я поэтому и не стал брать с собой профессионалов, я же знаю, что все обойдется, мне просто хочется познакомиться с ведьминской культурой поближе.Ты что, боишься? Не стоит, маленькая, - ты вдруг порывисто обнимаешь меня, но в этом нет ни капли страсти, но я рада и этим братским объятиям. Своими руками ты прижимаешь мои руки к моему телу так сильно, что я даже не могу согнуть их в локтях, чтобы приобнять тебя в ответ. А так хочется…- Расслабься, чего ты так напряглась? Никто не знает о том, что я уехал. Не бойся, мы будем в безопасности, и… - ты продолжаешь бормотать какие-то обнадеживающие слова, а я вдруг замечаю одинокую, кажется, мужскую фигуру в длинном черном плаще, на голове черная шляпа, на лице очки. Он идет, одну руку засунув в карман, а в другой руке у него небольшой черный кейс. Я чувствую, как холодею от страха: он направляется в нашу сторону, что если у него в кармане револьвер? Или это карман с распоротым дном, в котором он прячет пистолет с глушителем?
«Надо успокоиться. Если он сейчас сделает какое-то движение, которое мне не понравится, я просто задушу его. Но надо будет сконцентрироваться и вытянуть воздух не только из легких, но и из крови, а особенно - из мозга. Так, соберись, у тебя получится. Только бы успеть, только бы не проморгать момент. Интересно, куда он смотрит? Чертовы очки…»Стук сердца отдается в ушах, воображение рисует мне картины одна страшнее другой, как вдруг… незнакомец плавно меняет траекторию своего пути и направляется к киоску с газетами.«Да я так с ума сойду. Мне в каждом человеке убийца будет мерещиться»Я чувствую, как потихоньку обмякает мое окаменевшее от напряжения тело. Ты что-то продолжаешь говорить, но я впадаю в некоторый ступор и ничего не понимаю из сказанного. Вдруг ты меня отпускаешь, а я, не успев сориентироваться в происходящем,цепляюсь за твою футболку, как утопающий, поднимая на тебя глаза с буквально диким выражением от пережитого страха.«Если я так реагирую сейчас, то, что будет, когда будет грозить реальная опасность?»Наверное, до этого момента я не до конца понимала, во что ввязываюсь. Точнее, я не имела вообще ни малейшего понятия. Зато теперь, испытав такой приступ паники, я чувствую, что прошла свою первую проверку. Не так, как хотелось бы, но все же прошла, с чем я себя мысленно не замедлила поздравить.
- Эй, да что с тобой? – ты резко встряхиваешь меня за плечи, а я от неожиданности даже щелкаю зубами.- Не тряси меня. Я просто задумалась, - я не хочу рассказывать тебе о своем глупом приступе паники.«Отстань», - мысленно внушаю я тебе. Жаль, что телепатии не существует, полезная штука.- Ну, как скажешь, - ты с подозрением смотришь на меня, но все же разжимаешь руки, отступая назад.Подхватив две спортивные сумки с моими и своими вещами, ты вновь улыбаешься:- Идем?Я киваю, и мы направляемся на регистрацию. Еще раз обведя грозным взором зал ожидания, я киваю сама себе: «В Багдаде все спокойно*».
Разместившись в самолете, я мгновенно засыпаю. Меня начинают мучить кошмары, но, когда ты выдергиваешь меня из этого ада, я не помню, что мне снится.- Ты звала меня во сне, - тихо говоришь ты.Только этого еще не хватало.- Скоро прольются дожди. Много дождей, будут сильные грозы. Мне всегда снятся кошмары к плохой погоде, - слабо улыбаюсь я, а ты берешь меня за руку, желая успокоить. Чуть повозившись, я снова засыпаю, но теперь уже на твоем плече. Мне больше не снятся кошмары, я сплю сладко.- …вставай, мы прилетели, - осторожно будишь ты меня, а мне не хочется расставаться с твоим плечом. Таким теплым, сильным, таким любимым плечом.«Это меня, наверно, со сна так разморило», - мысленно качаю я головой в ответ на свои чувства.Перелет занял всего несколько часов, и вот мы уже стоим на пороге большого города. Причем на пороге в буквальном смысле: аэропорт находится в огромной искусственной нише в горе, которая находится на краю города.- Ты знаешь, что это центр владений ведьм Огня?- Ты удивишься, когда….ммммм… если узнаешь, сколько мне известно, - широко улыбаешься ты, а я скрываю свой несколько изумленный взгляд за темными очками, которые водружаю себе на нос.«Что значит эта оговорка?»- А что в этом такого? Разве твой клан в состоянии войны с ними? Насколько я знаю, мир уже длится несколько веков.- Да, ты прав, но… Мне просто немного не по себе. Многие сестры моей матери погибли в той войне. Пусть, я не знала этих ведьм лично, да и жизнь движется дальше, я понимаю, просто так сразу не обращать внимания на такие вещи сложно, мне нужно немного здесь пообвыкнуть, - улыбаюсь я, обводя взглядом чудесную панораму, - надо отдать им должное, этот город прекрасен. Я видела воспоминания старых ведьм, когда-то на месте этого города были одни руины, а теперь посмотри на все это!Настоящее величие современного мегаполиса: небоскребы причудливых форм окружают высотки, на крышах которых расположены огромные оранжереи. Эти произведения искусства из бетона, стекла и пластика сияют, купаясь в лучах яркого послеобеденного солнца. Но город не кажется безликим, его освежают разбитые практически повсеместно огромные парки: кажется, что здания заводов, офисов и просто жилых домов каким-то чудом проросли в джунглях.- Может, мы все-таки уже поедем? – спрашиваешь ты, но я же вижу, что и тебя захватила красота этого города.- Да, конечно, - улыбаюсь я, и мы направляемся к стоянке такси. Обернувшись, я опять вижу этого человека в черном пальто, но он уже не кажется мне таким пугающим.«И чего я переживала», - еще шире улыбаюсь я. Когда я отворачиваюсь, мужчина прикасается кончиками пальцев к полам шляпы в приветственном жесте и тоже улыбается…* цитата из фильма «Волшебная лампа Аладдина» 1966 года, крылатая фраза.