Глава VII (1/2)

— Эй!

Каспер не обратил внимание на оклик. Он снова нажал на курок.

— Твою мать! — взвыл парень, отшвырнув оружие в сторону.

Как он мог забыть, что пистолет не заряжен? Снова он взвыл и приложился лбом о плиту, да так, что у него потекла кровь.

— Эй, парень, ты что, голову себе размозжить хочешь? — раздался прокуренный голос сзади. — Давай лучше я тебе ломиком!

Каспер повернул к незнакомцу разъярённое лицо. Перед ним стоял простоватый мужичок средних лет в видавшей виды куртке, старом свитере и неоднократно латанных брюках. Это был каменотёс — тот самый, что высекал на памятниках имена и даты. В руках у него был деревянный кейс с инструментами. Он был коротко острижен, маленькие, поросячьи глаза смотрели на Каспера с усмешкой, и эта усмешка, эта напускная радость, вызывали у парня раздражение. Сейчас он бы вцепился в горло любому, кто попытался бы его убедить, что жизнь прекрасна.

Снова Каспер приложился лбом о плиту, но каменотёс его остановил.

— Вот, молоток возьми — сподручней будет, — довольно тихо произнёс мужичок.

Каспер, прошипев в ответ «отвали», достал фляжку, и, сделав глоток, выдохнул. Чудовищный туман, заполонивший его разум, начал отступать. Он медленно поднялся, и, подойдя к лежащему на земле пистолету, подобрал оружие и спрятал в кобуре. Он не знал, что ему дальше делать.

— Парень, ты бы это… Не сидел на земле — заболеешь ещё. Работы у меня и так много, не прибавляй, а?

Вздохнув, Каспер отряхнул шинель, и, вздохнув, попросил огоньку у каменотёса. Тот сочувственно вздохнул и протянул зажигалку.

— А кого похоронил-то?

— Невесту, — обречённо ответил Каспер.

— А… Соболезную. А что же, родители у тебя есть-то?

Парень молча кивнул. Собственно, он решил именно к ним и поехать как можно скорее. Для этого ему нужно было поговорить с Себастьяном — он работает в депо, поможет.

Ещё несколько минут парень молча шёл с каменотёсом в его мастерскую, где, остервенело умывшись и смыв со лба следы крови, распрощался с мужичком и отправился прямиком к вокзалу.

К счастью, Себастьян был на месте. Это был весёлый толстяк невысокого роста с короткими чёрными волосами и тёмными, точь-в-точь, как у дяди Марка, глазами. Но в этих глазах напрочь отсутствовали следы серьёзности и большого ума. Себастьян считался среди всех самым бестолковым — даже высшего образования не получил, и ограничился должностью слесаря в депо. Однако именно он стал ближе всего и Берте, и Касперу. Им нравился этот весёлый балбес.

На войне Себастьян пробыл недолго — комиссовали после ранения. С тех пор, правда, у него временами болела голова, стоило погоде испортиться. Но он спокойно переносил последствия контузии — ему было, ради кого жить. Несколько месяцев назад у него появился сын Ральф, в котором юноша души не чаял. Но что такой былбес даст сыну? — думали досужие болтуны. Но Каспер был спокоен: пройдут года, и Ральф будет боготворить своего непосредственного весёлого отца.

Эта встреча была напряженной и молчаливой с самого начала. Каспер молча и досадливо протянул ледяную руку Себастьяну, стоя в холодном помещении депо. Ощущение, что это место по атмосфере было даже хуже кладбища в окружении могил за счет своего леденящего холода и энергетики бесконечных разлук. Да, здесь люди часто лгали друг другу, обещая встретиться скоро, но так и не видели более глаз своего близкого и некогда родного. А некоторые и вовсе предавали, прежде чем навеки забыть.

Подняв глаза, опущенные к полу, наверх — взору предстали блестящие и веселые карие глаза Себастьяна. Да, он всем нутром сочувствовал Касперу, но дурость все равно придавала взгляду задорной искры. На мгновение у него и у самого возникло ощущение приподнятого настроения. «Рад я видеть этого дурня», — подумал он и после это чувство как рукой сняло. Словно грохнулся с огромной высоты прямо в бездну. Обратно. «Что ж, там мне и место…». После из мыслей вырвал голос Себастьяна.

— Соболезную… Я всё знаю. Это ужасная потеря для тебя и всех нас.

Повисла тишина. И Касперу пришлось ее прервать, ибо оставаться в этом городе было дальше просто невыносимо. Каждая секунда сворачивала его кровь в жилах с такой силой, будто вот-вот разорвёт на маленькие атомы и частички.

— Мне нужно уехать. И как можно скорее. Я хочу покинуть этот город.

— Куда держишь путь?