Нерешительная (1/1)

А люди, как всегда, жаждут помочь.Эти вечные плакаты к праздникам меня уже достали. И зачем я только записалась в оформительский сектор? Ну, проявить себя хотела. Вот и проявляю теперь перед каждым праздником. Причём одна.Как всегда. У всех свои дела, всем куда-то вдруг надо, все внезапно разучились рисовать. Зато как в лес на пьянку пойти, так с радостью и в первых рядах. Все эгоисты. Все.Ну где? Где этот сплочённый коллектив, о котором нам столько твердили первого сентября? Видимо, там же и остался. В первом сентября. Ладно. Я сама напросилась на эту «должность». Зато, хоть потом будет в чём их упрекнуть.Найдя свободную аудиторию (а после пятой пары они все свободны), я на трёх партах разложила казенное оборудование и принадлежности для рисования: ватман, карандаши, краски. Сюжет мне любимые одногруппники набросали, поэтому осталось только перенести эскиз на ватман. Этим я и занялась.— И зачем тебе нужны друзья, если они даже помочь не могут?Я вздрогнула от неожиданного голоса. Уж кого-кого, а её я точно здесь не ждала.— А ты что тут забыла? — раздражённо спросила я, чувствуя, как сердце пропустило удар.— Да домой идти неохота. Вот решила в универе пошляться. Вдруг чего-нибудь интересного найду? И нашла, — проходя в класс и кидая сумку на парту, сказала она.— Странная ты. Все студенты домой рвутся, а ты наоборот… — я старалась говорить непринуждённее.— Ну, а что дома делать? Там же такая скукота! — усевшись на стул рядом со мной, протянула она. Мне вдруг стало жарко и внутри как-то странно. В животе особенно. Я когда нервничаю, там караул творится.— Ну, например, спать, — ляпнула я первое, что пришло в голову.— Спать и ночью можно. Ещё, — кажется, эта тема ей нравилась.— Смотреть телевизор.— Там абсолютно ничего нет. Такое ощущение, что передачи и фильмы созданы для дебилов с мозгами червей.— Эй, не говори так. Есть хорошие фильмы и каналы. Необязательно смотреть всё подряд, нужно быть разборчивой. Вдруг найдёшь в куче мусора алмаз, — блеснула своей мыслью я.— На это же столько времени потратить надо. Да и в мусоре ещё копаться. Нет, — покачала головой она.— А ты всё на блюдечке хочешь, да с голубой каёмочкой, — усмехнулась я.— Было бы неплохо.— Это невозможно. Если только чудо свершится, или ты окажешься любимчиком судьбы, — скептически произнесла я, изображая очередной цветок на ватмане.— Ты первый раз что ли рисуешь? — внезапно спросила она.— Что? Да я пять лет училась в художественной школе! Я умею рисовать! Отдай! — злобно крикнула я, вырывая ватман из её рук.— А что ж какие-то каля-маля выходят? — она вопросительно посмотрела на меня.— Это всего лишь набросок. Если ничего не понимаешь, то лучше молчи и не порть мне настроение. Могла бы и помочь, кстати, раз уж тут сидишь, — под конец я сбавила тон.— Ну я же ничего не понимаю. Как я могу помочь? — невинно удивляясь, спросила она.— Вот. Бери краску и раскрашивай буквы. Здесь даже ребёнок справится, — я подвинула ей баночки и кисточки.— А не легче маркером обвести? — не поднимая рук, спросила она.— Нет. Рисуй красками. Мне так нравится больше. Рисуй! — я повернула голову и посмотрела на неё. Она тоже подняла глаза. Ох…Ладони вспотели. И сердце что-то… И живот… Хаааа. Это ведь только от нервов, да? Ещё тихо так внезапно стало.Она смотрела безотрывно, совсем не моргая. Ну как так можно? Сначала серьёзно, а потом едва заметно улыбаясь. Подозрительно как-то.— Что ж ты такая нерешительная? — тихо спросила она.— Я? — дыхание начало сбиваться. — Я нерешительная? Да я… — мне явно не хватало воздуха для описания моих героических подвигов. А когда её рука проскользнула под мои волосы, я вообще онемела. Ощутимо сжав их, она быстро приблизилась и прикоснулась к моим губам.Сердце! Моё сердце! Как бы чего не случилось с ним… С меня три пота сошло, пока я чувствовала её губы на своих. Она мягко обхватывала мои, легко полизывая языком, пытаясь сделать французский поцелуй. Но так как я была под наркозом, ничего у нас не вышло: мои челюсти закостенели, а зубы надёжно перекрыли доступ в рот. Поэтому, ей пришлось довольствоваться только губами. Потом она оторвалась и приняла прежнее положение. На лице отражалось некое недовольствие и замешательство.— Что-то не очень вышло. Ты бы хоть ответила чуть-чуть, а то сидела, как столб! Я думала, что ты умеешь целоваться, хотя бы на теоретическом уровне! — цокнув языком, она покачала головой.Эх, кажись я опять лажанулась. Ну как так можно? На таком моменте! Я двинула дрожащей ногой под партой. Хорошо, что хоть отпустило. А когда до меня дошёл смысл её слов, я полностью ожила. Да!— А вот умею я! — злорадно улыбнувшись, я схватила её за плечи и, привстав, опрокинула на соседнюю парту. Сначала она удивлённо расширила глаза, а потом…— Давай.Она произнесла это с таким восторгом! А глаза просто пылали. Мои, наверное, тоже. Даже похлеще. Такое состояние, когда думаешь, что можешь сделать всё. И чувствуешь себя счастливой.Продолжая держать её, я медленно наклонилась и осторожно прикоснулась к губам. Она ответила и приоткрыла рот. Кончик её языка прошёлся по нижней стороне моего. Я выдохнула прямо ей в рот и тоже подключила язык.Несдержанно и жарко. Закрыв глаза, я полностью наслаждалась поцелуем и практически легла на неё. Хотелось ещё и ещё. Через продолжительное время я, наконец, оторвалась от губ и посмотрела на неё. Она лежала с закрытыми глазами и улыбалась. Потом медленно открыла их и посмотрела на меня. Сердце, за которое я и так опасалась, забилось в смешанном ритме, а краска залила лицо. Ничего себе я набросилась…— Понравилось? — сладко спросила она, поднимаясь с парты и усаживаясь на стул. — Мне да. Интересно всё это.Я резко встала и вышла из-за стола. Тяжело дыша, пыталась прийти в себя. Плохо выходило. Особенно, когда она так маняще смотрела, рассчитывая на продолжение.— Я… мне нужно в туалет, — произнесла я и вылетела из класса.— Надеюсь, не поблевать, — услышала я напоследок голос, — а то моя самооценка упадёт!***Сколько я просидела в туалете — не знаю. Только минут десять рассматривала своё красное лицо и горящие глаза. Потом, плюнув на косметику (но всё же осторожно), умылась. Надо было как-то охладить себя. А то запылаю и, вернувшись в класс, продолжу. Я уже чувствовала возбуждение и заметила, что непроизвольно сжимаю ноги, чтобы ощутить его сильнее. Поэтому вернуться я смогу, как только успокоюсь. А ещё придумать бы, с каким выражением смотреть ей в глаза. Однако, возвращаться всё же надо.Я осторожно приоткрыла дверь и оглянулась по сторонам. Никого. Полная тишина. Только слышен шум электрической лампы.Медленно дойдя до класса, я глубоко вдохнула и вошла внутрь.Пусто. Она ушла. На партах всё так же лежали художественные принадлежности, а её не было. Даже не знаю хорошо это или плохо. С одной стороны хорошо, потому что теперь нет проблемы. А с другой, хочется, чтобы она была. Ну ладно. Во всяком случае, я уже успокоилась и теперь могла мыслить критически. Доделать всё же надо работу…Сев за парту, я взглянула на ватман. Буквы были раскрашены, а в правом нижнем углу виднелась надпись карандашом.Адрес.